Михаил Фоменко – Люди с красной скалы (страница 20)

Вновь пришлось говорить Ману. Ману долго путался, но в конце концов слушателям удалось понять, как было дело. Возвращаясь домой, он вздумал посмотреть, не попался ли какой зверь в ловушки, которые он поставил вчера на новом месте. Он шел очень тихо. Приблизившись, он увидел возле ловушек человека. Это был беловолосый мужчина. Он стоял наклонившись и рассматривал ловушки. Оглядев ловушки, а они были пусты, беловолосый пошел по какому-то следу. Ману пошел за ним, заинтересовавшись, по какому такому следу идет беловолосый. След был мужской, но не принадлежал ни одному из мужчин со скалы: Ману хорошо знал следы всех людей своего племени. Прячась за деревьями, он стал следить за беловолосым. Вскоре беловолосый остановился на том месте, с которого можно было видеть вершину скалы, и тихонько затрещал, как сорока. В ответ с какого-то дерева послышался такой же сорочий скрежет. Ману стал рассматривать деревья и на большом дубе, стоявшем посреди прогалины, увидел второго беловолосого человека: тот стоял на ветке и, приставив ладонь к глазам, рассматривал скалу. Увидев человека, который крикнул ему по-сорочьему, он слез с дерева и начал что-то говорить своему товарищу, показывая рукой на скалу. Тогда тот, за которым следил Ману, полез на дерево, а второй повернулся и пошел в сторону реки. Ману не знал, что делать: остаться здесь и следить за человеком на дереве или последовать за ушедшим к реке. Подумав, он решил подождать, пока беловолосый не слезет с дерева. Беловолосый сидел высоко, дерево одиноко стояло на прогалине, и поэтому трудно было незаметно подкрасться и достать чужака стрелой. Беловолосый сидел на дереве, рассматривая скалу, а Ману следил за ним и думал. Затем Ману пришло в голову взять беловолосого живьем; и когда тот слез с дерева и прошел мимо, Ману бросился на него и повалил на землю. Беловолосый молча сопротивлялся, а Ману, зная, что поблизости должны быть свои, закричал и на его крик прибежал Мабора. Вдвоем они одолели беловолосого и связали ему руки. Услышав, что пленник рассматривал скалу и, очевидно, был лазутчиком, все подняли крик, особенно женщины: они визжали, кидались на беловолосого и, наверное, выцарапали бы ему глаза, если бы вождь их не отстранил. Обратившись к пленнику, он спросил:

— Кто ты? Что ты делал в нашем лесу?

Беловолосый молчал, только глаза под рыжими бровями бегали по лицам обитателей скалы. Вдруг его взгляд упал на жену Ману, соскользнул по ее фигуре и остановился на ногах женщины. Правая нога ее была немного искривлена.

Женщина, не выдержав взгляда чужака, отошла и спряталась среди подруг. Беловолосый оскалил свои клыки и сказал:

— Я видел твои следы в лесу, ты косолапая, как медведь!

Ману стукнул его за это кулаком по голове, а вождь снова спросил пленника:

— Кто ты и для чего бродишь по нашим лесам?

Беловолосый опять ничего не ответил. Тогда Каи-Наи, который долго присматривался к нему, выступил вперед и сказал:

— Я знаю этого человека. Он из тех людей, что перебили наше племя, убили моего отца и увели в плен мать. Помнишь, — обратился он к пленнику, — как я укусил тебя за ногу?

Все посмотрели на ноги беловолосого. На правой икре отчетливо виднелись следы зубов Каи-Наи. Лицо беловолосого вспыхнуло зверским гневом, он бросился на Каи-Наи, но Ману снова ударил его кулаком по голове и крикнул:

— Стой, рыжий кабан!

— Жаль, что не разбил тогда тебе голову топором! — кинул пленник мальчику.

— А для чего я пришел сюда, — спросите у этого волчонка! — он указал на Каи-Наи. — Он хорошо знает, зачем мы приходили к ним в лагерь. Ха, ха! У вас очень много женщин, а у нас их мало! — добавил он, смеясь прямо в глаза охотникам.

Все, пораженные смелостью и наглостью пленника, некоторое время молчали. В словах этого связанного и окруженного врагами человека чувствовалась какая-то сила и уверенность в себе.

Но вскоре обитатели скалы опомнились. Поднялась буря возмущения и, если бы не запрет вождя, пленника разорвали бы на куски.

Ему крепче связали руки и ноги и повалили на землю. Мужчины сели у костра и стали советоваться, что делать с пленным. Возле него остались только женщины и дети. Они плевали ему в глаза, кололи костяными иглами и стрелами, выдирали волосы из его рыжей бороды. Потом им это надоело и они, оставив пленника, пошли спать. Мужчины продолжали совещаться. Никто не знал, случайно ли беловолосые люди оказались у красной скалы, были ли они лазутчиками, следовало ли ждать нападения беловолосых. Племя беловолосых было очень большим; напади они на скалу, и атаку вряд ли удалось бы отбить, хотя скала была достаточно высока и защищать ее было удобно. Решено было снова допросить пленного. Вождь подошел к нему и спросил:

— Скажи, что ты делал в наших лесах? Если не скажешь, мы огнем заставим тебя заговорить!

Пленник засмеялся.

— Недаром старики говорят: когда хочешь, чтобы тебе не поверили — говори правду. Я же тебе сказал, зачем мы приходили к племени Уру-Уру. Ждите нас и к себе!

— Сейчас он заговорит по-другому! — сказал Ману.

Он вытащил из костра головню и прижег пленнику живот. Тело пленника заскворчало, в воздухе запахло горелым мясом… Но чужак только нахмурился.

— Ты хоть и сильный, а глупый. Когда-нибудь люди из моего племени придут к вам, перебьют вас всех, а женщин заберут!.. И твоя косолапая попадет к нам. Ха, ха!

Ману хотел раскроить ему голову топором, но вождь остановил его и спросил пленного:

— Много ваших сейчас следит за нами?

— Сколько надо! — коротко ответил пленник.

Видно было, что беловолосый насмехался над своими врагами.

— Зря вы расспрашиваете рыжего шакала, — сказал колдун, который все время сидел молча и только слушал. — Он ничего не скажет. Завтра утром мы сбросим его со скалы на камни, а за его товарищем, которого видел Ману, нужно отрядить погоню. Может, их было только двое, и они случайно забрели в наши края. Надо убить и второго: тогда беловолосые люди, не зная, куда подевались их лазутчики, не узнают и о нас.

Эта речь показалась разумной всем охотникам, и потому решено было, что завтра утром по следам второго чужака пойдут Ману и Мабора. Если он окажется один, они убьют его или приведут живьем на скалу. Пленника решили сбросить со скалы, чтобы все племя видело смерть врага.

Еще не выплыла из-за скалы луна, а все племя уже спало в пещерах. На площадке мерцал огонь, чуть в стороне лежал пленник, а около него, сгорбившись, сидел часовой — он присматривал за пленником и по мере надобности подбрасывал в костер хворост. Стражником назначили Мабору, молодого парня, сына вождя. Маборе очень хотелось спать — он весь день бродил по лесу, потом вместе с Ману ловил чужака и устал, как убегавший от волков олень. Голова его невольно клонилась к коленям, а веки были такими тяжелыми, так слипались, что он с большим трудом их разлеплял. Он тер глаза кулаками, стараясь не уснуть, даже попытался запеть какую-то песню, но сон брал свое, и голова его то склонялась к коленям, то вдруг приподнималась, когда Мабора усилием воли заставлял себя проснуться.

— Не спи, дурья башка, а то убегу! — сказал ему пленник.

— Врешь! — подняв голову, ответил Мабора, встал, подошел к пленнику и пощупал узлы на руках и ногах.

— Врешь, не уйдешь! — успокоившись, снова сказал Мабора и сел рядом с чужаком.

— Покажи мне свою жену… Или у тебя еще нет жены? — обратился беловолосый к своему стражу.

— Молчи! — крикнул Мабора.

— А может, у тебя есть взрослая сестра? — снова спросил пленник. — Так ты не беспокойся: ей будет у нас хорошо… Я знаю, она отлично умеет жарить кабанину, а я люблю кабанину…

Мабора ударил пленника ногой по голове. Тот замолчал. Мабора, согнувшись, сидел рядом.

Очень скоро пленник услышал ровное дыхание и негромкое похрапывание караульного. Чужак поднял голову и посмотрел на Мабору.

— Не спи, а то убегу! — тихо сказал пленник.

Но Мабора уже спал, посапывал и чмокал во сне губами.

Тогда пленник сомкнул губы, и со скалы раздался крик филина. Мабора пошевелился, но не проснулся. Пленник снова глянул на своего стража и прислушался. Из леса долетел в ответ такой же, но еле слышный крик филина. Пленник перевернулся набок и тихонько покатился к краю площадки. Прошло с четверть часа. Вдруг снова закричал филин, но теперь было слышно, что кричит он у подножья скалы. Чужак поднял голову и зацокал, как летучая мышь. Через несколько минут рядом с пленником появилась беловолосая голова его лесного товарища.

— Скорее — руки!.. — тихо сказал пленник. — Совсем затекли!..

Минуту спустя их уже не было на площадке. Мабора спал. И видел во сне Мабора, что он вовсе не сидит на скале рядом с пленным, а идет лесом по какому-то следу… Он присматриваются к следу и никак не может понять, что это за след… А впереди него идет кто-то и смеется, но того, кто смеется, не видно. Вдруг он видит, что это смеется чужак. Маборе становится досадно, что пленник смеется над ним, он бросается вдогонку и видит, что это не пленник, а какая-то девушка, очень красивая, Мабора еще никогда не видал таких девушек… Девушка смеется и говорит: «А я хорошо умею жарить свинину!» Мабора бросаются к ней, ловит ее, в руках его молодое женское тело; но вдруг он видит, что это вовсе не девушка, а кабан… Кабан оскаливает клыки и спрашивает: «А у тебя есть сестра?» А с дерева внезапно доносится крик филина, и рядом что-то шелестит, словно ползет большая змея… Мабора хватает палку и бежит за змеей, а она превращается в летучую мышь и щелкает у самого уха: «Не спи, а то убегу! не спи, а то убегу!» — «Врешь, — говорит Мабора, — не уйдешь»… А отец выходит из-за дерева, больно хватает его за плечо и спрашивает: «Мабора, где пленник?..»