Михаил Федоров – Они тоже воевали… Солдаты СВО и герои нашего времени (страница 6)
– А как погиб?
Никита Хворов под Изюмом
– У него задание было минировать поля. Нам вообще ничего не говорили, когда мы стали созваниваться. В части сказали: он погиб в машине, – всхлипывала Елена Леонидовна. – Потом версия была, что находились в каком-то здании. Разминировали здание, и он там погиб…
– А когда тело нашли?
– Да какое там тело! Там были останки, но они были в плохом состоянии. Мы же созванивались, в Ростов-на-Дону звонили, но тогда с нами еще разговаривали. Тогда мало погибших, а сейчас много. И не разговаривают. И связывались с частью. И потом Ростов-на-Дону – это центр погибших. И мы с начальником, и он сказал: «Да, по Хворову очень плохие останки». И они говорили: «Молитесь Богу, чтобы что-нибудь и получилось». ДНК у него, у меня и у бабушки взяли. Потом позвонили, что ДНК совпало. Он погиб, еще два контрактника: Алексей Макаров и Баженов Илья и его любимый полковник Михаил Нагамов. Погибли в один день… И вот понимаете, Нагамов уехал служить в Москву, и они вот встретились там, в Харьковской области…
Тетя Никиты:
– Михаил, который привез Никиту на похороны, он все рассказал, что было задание у подножия города Изюма заминировать поля от нацистов. Это случилось с 12 на 13 апреля 2022 года. Было все спокойно. И они почти заминировали поля, и начался артобстрел. Никита, как командир, 21-го или 23-х, я уже не помню, ребят, вывел и почему-то туда решил вернуться… – плакала Елена Леонидовна. – И вот они четверо погибли… Баженова, Макарова, Нагамова сразу похоронили, а его пока нашли. Он далеко от них оказался, почему, я не знаю…
Я понял: когда попал под обстрел.
В присланной Еленой Леонидовной табличке в уголке Никиты в школе написано:
«11 апреля 2022 года группа старшего лейтенанта Хворова Никиты Алексеевича под командованием полковника Нагамова Михаила Александровича была направлена из временного лагеря на задание в район города Изюм Харьковской области.
В ночь с 12 на 13 апреля украинские националисты начали артобстрел по месту дислокации команды, выполняющей задание. По словам выживших солдат, старший лейтенант Хворов… выводил их группу по минному полю под страшным артобстрелом. Выведя почти всю команду, он заметил, что не вышли полковник Нагамов и два контрактника – Баженов и Макаров. Никита без промедления решил идти за ними обратно под артобстрелы, не боясь за свою жизнь. Отправляя свою команду в лагерь, он сказал: „Скоро вернусь со всеми, никого не оставлю под огнем“, и дал приказ уходить в лагерь. С того минного поля Никита так и не вернулся…
Никита вывел из-под обстрела 23 солдата, а, вернувшись обратно за тремя товарищами, погиб…»
Елена Леонидовна:
– Никиту привезли только 4 июля рано утром, а 4 мы уже его хоронили. Здесь у нас в Туринской Слободе на кладбище. С караулом. С выстрелами…
Слушал и молчал.
Старший лейтенант Хворов
– Я вам говорю со слов Михаила. – Тетя старалась рассказать все, что знала. – Он учился вместе с Никитой в ТВВИКУ. Даже когда Никиту искали, я по всем гадалкам звонила. И одна женщина из Екатеринбурга сказала: «Его привезет друг». Я говорю: «Он живой?» Она промолчала и трубку положила. И привез на самом деле друг. С Михаилом они учились в ТВВИКУ, но по распределению попали в разные части. Михаил просился в Ростов Великий, и через год его перевели. И Никита с ним встретился…
– Стали вместе служить.
– Как раз был пожар в Рязани. Тогда он получил медаль за разминирование. Это было в 2020 году. Осенью горели склады с оружием. И четверых, в том числе Никиту, наградили медалями за разминирование.
– Тогда там рвало долго…
Тетя прислала извещение. В нем прочитал: «Командир инженерно-саперного взвода войсковой части 52558 старший лейтенант Хворов Никита Алексеевич… погиб 13 апреля 2022 года…»
Прислала и медицинское свидетельство: «Дата смерти 13 апреля 2022 года… Место смерти Украина, Харьковская область. Изюм… Термический ожог 90 процентов поверхности тела или более… причиненные огнем, пожаром и горючими веществами…»
Сухо и страшно.
Как этот молодой офицер, охваченный огнем, покидал нас…
И никто помешать этому не смог…
Никто…
Елена Леонидовна дала мне телефон классного руководителя Никиты, и вот я ей позвонил:
– Татьяна Сергеевна, вы были классным руководителем у Хворова…?
– Да, с 5-го по 9-й класс. А потом два 9-х класса объединили в один, потому что многие ребята уходят, и у него стал классным руководителем другой педагог.
– Извините, а вы по какому предмету учитель?
– Английского языка…
Сначала показалось странным: за Уралом, тысячи километров до Великобритании, и школьникам преподают язык англичан. И не лучше ли ей вести другой предмет?
Татьяна Сергеевна:
– Это связано с моими учителями. Когда я училась в школе, у нас учителем иностранного языка была Тамара Михайловна Ушакова. И она мне очень нравилась. И язык мне нравился. А еще мне нравилась химия. Вот я и решила идти на иностранный. Но, думаю, не поступлю, на следующий год буду поступать на химию. Поступила, и иностранный язык стал моей жизнью.
– Когда я писал про Романа Филипова в книге «Герои Сирии. Символы российского мужества», то у Романа классной дамой тоже оказалась учительница английского…
– Вот видите…
Мы говорили о Никите.
Татьяна Сергеевна:
– С Никитой я познакомилась, когда он учился в 4-м классе. Потому что, когда дети переходят из начальной школы в среднюю, будущие классные руководители ходят и знакомятся с детьми класса, который будут вести. И наблюдала за всеми. Так вот Никита был самым спокойным мальчиком. Носил очочки, ну, невинный ангелочек. И когда они в пятый класс ко мне перешли, я утвердилась в своем мнении: этого мальчика можно не остерегаться. Не бояться, что он что-то выкинет. Что-то из ряда вон выходящее. Все было в рамках нормы. В рамках правил. Послушный, исполнительный и старался, конечно, хорошо учиться на «4», на «5». Учился выполнять точно, в срок, но и с творческой выдумкой, потому что его мама по профессии тоже учитель, но учителем не работала, а кажется, в сбербанке. Она любила рисовать, и эти способности передались Никите. Он участвовал в различных творческих конкурсах, но, естественно, мама ему помогала. Это очень хорошо, потому что и ребенок себя более уверенно чувствует. И родители интересуются, чем дышит ребенок. Рисунки Никиты на конкурсах занимали призовые места. Но такого хобби у него не было. Он всем занимался понемногу. И рисовал, мастерил руками поделки, потом занялся пионерболом, а потом волейболом. Ну и конечно, любил играть в компьютерные игры, как и все мальчишки…
– А какие-нибудь острые ситуации…
– Может, где-то и возникали они. Потому что могли его обидеть. Он спокойный был, а у меня в классе пятнадцать парней и шесть девочек. Всегда были нахрапистые, наглеватенькие, поэтому иногда и доставалось и ему. Под раздачу попадал.
– Почему?
– Потому что был послушный и не любил непослушных. Вот это… Потому что если где-нибудь начинают, то я всегда следила, чтобы неприятных ситуаций не возникало.
– Защищали Никиту…
– Конечно, у меня там такие. И попробуй не защити… Ему и в школу не захотелось бы ходить, поэтому так… Защищала, у меня несколько было спокойных мальчиков. И приходилось сдерживать основную-то часть…
– Видите, не в математики пошел, а форму военную надел…
Татьяна Сергеевна:
– Для меня его выбор был неожиданным. Не ожидала я, что он пойдет в военные. Он же выбрал это осознанно. В одиннадцатом классе, когда я перестала у них быть классным руководителем. Думала, что он пойдет в технический вуз.
– Может, туда, где силы набрать. Где больше порядка, в армию…
– Все возможно… В старших классах начал заниматься спортом. Бегал. Начал готовить себя. Готовил себя к будущему. Потому что понял, что слабому жить намного сложнее будет. Он начал себя, ну так скажем, делать.
– Появлялся в форме?
– Видела, он приходил к нам. Когда приезжал на каникулы, то приходил в школу, приходил ко мне и просил, чтобы устроила встречу со старшеклассниками. Как раз в военной форме, у него были фильмы про училище, и ребята смотрели их с интересом. Он уже такой подтянутый стал, мышцы накачаны, хорошо выглядел, как военный, как офицер. Его слушать было приятно, тем более что он говорил очень хорошо. Рассказывал про институт, слушали его внимательно.
– И как ему армия…
– А другого мы и не видели варианта. Если бы он поступил в технический вуз, там выбор. А тут приходит офицер в форме. А там ведь нелегко было учиться. Там еще мальчишки учились из нашей школы, и, по их словам, сложно учиться. Физическую подготовку строго спрашивали. Надо, чтобы физически крепкими, сильными были. Мне важно было, чтобы парни слушали его. Ориентировались. И у Никиты это хорошо получалось…
– А когда служил, приходил?
– Да.
– Не забывал родную школу, только бы она его помнила…
– А как же! В школе мемориальная доска. И обязательно в день рождения и гибели Никиты проходят митинги. В день смерти траурный митинг и в день рождения – памятный. Он упокоился у нас на кладбище рядом с мамой, там памятник…
Потом спросил:
– Вы сама Слободская?
– Да, из деревни Решетниково, это от Слободы километров сорок… Мы любим наш край. У меня сын сейчас живет в Хантах, окончил институт МЧС. Его сюда тянет, наш уголок вызывает у него бурю эмоций и тоску. Хоть раз в год стремится попасть сюда. Люди у нас очень добрые. Все готовы выслушать, помочь. Простые. Не такие, что вот смотрит на тебя: «Че ты мне дался, может, я тебя первый и последний раз вижу». У нас люди добрые, готовы всегда принять, помочь, напоить, накормить… Ну и, конечно, по природе: леса кругом, река, озера. Поэтому, кто любитель охоты, рыбалки, для него места замечательные. Чистота. Поселок чистый, ухоженный. Цветов кругом… У меня вокруг дома палисадник…