Михаил Ежов – Вперёд в СССР! Том 4 (страница 40)

Мы видим, что ты вернулся, Владлен Громов. Что именно тебя привело?

У меня есть воспоминания, которыми я хочу поделиться. Два модуля Машины, которую собирают эмиссары. И третий модуль, который от меня ускользнул. Мне нужен совет.

Показывай.

Я анимансер и очень хорошо умею взаимодействовать с другими менталистами. Показывать лишь то, что посчитаю нужным. Но менгиры были очень сильны. Слишком сильны даже для меня. Я ощутил, как целые блоки нужных воспоминаний со свистом уносятся в пустоту… В некое коллективное пространство, где непостижимые инопланетные разумы без устали что-то анализируют.

Да. Это Машина Контроля. Мы не можем подобрать более точного определения.

Что будет после окончательной сборки? Как это устройство работает?

Некроды монтируют такие системы, чтобы расширить зону покрытия. То есть, зону влияния своего Искусственного Бога. Портальщики им нужны, чтобы перемещать главный компонент, Арку, в пределах Земли. Но это не единственная их функция. Совместными усилиями лучшие портальщики вашей планеты пробьют канал через подпространство. В этот канал устремятся подпрограммы Искусственного Бога, его копии. Он не переберётся сюда полноценно, но получит рычаги управления системой. Я понятно объясняю?

Да.

Переместившись сюда, Бог-из-Машины запустит процессы, которые приведут к нашему подчинению и включению в сферу его влияния. После этого он решит навигационную задачу и откроет полноценный портал. Мир некродов и ваша планета будут связаны.

Значит, Арку перебрасывают с места на место портальщики?

Не совсем. Они — лишь часть технологии. Не уверен, что смогу объяснить. Некроды собрали модуль плавающей реальности, но этот механизм пока могут активировать только сильные менторы с определённой конфигурацией. И они должны оперировать большими объёмами пси-энергии.

Как мне найти Арку?

Разыщи все Башни. По нашим подсчётам их должно быть шесть. Отметь положение объектов на карте. Арка в конечном итоге будет размещена некродами в центре. Расстояние до каждой Башни будет одинаковым.

Что мне уничтожить первым? И не пропущу ли я момент, когда будет слишком поздно?

Это нам неведомо. Но учти, что Башни образуют конфигурацию шестиконечной звезды. У тебя есть две отправные точки. Попытайся вычислить остальные. Действуй быстро, иначе эта планета погибнет.

Сеанс прервался.

В Москву я вернулся поздно вечером.

Усталость была настолько сильной, что я даже не стал просматривать отчёты отделов. Принял душ и завалился спать прямо в Управлении, в одной из релаксационных комнат. Проснулся по будильнику в 6.30. Не сразу понял, где я и что происходит. Лежал я на деревянной кровати в крохотной комнатушке с санузлом и многофункциональной мебелью. В Управлении таких комнат хватало — они были предназначены для тех сотрудников, кто буквально живёт на работе или недавно приехал из другого города. Я вынужденно относился к первому типу.

Роскошь побыть с семьёй или просто отдохнуть где-нибудь на море летом — это не про меня. Хотя Союз и предоставляет обширные возможности. Я даже на базу какую-нибудь лесную выбраться не могу. А если и бываю в тайге, то исключительно на вездеходах.

Надо дожимать эмиссаров.

А то даже с Кристиной толком не получается поговорить. Она у меня умница и красавица, всё понимает. Да и отец наверняка рассказывал, что стоит на кону…

Когда всё это закончится, сделаю Кристине предложение.

Не хочется терять такую девушку.

Размышляя подобным образом, я принял душ, почистил зубы, оделся, заправил и сложил кровать. Тут была хитрая система, похожая на полки в купе. То есть, одно элегантное движение — и кровать превращается… Ладно, не превращается. Складывается и втягивается в специальную нишу.

Ожил смартфон.

Вася Позняк, аналитический отдел.

— Привет, Вася, — я переключился на громкую связь. — Что там у вас?

— Товарищ Громов, заглянете в отдел? Мы, кажется, ещё одного нашли.

Я сразу понял, о ком идёт речь.

И уже через десять минут я входил в царство экранов, голографических развёрток и светящихся клавиатур. Окна были переведены в режим поляризации. У меня возникло ощущение, что эти упыри-айтишники вообще никогда не спят. Или ведут преимущественно ночной образ жизни.

— Вы хоть проветривайте помещение, — я критически осмотрел логово технарей.

— Кондиционер же есть, — обиделась Ника.

Я решительно направился к одному из двух окон и тронул сенсор, раздвигающий створки. В комнату ворвался свежий осенний ветер. Принёс запах листвы и увядания…

— Рассказывайте.

Дима Цой потянулся к бумажному стаканчику на пробковой подставке, сделал глоток и по-своему обыкновению начал отдуваться за всех:

— В общем, такая картина, шеф. Вы нам предоставили информацию: Глеб Прозоров. Мы его прогнали по официальным спискам — нет упоминаний. Тогда начали проверять служебные базы.

— И нашли, — ввернул Позняк.

— Ещё как нашли, — кивнул Цой. — Личность засекреченная. Товарищ Прозоров — это портальщик Ф-ранга. Официально. И он служит на воздушном флоте Советской Армии.

— Прямо воздушный флот? — недоверчиво уточнил я.

— Угу, — буркнула Ника. — Если надо быстро перекинуть атомоход в любую точку планеты — вызывают Прозорова. Он умеет открывать порталы достаточного размера, чтобы через них проходил крупногабаритный транспорт.

— Крупногабаритный, — хмыкнул Богдан Луческу. — Я бы сказал — громадный!

— Он что, и целый воздушный флот может протащить? — заинтересовался я.

— Насчёт флота не знаю, — ответил за всех Дима. — Если у нас и есть портальщики такой силы, их берегут как зеницу ока. Не факт, что мы смогли бы получить сведения о них.

— Вообще, — вмешался Позняк, — я слышал, что такое невозможно. Они ведь, портальщики флотские, делают проколы на высоте. Такие аномалии надо фиксировать и удерживать. По-моему, это работает только с одним кораблём.

— На борту которого и находится лоцман, — подтвердил Богдан.

— Их лоцманами называют? — я присел на краешек подоконника, скрестил руки на груди.

— По аналогии с морфлотом, — кивнула Ника.

— Хорошо. И где наш кадр?

— В Иркутске, — сказал Дима. — Но есть одна м-а-а-ленькая, но очень неприятная деталь.

— Какая? — я насторожился.

— В Иркутске находится база ВВФ, на которой сейчас пришвартована «Сила пролетариата», — объяснил Позняк. — Атомоход-дредноут класса «Мир». Наш клиент уже на борту. Завтра утром дредноут отправляется в Японское море, и если мы хотим снять Прозорова…

— Надо действовать быстро, — понял я. — Спасибо, ребята.

Влетев в свой кабинет, я тут же вызвал Аксёнова и приказал снарядить две штурмовые группы в Иркутск для захвата эмиссара.

А сам направился с визитом вежливости к Козлову.

Лоцмана с корабля Военно-Воздушного Флота просто так не снимешь.

Потребуются серьёзные основания.

Глава 20

Козлов сидел в кабинете за столом, хмурый и сосредоточенный. Видно было, что давно не спал. Видать, не только меня последние события закрутили и закружили, как метель — одинокую снежинку.

— Привет, Влад, — кивнул он, когда я вошёл. — Садись. В ногах правды нет. Забегался?

— Всё в порядке, Виктор Викторович, — ответил я, опускаясь в кресло напротив начальника. — Работаем.

— Да, это я вижу. Хвалю и всё такое. Спецотдел действует настолько эффективно, насколько возможно в текущих обстоятельствах, так что претензий нет. Но ты мне нужен свежий и бодрый. Спишь вообще?

— Иногда, — ответил я. — Сейчас не до отдыха, Виктор Викторович. Можем упустить эмиссара и проворонить что-то важное. У меня нехорошие предчувствия. Мы словно всё время отстаём от противника на полшага.

Козлов понимающе кивнул.

— Вот и у меня, — признался он. — Дела идут не так хорошо, как хотелось бы. Мы изначально дали галодам фору, ещё до тебя. Как теперь выяснилось. Наше упущение. Страшно представить, что было бы, если б ты не появился. Ну, да что уж теперь… Работаем с тем, что имеем. Насчёт Прозорова — нужно снимать его с атомохода.

— Совершенно согласен, — кивнул я. — Как раз этим и планирую заняться. Но нужен допуск на «Силу пролетариата». Объект военный, повышенной секретности. Так просто туда не проникнуть.