Михаил Ежов – Вперед в СССР! Том 3 (страница 12)
Неспящий.
Это означает, что в Проекте работает учёный, способный
Стоп, а почему я решил, что Арсений задействован в Проекте?
Да, он работал в НИИ, где проводились исследования менгира и всего, что с ним связано. Да, он имел отношение к эмиссару. Предположительно имел. Но это мог быть приглашённый специалист, находящийся под подпиской о неразглашении.
У меня появилась возможность выйти на Арсения через Киру. Я могу привлечь в спецотдел ценного сотрудника, который поможет лучше разобраться в том, как эмиссары перестраивают человеческие тела. А это важно. Чем глубже я понимаю своих врагов, тем лучше умею их убивать.
И да, я хочу выяснить, где находятся пределы возможностей эмиссаров.
Я ведь ни разу не встречался с полностью сформированной особью, вселившейся в ментора. Просто потому, что в прошлом мире не было такого количества одарённых.
Делаю себе отметку на будущее — навести справки о Шуваловых. Мне нужно выяснить, что это за семья, на кого сейчас работает Арсений и насколько он заинтересован в потенциальном переходе. Озадачу Аксёнова. Теперь у меня есть аналитик, пусть отдувается.
Обо всём этом я размышлял, наблюдая за прибывающими людьми.
Собрание я назначил на дневное время. Прикинул, что сразу после этого люди могут отправиться в столовую и перекусить. Помимо Аксёнова, Рудницкой и моего чудо-шофёра начали подтягиваться и другие личности, с которыми я успел провести предварительные беседы. Подъехали Зимина, Жуков и Михайлов.
Прибыл весьма интересный тип Стас Коротких, обладающий способностями регенерата. Такого человека всегда нужно иметь под рукой, учитывая специфику нашей работы. Стаса перевели из военного госпиталя, выдернув прямо из отпуска. Коротких отдыхал во Вьетнаме, прилетел пару дней назад и отправился к родителям на дачу, где вознамерился пожарить шашлыки. Там его и выловили подчинённые Козлова.
Ещё пара физиков, закадычные друзья с детства. Я успел вскользь изучить их досье, читая по диагонали. Матвей Рубцов и Максим Тополь. Очень колоритные персонажи. Росли в одном дворе, учились в одной школе. Вместе пошли служить, успели повоевать в Ливане, вернулись с боевыми наградами. Продолжили свой путь, но уже в КГБ. И тоже в одном подразделении. Оба — мускулистые, с идеальными телами. Пышущие здоровьем, как и все физики. Шутники-балагуры, постоянно травят анекдоты и подкалывают друг друга. Никогда бы не подумал, что эти ребята насмотрелись разной жути за свои неполные двадцать семь.
Скромно просочился в кабинет Виталий Каплан, нова и запредельно крутой боец-рукопашник. Этот был диверсантом, имел опыт работы в тылу врага, говорил на пяти языках, но никакими сверхспособностями не обладал. Если не считать сверхспособностями мастерское владение единоборствами, ножевым боем и огромным количеством техник с удавками, иглами, кастетами. Всё это не означало, что Каплан далёк от огнестрельного оружия. Напротив, этот товарищ стрелял из всего, что имеет ствол и спусковой крючок. Кроме того, умел обращаться со взрывчатыми веществами, изготавливать их из подручных средств, добытых в аптеке или хозяйственном магазине. При этом Виталик был человеком тихим, скучным и совершенно неприметным. Худощавым, даже костлявым. Двигался экономно, мягко, словно перетекал из одной точки в другую.
Эх, я помню времена, когда восточные единоборства в СССР были под запретом. Достаточно вспомнить непростую и во многом драматичную судьбу карате. Поначалу это искусство просачивалось в Союз и даже появилась Центральная школа карате. А затем лавочку прикрыли, начались гонения. В этом же мире ничего подобного не происходило. Никаких перегибов, всё цивилизованно, под контролем. При этом все мастера восточных стилей учтены, внесены в соответствующие базы. Собственно, так я и узнал о существовании Виталика.
Не скажу, что текущий состав — предел моих мечтаний.
Хотелось бы иметь парочку технарей-компьютерщиков, ещё десятка два бойцов, второго рунного мастера и спецов техподдержки. Не помешал бы опытный инструктор наподобие моего павшего учителя. Чтобы выискивал подходящих менталистов, обучал и вводил в строй. Да и что это за отдел, в котором всего один анимансер? Причём шансы отыскать второго стремятся к нулю…
И да, мне потребуются водители броневиков.
Вместе с самими броневиками.
А броневики должны быть защищены рунами, чтобы продвинутые эмиссары не распотрошили их своими когтями. Эти могут.
Но, увы, это лишь мечты.
Народ собрался и ждал приветственной речи.
Я отвлёкся от былых воспоминаний и вернулся в реальность. По идее, народу достаточно, чтобы говорить о создании спецотдела. Необходимый минимум, если нам предстоит вылавливать эмиссаров поодиночке. И совершенно недостаточно для эффективной борьбы с Шестой колонной. Ладно, Москва не сразу строилась.
— Здравствуйте, товарищи! — громко произнёс я. Воцарилась тишина. — Напомню, что меня зовут Владленом Громовым, и я ваш новый руководитель. Добро пожаловать в «Грань».
Раздались жидкие аплодисменты.
— Все вы успели получить допуски, перевелись из своих подразделений и управлений, практически уладили необходимые формальности, — я сделал небольшую паузу. В моём мире всё это заняло бы несравненно больше времени. А тут — автоматизация, нейросети, цифровое государство. — И мы сейчас можем говорить откровенно. «Грань» — это спецподразделение по борьбе с эмиссарами, вселяющимися в тела людей и перекраивающими их… в соответствии со своими задачами.
— Можно вопрос? — поднял руку Михайлов.
— Слушаю.
— Изначально речь шла о каких-то… монстрах. Я думал, это инопланетные хищники. А тут всё как-то усложнилось.
Я кивнул:
— Усложнилось. Теперь вы обладаете полнотой допуска, и я могу говорить правду. Мы столкнулись с существами, которые умеют путешествовать через… нематериальный план реальности… вселяться в обычных людей и запускать необратимые изменения в их организмах. Иными словами, начинается полная трансформация, разбитая на стадии.
— Получается, они разумны? — раздался голос Зиминой.
— Именно так и получается, — кивнул я. — Скажу больше: речь идёт о воплощениях некродов в нашем мире. Эта раса не пользуется порталами, но с их вторжением по факту мы уже столкнулись.
Нравится мне эта реальность.
Когда мне подобное задвинул учитель, открывший дорогу к умениям анимансера, у меня глаза на лоб вылезли. А эти сидят, хмурятся, но в целом… Принимают. А всё потому, что живут на планете с менгирами, порталами и прочими повсеместными чудесами.
— А теперь, — продолжил я, — мы поговорим о том, как их убивать и допрашивать.
Глава 7
Мы проговорили около двух часов.
Я опасался вопросов по поводу моей осведомлённости в сфере истребления чужих, поэтому скармливал информацию дозированно. Описывал столкновения с врагами в этом мире, делая акцент на уязвимостях, а не своих действиях. Затем переключился на цели эмиссаров, тактику внедрения, повадки и потенциальную боевую мощь.
Вопросы мне задавали, но строго по существу.
Пока я видел, что не внушаю особого доверия своим людям. Никто из них не понимал, с какого перепуга меня поставили во главе спецотдела. Уверен, каждый успел просмотреть моё досье в открытом доступе, где значились два неприятных факта. Нулевой опыт работы в «органах» и родственная связь с изменником. В теории каждый мог посмотреть моё выступление на ТВ в записи, где у меня брали интервью по поводу моего отца.
Что тут скажешь?
Авторитет придётся доказывать. Никто не будет уважать командира спецподразделения за красивые глаза. А многие ещё и подумали о том, что Козлов мне оказывает протекцию.
— И какие у нас задачи на текущий момент? — поинтересовалась Рудницкая.
— Их несколько, — сухо ответил я. — Окончательно утрясти все формальности, заявиться на финансирование, разобраться с материальной базой. Прежде всего — вооружением. Мне придётся добрать ещё людей, специалистов… разного профиля. После этого приступим к подготовке. В том числе, на полигоне.
— Много вообще этих эмиссаров обнаружено? — спросил Михайлов.
— Известны два случая. Оба я вам описал. Это были противники на разной ступени развития. Со вторым справиться было сложнее.
— Получается, эмиссары только в СССР проникают? — это вопрос от Жукова.
— Мы этого наверняка знать не можем, — я покачал головой. — Если они вселялись в кого-то за рубежом, особенно в западных странах, сведения будут засекречены. Известно, что их притягивают менгиры.
А ещё чужие знают о моём воплощении.
И очень хотят развоплотить своего врага обратно.
— Мне вот что непонятно, — вступила в разговор Инга Зимина. — Как их вообще можно допрашивать? И как обнаружить этого… эмиссара… если он выглядит, как обычный человек?
— За допросы буду отвечать я. Что касается обнаружения… Есть методы. И не забывайте, что человеческий облик у них только на ранней стадии, до окукливания. Потом эти твари уже себя выдают.
Но это не значит, что эмиссары не могут эволюционировать ещё дальше.
И это не значит, что на финальных стадиях они не научатся вновь шифроваться под людей. В сущности, даже в моём прежнем спецотделе о Шестой колонне знали очень мало. И это несмотря на десятилетия активной борьбы.