Михаил Ежов – Зодчий смерти (страница 10)

Я кивнул, состроив скорбную физиономию.

— Увы, сударыня, у меня для вас неутешительные новости. Ваш отец погиб.

Девушка вздрогнула, приложив ладошку к губам. Глаза её влажно заблестели.

— А мама?! Она… тоже?

Глава 11

Вопрос застал меня врасплох: я думал лишь о смерти Пешкова, остальные члены его семьи меня не волновали.

— К сожалению, не могу сказать. Такой информации пока нет.

— Но если про папу известно, значит, и про остальных должно быть! Господин Скуратов, пожалуйста, узнайте! Вам же это ничего не стоит!

Отказывать человеку, на лояльность которого я рассчитывал, конечно, было бы глупо. Пришлось отправиться в офис.

Антон удивился, увидев нас. Я объяснил ему, в чём дело.

— Да, нам поступают сведения о погибших, — сказал управляющий, собрав со стола бумаги. — Сейчас посмотрим. Как звали вашу мать?

Я мог бы и без всяких бумажек сказать, что никто во дворце Пешкова не выжил. Это было попросту невозможно. Однако Арине требовалось подтверждение, и я её понимал. Надежда умирает последней, как говорится. Узнав, что мать упоминается в числе погибших, девушка разрыдалась, так что нам пришлось её успокаивать. Справедливости ради, надо сказать, что лучше всех с этим справился шушик. Арина прижала его к груди, уткнулась в мех и постепенно пришла в себя.

— Вы ведь понимаете меня?! — спросила она вдруг, подняв голову и вперившись в меня влажным взглядом. — Барон, вы-то понимаете, да?!

Не сразу я сообразил, что девушка имеет в виду. Она говорила о том, что я тоже потерял всех родных разом. И при схожих обстоятельствах. Я решил, что это хорошая точка опоры для развития дальнейших отношений. В нужном мне ключе. Поэтому сел рядом и крепко обнял девушку за плечи. Пожалуй, малость бесцеремонно, учитывая, что мы только познакомились, и наши статусы, однако в данный момент это было уместно, и сработало: Арина вцепилась в лацканы моего костюма и разрыдалась, дав волю чувствам. Я был немного смущён, так как у меня сложилось впечатление, что местные аристократки умеют держать себя в руках, но, наверное, бывают моменты, когда внутри что-то обрывается, и человеку просто нужно облегчить душу.

— Позвольте я провожу вас в комнату, — сказала я, когда она подуспокоилась. — Вам нужно отдохнуть. Вы многое пережили.

— Спасибо. И… простите, что не сдержалась. Это было…

— Вполне понятно и по-человечески. Идёмте, я вас провожу.

— Разумеется, вам нужно заняться делами. Извините, что отнимаю время. Собственно, и я сама в состоянии добраться до комнаты. Не хочу злоупотреблять вашей заботой, барон. Кенджи мне поможет. Да, милый? — она поцеловала шушика в затылок.

Похоже, имя засранцу уже дали. Интересно, что за Кенджи такой? С другой стороны, какая разница?

— Это не займёт много времени, а мне будет спокойнее, — сказал я, предоставляя девушке локоть. — Прошу, сударыня.

— Называйте меня просто Ариной, если хотите.

— Хорошо. Тогда для вас я просто Николай.

Девушка чуть смущённо кивнула. Мы поднялись по лестнице, и я оставил её в спальне вместе с шушиком. Падшие больше не требовались, тем более что в комнате имелась камера наблюдения. Да и потом, человек, способный создать иллюзию, может улизнуть, когда захочет. У меня не было цели удержать Арину. Я хотел, чтобы она сама захотела остаться. Почему бы и нет? Рода Пешковых больше нет, никакого влияния его выжившие представители не имеют, территорию поделят между мной и Самсоновым. Да, Арина останется аристократкой, сохранит дворянство и право носить волосы цвета клана. Но что она будет делать? Желающих взять её замуж среди аристократов не появится. У девушки нет ни приданого, ни связей, ни способности передавать Дар своим детям. Она будет вынуждена вести жизнь обычного человека, простолюдинки. Вряд ли ей понравится подобная перспектива.

Я вернулся в офис.

— Что с Владимиром Авиновым? Он мёртв? Гули его достали?

По лицу управляющего сразу стало ясно, каким будет ответ.

— К сожалению, нет, Ваша Милость. Хотя он и находился в частной клинике на территории удела Пешкова, ему удалось улизнуть.

Чёрт! Жаль. Я рассчитывал прихлопнуть обоих зайцев одним ударом. После того, как Пешков решил покинуть город, ему не стало дела до раненого партнёра, и Авинова бросили в клинике на произвол судьбы. Переводить его в более надёжное место уже никто не собирался, так что он казался лёгкой мишенью для гулей. И тут такой облом! Обидно.

— Могли его труп сожрать полностью? — уточнил я на всякий случай.

— Не думаю, господин барон. Гули обычно так не поступают. У них есть гастрономические предпочтения, и они не съедают жертву целиком, а…

— Ясно. Значит, он куда-то сбежал. Но куда? И как? Где этот урод мог спрятаться?

— Не представляю, господин барон. Юрий Михайлович обещал это выяснить. Я его уже озадачил.

— Да? Ладно, надеюсь, разведка справится. А что с людьми Чекана? Ну, мафиозного босса, который решил влезть на территорию Емельянова. Известна их судьба?

— Да, Ваша Милость. Кое-кто пытался прорваться через кордоны, но их не пустили. Вот у меня тут отчёты. Желаете ознакомиться?

— Нет, этого достаточно. Значит, они погибли?

— Вероятно, большая часть.

— Наши потери уже подсчитали?

— Пока нет. Работа ведётся. Думаю, понадобится больше времени, господин барон, — извиняющимся тоном добавил управляющий.

Это я и сам понимал. Кивнув, оставил Антона разбираться с делами. У меня было намечено ещё одно дело. Эксперимент. Так что я отправился в подземелье, где находились холодильники. Туда складывали трупы, которым предстояло стать пищей для ручных гулей, и я намеревался проверить одну теорию.

Глава 12

Тела погибших складывали, по моему приказу, в два помещения: те, у кого имелись родственники, оказывались в одном холодильнике, где температура была не слишком низкой и позволяла трупам просто долежать до того момента, когда их заберут для подготовки к похоронам; остальные же попадали в другой холодильник, где их складировали штабелями, максимально плотно, и превращали в заледеневшие «брикеты». Этим мертвецам предстояло стать пищей для гулей. Туда я и направился. На данный момент тела не успели замёрзнуть, но набралось их уже немало. И они продолжали поступать по мере того, как прибывали грузовики, собиравшие павших.

Помещение не охранялось (это просто ни к чему), и я оказался в нём один. Это меня полностью устраивало, так как эксперименту свидетели не требовались. Совсем даже наоборот.

Я прошёлся между рядами аккуратно сложенных трупов. Запаха почти не было: зима всё-таки, холодильник, да и времени прошло относительно немного. Однако зрелище множества убитых, большая часть которых была изуродована, вызывало неприятное, гнетущее чувство. Мне ещё не доводилось видеть такое количество мертвецов разом. А ведь это далеко не все, павшие в схватках с гулями. И обычно во время нападений чудовищ жертв оказывалось куда больше. В разы. И в этом мире это воспринималось вполне нормально. Обычное дело, проза жизни. От подобной мысли на миг сделалось страшно. Так что пришлось взять себя в руки, включить циника и напомнить себе, зачем пришёл.

Приблизившись к сложенным до самого потолка (правда, довольно низкого) телам, я поднял руку и прикоснулся к одному. Ну, в чём дело? Давай, забирай кровь! Прошло несколько секунд, а вечно голодный демон никак не реагировал. Пришлось мысленно обратиться к нему с вопросом. Оказалось, мёртвая кровь моего партнёра не интересует. В ней, видите ли, нет ничего питательного. Иначе говоря, это просто жидкость, уже лишившаяся энергии. Значит, кормить демона трупами, успевшими полежать, не получится. А я-то хотел насытить его на пару месяцев вперёд. Но нет, облом! Так это не работает. Ладно, будем знать.

Пришлось вернуться в офис, не солоно хлебавши. Но расстраиваться долго не пришлось: Антон тут же сообщил, что очнулись остальные девушки. Близняшкам я велел приставить няньку (без понятия, где её возьмут, не мои заботы), а вот с Глафирой решил познакомиться. Всё-таки, представитель рода Пешковых и умеет создавать иллюзии. А мне такая способность не просто пригодилась бы — я уже сейчас имел план, как использовать подобный Дар. Так что, можно сказать, он мне был необходим. И привлечь на свою сторону его носительниц в данный момент — задача первостепенная. Это даже важнее дележа территории Пешковых, поскольку там от меня мало, что зависит.

В общем, я велел выяснить, есть ли у близняшек родственники с полезными связями, желающие их удочерить, приютить или что там ещё, и отправился в розовую спальню повидать спасённую девчонку. Жаль, у меня не было с собой шушика, но этот козырь, похоже, безвозвратно ушёл дочке барона. Так что рассчитывать предстояло исключительно на собственное обаяние. Спасибо Господу, что создал Николая Скуратова истинным красавчиком. К этой ангельской внешности да мой жизненный опыт, помноженный на мужественность, и я прямо даже не знаю, какая девчонка устоит перед таким кадром. Честно. Тут объективно без шансов.

Так я говорил себе, поднимаясь по лестнице, чтобы настроиться на разговор.

Но оказалось, что Глаша всё же больше двенадцатилетний ребёнок, чем барышня, так что включать обаяние не пришлось: хватило пары обнимашек, поглаживания по спине и голове, заверений, что всё будет хорошо и обещания познакомить с шушиком. Да, придётся Арине поделиться. В конце концов, они родственницы, так что разберутся. И вообще, пора им позаботиться друг о друге. Как только мне пришла в голову эта мысль, я повёл Глашу к Арине. Девушки были слегка смущены встречей. Видимо, не особо общались прежде, хоть мелкая и гостила во дворце. Но я надеялся, что шушик их сблизит.