Михаил Ежов – Вигго: Наследник клана (страница 34)

Когда мы появились на островке, где стоят вертолёты, туша горобыка уже была разделана, ценные ингредиенты погружены. Охотники забрали не всё, а только самое ценное. Остов с кусками мяса торчал из трясины. Он должен был достаться местным падальщикам, первые из которых — комары и прочие насекомые, уже облепившие останки.

Вагнер сделал вид, что не замечает меня. Ну, и плевать.

Краны сложились, и мы занесли их в вертолёты.

Вагнер объявил сбор и посадку.

Я забрался в салон и взглянул на таймер: до отлёта оставалось шесть секунд.

Барсик лежал подле моих ног.

— Что за тварь такая? — поинтересовался один из охотников. — Где взял?

— Там таких больше нет, — ответил я.

— Точно?

— Уж поверь.

— Сколько за него хочешь?

— А сколько дашь?

— Ну-у… йен двадцать.

— Нет, лучше себе оставлю.

— Как знаешь.

Потеряв интерес, охотник отвернулся. Больше про мутанта никто не задавал вопросов.

Щёлкнули фиксаторы, закрепив экзоскелеты на скамьях, пилот закрыл люк, и коптер, нагруженный трофеями, тяжело взмыл в звёздное небо, как обожравшийся стервятник.

— Поздравляю с успешным участием в загоне, — произнесла девушка за стойкой администратора, едва я приблизился. — Хотите оценить работу нашей кампании?

— Нет, спасибо. Я вполне удовлетворён. Надеюсь, вам этого хватит для статистики.

— Как угодно. Мы всегда будем рады видеть вас нашим клиентом. Мне сказали, вы отлучались во время охоты. Это нарушает правила нашей компании. С вас взимается штраф в размере пяти йен.

Проклятье! Вот это стало неожиданностью.

— Ладно, грешен, — я нехотя выложил на стойку пять йен. — Но оно того стоило.

Один меч наверняка обошёлся бы в несколько десятков. А может, и дороже. Плюс я разжился пачкой денег. Так что в накладе по-любому не остался.

— Ваша доля от предполагаемой прибыли с добытых во время загона трофеев составляет тридцать пять йен, — продолжила девушка. — Прошу — получите.

Она выложила передо мной пачку цветных банкнот, которые я тут же распихал по карманам.

— Благодарю.

— Также вы получаете по рекламной акции сертификат на разовое бесплатное посещение лодочного дома «Сад тысячи пьянящих ароматов», — уведомила девушка, протягивая листок с изображением девочек в манящем белье.

Ну, это мне едва ли понадобится. Я надеюсь в ближайшее время к жене вернуться. Но вслух я сказал:

— Спасибочки. Обязательно наведаюсь.

— Спасибо, что воспользовались услугами корпорации «Нимрод», — проговорила девушка. — Хотите узнать про скидки для клиентов, оформивших карту постоянного…

— Нет, спасибо! С меня хватит болот.

И скидочных карт. Я надеялся, что хотя бы их здесь нет. Как ипотеки. Но, похоже, цивилизация возрождалась полным ходом.

— Всего доброго и удачи.

Я вышел на улицу. Барсик следовал за мной. Остановившись, я задумался. Раз теперь у меня имеется здоровенный кибермутант, надо его где-то возить. А значит, пора позаботиться о новом транспорте. Осмотрев улицу, я заметил небольшой жёлтый фургон и направился к нему. Обойдя, решил, что по размеру тачка, вроде, должна была подойти. Водитель отсутствовал, но дверь, конечно, оказалась заперта.

Пешеходы на улице имелись, но далеко, вооружённых патрулей не было. Поэтому я просто разбил стекло рукоятью ножа и открыл дверь. Никто даже голову в мою сторону не повернул. Ну, и отлично.

Так, транспорт я нашёл. Но и бросать байк не хотелось. Можно прихватить его с собой. Я обошёл фургон, открыл его и впустил мутанта. Тот запрыгнул в тачку, которая слегка просела под его весом. Монстр свернулся, глядя на меня мутными глазами хищника. Что ж, при моём роде деятельности едва ли Барсику придётся голодать.

Я вернулся в кабину. Нужны были ключи, так что пришлось замкнуть провода, чтобы мотор завёлся. Спецом я не был, поэтому провозился минуты три.

Подрулив к мотоциклу, я снова вышел и затолкал байк в кузов, поставив рядом со свернувшимся мутантом. Всё, пора валить!

Я решил поехать в «Красную заводь», чтобы приобрести что-нибудь полезное, а заодно договориться начёт будущих заказов. Пока клан «Эрманарих» не возрождён, хорошо бы попасть к Теплову в постоянный штат охотников.

Ехал новым маршрутом, поэтому увидел ещё один район мегаполиса. Он выглядел непривычно: чистые улицы, освещённые окна домов, рестораны, кафе, витрины. Много неоновых трубок и разноцветных пульсирующих вывесок. Правда, судя по всему, и здесь люди редко селились выше пятого-шестого этажа. Несмотря на поздний час, народу было много. Меньше, чем в Базарном квартале, но всё равно прилично. Я даже видел процессию разряженных мужчин и женщин, нёсших насаженные на палки черепа, украшенные искусственными цветами, но не понял, праздник это был или похороны. Впрочем, могло быть и то, и другое.

Сбросив скорость, я из любопытства последовал за этим странным шествием, и оно привело меня к храму: здание в виде зиккурата стояло на большой площади, украшенной цветами, неоновыми трубками и лентами. Повсюду виднелись скелеты, сделанные из папье-маше и одетые в чёрные фраки и цилиндры. Нарисованные зубы сжимали толстые сигары.

Над входом в храм красовалась мерцающая огоньками надпись: «Ночь мёртвых». Заглушив мотор, я вылез из тачки. Звучала музыка, отовсюду доносились пение и смех. Мимо меня пронеслись танцующие пары. Мужчины и женщины разрисовали лица в виде черепов. Первые носили широкополые шляпы, вторые — пышные венки из алых цветов. Пройдя мимо празднующих, я подошёл к дверям храма. По обеим сторонам возвышались статуи сфинксов с бородатыми лицами. Справа стоял чернокожий жрец в длинной серой тоге, расшитой серебром около ворота. Его шею украшали нитки крупных деревянных бус, а в руках он держал толстую пятнистую змею. К нему подходили люди и, назвав унганом, принимались что-то быстро говорить. Видимо, излагали просьбы. На меня никто особо не обращал внимания. Я заметил, что не все посетители праздника были в гриме — наверное, как и я, забрели из любопытства.

Моё внимание привлекла табличка, привинченная возле входа в храм. Приблизившись, я смог прочитать её: «Добро пожаловать в обитель вуду. Заходи и поклонись барону Самди. В обмен на небольшую жертву ты сможешь узнать будущее, получить предсказание или обратиться с вопросом к оракулу. Есть лавка, где продаются обереги и прочее. Прими вуду, и тебе откроются тайны мёртвых».

Удовлетворив любопытство, я поспешил назад к машине. Вокруг пахло цветами, табачным дымом и почему-то карамелью. Протиснуться через увеличившуюся толпу было нелегко, но я справился. Заведя мотор, оставил площадь позади, и вскоре даже музыка перестала доноситься до моего слуха.

По дороге на глаза попались ещё два храма. Один напоминал готическую кирху, только вместо крестов на шпилях красовались круги, внутрь которых были вписаны разделённые пополам треугольники. Другой представлял собой полусферу. Вокруг него медленно бродила вереница завёрнутых в белые мантии адептов. Они держали в руках длинные, толстые свечи. Головы прихожан (а может, жрецов) скрывали просторные капюшоны.

Я с интересом разглядывал квартал. Его обитатели явно считались в Илионе чем-то вроде среднего класса. Может, даже и покруче. Некоторые дома напоминали особняки, но вовсе не заброшенные, а очень даже обитаемые: во многих горел свет, перед фасадом толпились люди, виднелись припаркованные машины и глайдеры. Деревьев, правда, не было, даже чахлых и кривых. Из распахнутых окон доносилась музыка. Повсюду расхаживали вооружённые охранники.

Иногда над крышами мелькало высокое здание, у которого освещены были верхние этажи, в то время как нижняя часть небоскрёба терялась в ночной темноте. Белая надпись «Приам» была, наверное, огромной, так как легко читалась с немалого расстояния. Кажется, так звали местного мэра. Может, это здание городской ратуши?

На одном из перекрёстков стоял маленький броневик, возле которого дежурили спецназовцы. Дальше городской пейзаж постепенно начал меняться, приобретая всё более постапокалиптический вид, и я понял, что покинул район.

Но затем впереди показались огни Базарного квартала, которым я невольно обрадовался, словно возвращался домой. Глупо, но подсознание оно такое.

Перед «Красной заводью» толпились бродяги в грязных кимоно. Их голые ноги покрывали потёки и брызги, волосы выглядели сальными и спутанными. У некоторых торчали разноцветные пряди — зелёные, голубые, сиреневые. Бродяги что-то втолковывали якудзе в сандогасе. Тот слушал, периодически кивая. Я узнал Кэзуки — боевика, заходившего к Теплову сделать заказ на убийцу проститутки. Может, взять его хохмы ради?

Выйдя из машины, я направился к бару. Якудза взглянул на меня, но тут же отвёл глаза: его дёрнул за рукав один из бродяг, привлекая внимание. Бандит мигом врезал ему по роже тыльной стороной руки. Среди оборванцев начался переполох. Они схватили наглеца, посмевшего прикоснуться к якудзе, оттащили, награждая пинками, и вытеснили за пределы своего круга.

Слегка ускорив шаг, я вошёл в «Красную заводь».

В баре играли какие-то струнные инструменты. Обезьяна дремала в клетке, свесив между прутьями хвост и переднюю лапу. Вокруг неё летали жирные мухи.

Я прошёл к стойке, где Сергей болтал с каким-то мужиком в кожаной куртке, утыканной шипами и стальными бляшками. Выбритый череп покрывала татуировка, в левом мясистом ухе болтались три серебряных кольца.