Михаил Ежов – Вперёд в СССР! Том 4 (страница 35)
Сформированный конус вновь отлетел прочь, но на сей раз он настолько ослаб, что даже перестал подпитывать ловушку. Вихрь больше не крутился. Нашу троицу вынесло в смежный план.
Бесконечный розовый закат.
И ни единого намёка на твёрдую землю.
— А ты красавчик! — оценил мою работу Чупакабра.
— Держи щит, — приказал я. — Прямо перед ним.
Мы переместились ближе волевым усилием.
Расстояний в подпространстве не существует, всё условно. И теперь стало ясно, насколько огромна побитая нами тварь. Передо мной простиралась потускневшая, но всё ещё переливающаяся всеми цветами радуги масса метров ста в поперечнике.
— Хочешь сделку? — обратился я к духу.
Шорох сформировал из себя человеческую голову. Жутковатые губы разлепились и начали произносить слова:
— Ты — сильное существо.
— Мы тебя отпустим, — предложил я. — Если поможешь.
Тварь дёргается, прощупывает слой. И понимает, что не выскользнуть. Щит у нас крепкий. И энергии хватает. Финал истории.
— Чего ты хочешь, смертный?
— Ты охотился за эмиссаром, — отправляю монстру образ некрода в духовном воплощении.
Чёрный клубок, клякса. Примерно так они выглядят во время перехода между мирами.
— Еда, — пророкотало существо. — Корм.
— Он хотел вселиться в человека, — сказал я. — Мне надо найти этого человека на физическом плане. Укажи мне путь.
Тварь шевельнула отростками, словно паук в центре паутины.
— Корм больше не вернётся. Он спрятался.
— Что? — насторожился я.
До меня начал доходить пугающий смысл реплики.
— Он перебрался в оболочку. Я не могу дотянуться, — в голосе хищника мне почудилась обида. Словно конфету у ребёнка отняли. — Но я вижу.
— Ты видишь оболочку? — уточнил я.
— Да.
— Покажи. И мы в расчёте.
— Я не могу пробиться через твою блокаду. Как мне передать образ?
— Выведи в слой, — предложил я.
На такие фокусы способны единицы анимансеров. Демоны и Шорохи справляются на щелчок. По понятным причинам. Мир духов — это среда их постоянного обитания.
Я позволяю Шороху зачерпнуть немного энергии.
Ровно столько, чтобы отслеживать объекты и показывать кино.
Справа от меня сформировался экран с необычной панорамой. Бескрайний хвойный лес, голубая лента реки и высоченная арка явно искусственного происхождения. Наезд, увеличение. Среди деревьев бредёт человек. Человек ли? Оборванец — худой, костлявый, перетянутый мышечными жгутами, весь какой-то деформированный. Я с трудом узнаю в этом персонаже Вышинского. По спине пробегает неприятный холодок…
Портальщик уже изменился.
Мы опоздали.
— Где это? — вопрошаю я.
То, что развернулось перед нами…
От арки веяло нечеловеческим происхождением. Явно искусственным, но люди
— Люди называют это КАССР, — блеснул познаниями хищник. — Смотри.
Изображение изменилось.
Теперь перед нами была карта РСФСР с двумя красными точками. От одной точки к другой протянулась извилистая пунктирная линия.
— Карелия, — понял я.
Линия тянулась с юга на северо-восток, в сторону Петрозаводска, но у самого города отклонялась к финской границе. Высветились координаты второй точки.
— Но он движется, — проворчал я.
— Перед тобой координаты арки, — пояснил Шорох.
Тварь считывала нас как открытые книги. Или не нас, а только носителей эмиссаров. Так или иначе, Шорох разговаривал на отличном русском, разбирался в картах и географии, владел терминами. Для меня это — неприятный сюрприз.
— Я запомню, — сказал Чупакабра.
Координаты исчезли.
Я вновь увидел бредущего по шоссе человека.
— В расчёте? — уточняет существо.
Кивнув, я начинаю выходить из слоя.
Мы снова в «панцире».
Штурмовики смотрят на меня почти с благоговейным трепетом. Думаю, слухи о моих специфических умениях уже начинают расползаться.
Никто ни о чём не спрашивает.
Я перебираюсь на переднее сиденье, рядом с Бурундуковым.
— Забивай координаты, дорогой товарищ.
Бурундуков смотрит на меня как на сумасшедшего. Но его пальцы послушно бегают по сенсорной панели, вводят данные, которые я диктую.
На дисплее бортового компьютера разворачивается карта.
— Петрозаводск? — Бурундуков продолжает охреневать.
— На северо-запад от него, — мягко поправляю шофёра. — Там километров двадцать пять. Или тридцать.
— Откуда у вас эти сведения, шеф?
— Вопрос к делу не относится, — отрезал я. — Повысишь допуск — узнаешь.
Универсальное средство от любопытных.
— Сейчас портал откроем? — сдался Бурундуков.
Я выглянул наружу через боковое стекло. Бронированное, как и всё вокруг. Мы ехали по ровному, хорошо отремонтированному шоссе, с двух сторон высились сосны. Мне вдруг захотелось на море, а не вот это вот всё.
— Погоди немного. Видишь ту заправку?
— Так точно.