Михаил Ежов – Хроники бездны (страница 17)

- Прекрати! - сказал Игорь. Господи, что она задумала? Заняться сексом на стойке ресепшна?! Надо сказать ей, что наверху труп!

Алина плавно опустилась на четвереньки, прогнулась, зажмурилась. Игорь нервно потёр лицо. Если она рассчитывала его завести, то напрасно: он не был поклонником экстрима, так что его плоть никак не отреагировала на этот эротический спектакль.

- Я ухожу! - сказал он, делая шаг в сторону двери. - Ты ненормальная!

Алина низко зарычала, и через секунду её тело начало увеличиваться в размерах: вытянулся позвоночник, раздвинулись ребра, голова стала больше, руки - толще. Только ноги укоротились и выгнулись в обратную сторону. Всё это происходило прямо на глазах у Игоря, причём очень быстро. Настолько, что он решил, будто у него галлюцинация. Пошатнувшись, он вцепился в стойку ресепшна и затряс головой.

В фойе запахло сырой шерстью и чем-то ещё - зверинцем, что ли… Вспомнилась ксилография над кроватью: изогнувшаяся дугой Нэко с агрессивно встопорщенными усами и вертикальными зрачками.

Алина покрылась золотистой шерстью и потянулась, словно привыкая к новому телу. Хвоста у неё не было, зато на каждой лапе виднелись толстые кривые когти, чёрные у основания и почти прозрачные на концах.

Справа раздался звук шагов, Игорь повернул голову и увидел приближающегося администратора. На лице у того не было ужаса, напротив, он был совершенно спокоен, даже деловит. Подойдя к Игорю почти вплотную, он поднял сжатую в кулак руку, поднёс её ко рту и сильно дунул. Желтоватый порошок облаком засыпал Игорю лицо. Машинально вдохнув, Игорь закашлялся, из глаз брызнули слёзы, и всё вокруг, включая администратора и монстра, в которого превратилась Алина, стало расплывчатым и совсем уж нереальным. «Может, это просто сон?» - пронеслось в голове у Игоря.

Но в этот момент что-то упёрлось ему в грудь, а в лицо жарко пахнуло сырым мясом - это Алина поднялась на задние лапы и навалилась на него, прижав спиной к ресепшну. Толстый язык высунулся между зубами и облизал его, удаляя остатки жёлтого порошка. Игорь зажмурился. Что-то коснулось его шеи - кажется, это были зубы - но тут же исчезло.

Раздался голос администратора - он принялся читать нараспев нечто, напоминающее молитву. Кажется, язык был японским.

Игорь вдохнул тяжёлый терпкий запах порошка, смешанный с дыханием Алины, и потерял сознание.

***

- Счастливого пути, - проговорил администратор, провожая Игоря и Алину до дверей отеля. - Я свяжусь с Окинавой и предупрежу о вашем прибытии.

- Спасибо, Алик, - кивнула Алина.

Парень склонился в поклоне. Во взгляде, которым он проводил Игоря, сквозила неподдельная зависть.

- Приберись там, наверху. Мы не всё съели.

- Разумеется, госпожа. Я позабочусь об этом.

- И найди нового адепта. Пусть готовится к испытанию.

- Да, госпожа. У меня есть на примете подходящая кандидатура.

- Прекрасно, - Алина улыбнулась. - Ты молодец.

Она вышла из отеля первой, Игорь - за ней.

- Так что мы будем делать в Японии? - спросил Игорь, спускаясь с крыльца.

- Я должна читать лекцию в Университете Окинавы. О восприятии восточной культуры в странах Нового Света. А потом мы отправимся в храм, где ты закончишь своё посвящение.

- Мы съедим ещё кого-то?

Алина растянула губы в улыбке.

- Придётся.

- А тот мужчина, который следил за нами сегодня - кто он?

- Адепт. Служитель местного храма. Я поручила ему испытать тебя.

- То есть, убить?

- Попытаться, - рука Алины легла Игорю на плечо. - Я надеялась, что ты справишься. Мне ведь надо было убедиться, что ты достоин стать Нэко.

Игорь заставил себя улыбнуться. Наверное, Алина права: нельзя делать человека оборотнем, только потому, что он хороший любовник.

- Куда после Японии?

- Я - в Канаду, - ответила Алина. - К старому скучному мужу, страдающему артритом и желудочными коликами. А ты - сюда, в Питер, к супруге. Надеюсь, с её здоровьем всё в порядке. Кстати, ты предупредил жену, что улетаешь?

- Да. Сказал, что в срочную командировку.

- Хорошо. Встретимся в аэропорту. Не опаздывай.

- Когда мы снова увидимся? Я имею в виду - потом, после Окинавы.

- Не знаю точно. Я тебе напишу, - Алина улыбнулась и взяла Игоря под руку. - Как обычно. Как всегда.

КОЖА

София ненавидела веганов. Даже больше, чем борцов за права животных. Последних, по крайней мере, она могла понять: люди, конечно, в состоянии обходиться одеждой из искусственной кожи или тканей. Но еда, в том числе мясо, необходима для человеческого организма - в этом она была убеждена, и никакие доводы Максима, что можно подобрать заменители животного белка, на неё не действовали. Когда он заказывал в ресторане или приносил домой творог и «траву», как называла София овощи, фрукты и зелёный салат, её буквально перекашивало. Она пыталась делать вид, что нормально к этому относится, но стоило ему, скривившись, поглядеть на отбивные, которые она поглощала, как вся её терпимость улетучивалась, и хотелось сказать что-нибудь этакое. В общем, совместные трапезы были не тем времяпрепровождением, которое она предпочитала. Возможно, это и было первым «звоночком» того, что они не подходят друг другу. Вторым стало то, что Максим подался в защитники прав животных. Наверное, это было для него логичным следующим шагом: от вегетарианства к борьбе против жестокого обращения с «братьями нашими меньшими». Хотя почему меньшими? Такое снисходительное отношение в устах Максима звучало странно, однако сам он этого не замечал.

В любом случае, всё это больше Софии не касалось. Она порвала с этим занудой и ничуть об этом не жалела. Тем более что жалеть было попросту некогда: через день она вылетала в Бангкок на модный показ новой коллекции Сомбуна Сакды. Этот молодой, но уже подающий надежды дизайнер представлял вниманию публики одежду из кожи экзотических животных - в основном, аллигаторов, кайманов, крокодилов, ящериц и жаб. Готовясь к этому мероприятию, София, наконец, узнала, чем отличается крокодил от аллигатора. Теперь зубы, форма головы и фактура кожи были для неё такими же опознавательными знаками, как разметка на дороге или буквы на листе бумаги. Она чувствовала себя почти экспертом, и ей это нравилось.

Софию наняли в качестве режиссёра подиума. Она отвечала за дефиле, и в её распоряжении было двадцать моделей, которых нужно было организовать и научить ходить и показывать одежду так, как этого хотел Сомбун Сакда. София пока не видела ни самого дизайнера, ни моделей, а времени на подготовку в Бангкоке у неё будет немного, поэтому она немного волновалась. Но это волнение было скорее приятным и больше походило на предвкушение.

- О чём задумалась? - спросила Наташа, заметив, что подруга погрузилась в какие-то свои мысли и перестала слушать её болтовню.

София подняла глаза и в первый миг растерянно моргнула. Она действительно отвлеклась от беседы. Вернее, от того потока информации, который изливала на неё вот уже минут сорок коротко стриженая блондинка с агрессивным макияжем и пирсингом в обеих губах. Наташа работа визажистом и была убеждена, что «творческий человек» должен выглядеть примерно так. «Неформальность - мой бог!» - любила повторять она, потягивая мартини с водкой из V-образного бокала на каком-нибудь съезде рекламщиков.

Наташа тоже ехала в Бангкок. Они с Софией часто работали вместе. Вот и теперь визажисту предстояло придать моделям «хищный» и «диковатый» вид, как было указано в информационном письме от Сомбуна Сакды.

- Давай по делу, - сказала София. - Надо обсудить макияж. Какие есть варианты?

Наташа кивнула и достала из пластиковой папки несколько фотографий.

- Вот я тут прикинула пару вариантов, - сказала она, протягивая их через стол. - Взгляни. Что же касается цветовой гаммы, то можно сочетать с цветами одежды или поиграть с контрастами. Как ты считаешь?

Дальше разговор перетёк в деловое русло. Ещё дважды заказывали кофе, а потом, собрав все материалы, отправились в офис. Нужно было прибыть в Бангкок в полной боевой готовности, чтобы уже ничего особенно не решать, а просто делать. Так сказать, с корабля на бал. Вернее, с самолёта - на подиум.

***

Бангкок Софии понравился, хотя город она видела очень мало - в основном по дороге из аэропорта, да потом из окон такси. А вообще наслаждаться достопримечательностями было некогда.

С Сомбуном встреча произошла после обеда - девушка успела только заселиться в гостиницу, перекусить и посмотреть зал, где будет проходить дефиле. С моделями не познакомилась: их должны были привезти около четырёх.

Дизайнер оказался невысоким, худощавым тайцем лет тридцати. Точнее определить возраст по его гладкому восточному лицу было трудно. Он был пострижен коротко, чисто выбрит, и от него слегка пахло крепким мужским парфюмом. Одетый в джинсы и футболку с абстрактным принтом Сомбун производил впечатление человека, который «делает моду» только для других, сам же предпочитает удобство и непритязательность. Только часы в его облике привлекали внимание - большие, с несколькими циферблатами и отливающим синевой стеклом, на армейском брезентовом ремешке. Они выглядели на его тонком запястье крупновато, но зато сразу бросались в глаза.

- Я хочу, чтобы на подиуме была животная страсть, - говорил Сомбун по-английски с характерным акцентом. Он произносил слова медленно, так что София легко его понимала. - Но не похоть! Это важно. Страсть должна быть на уровне инстинкта, причём охотничьего. Этакий вечный голод. Вы читали сказки Фрэнка Баума? - спросил он вдруг, уставившись своими тёмными миндалевидными глазами на Софию. Взгляд у него был пристальный, что особенно подчёркивалось ещё манерой Сомбуна крайне редко моргать.