Михаил Ежов – Хроники бездны (страница 11)

Он не просто так пошёл один по адресу, указанному Татьяной. Не из любви к экстриму, который он вовсе не любил. Но в почерке, которым были записаны название улицы и номер дома, было нечто знакомое… Слишком знакомое. Когда он увидел эти строки, в голове у него что-то щелкнуло, и сердце сжалось от приступа паники. Казалось, это невозможно, совершенно исключено, и всё же… Одно к одному, как говорится, так что закрывать глаза на очевидное было глупо и опасно.

Привлекать коллег Сергей пока не хотел: просто не решался. Эта ниточка, так или иначе, тянулась из прошлого, и он обязан был проверить всё сам.

Дверь в номер была не заперта. Она легко подалась при первом же нажатии ручки. Сергей достал пистолет, снял с предохранителя, дослал патрон в ствол. Теперь достаточно спустить курок, и раздастся выстрел. Но иногда человек не успевает даже этого. Сергей почувствовал, как в кровь начал поступать адреналин.

Внутри было темно из-за плотных штор, полностью закрывавших окно. Полицейскийпротянул руку, чтобы нащупать выключатель. Ладонь наткнулась на что-то липкое. Сергей отдёрнул руку и поднёс к лицу, чтобы рассмотреть. Света, падавшего из коридора, хватило, чтобы увидеть жёлтоватую прозрачную слизь. От неё исходил на удивление приятный мускусный запах.

Сергей снова попытался отыскать выключатель, но в этот момент в лицо ему повеяло тёплым воздухом, мелькнула чья-то тень, и через миг в челюсть словно врезался на полном ходу товарный состав. Полицейский покачнулся, взмахнул рукой, пытаясь удержать равновесие, но перед глазами всё завертелось, и он рухнул на ковролин.

***

Сергей открыл глаза и осмотрелся: он по-прежнему находился в номере, но теперь шторы были отдёрнуты, и комнату заливал яркий солнечный свет. На тумбочке справа стоял работающий телевизор. В эфире опять была передача о насекомых. Ведущий говорил что-то, но разобрать слова было невозможно. Да и не хотелось, потому что напротив полицейского сидел на кровати мужчина лет тридцати, тёмноволосый, с тонкими, плотно сжатыми губами и маленькими глазками. Он, не мигая, смотрел на следователя. Именно его фотографию показывала ему девушка с ресепшна. Перед мужчиной на журнальном столике лежал листок, и полицейский не сомневался, что это очередная копия страницы из древней книги.

В позе незнакомца чувствовалось напряжение, но спустя несколько секунд после того как Сергей очнулся, мужчина расслабился и покачнулся, словно собираясь встать. Однако остался сидеть, лишь переложив руки с колен на покрывало.

- Ну, здравствуй, - произнёс он скрипучим голосом. Было ощущение, что мужчина перенёс долгую болезнь горла, и связки ещё не окрепли. - А ты сильно изменился с тех пор, как мы виделись в последний раз. Так повзрослел… Сколько прошло? Лет двадцать? Я немного сбился со счёта. Знаешь, на том свете совершенно нет календарей, - мужчина растянул тонкие губы в подобие улыбки. Сергей увидел два ряда мелких белых зубов.

Пока мужчина говорил, полицейский успел понять, что подвешен на стене гостиничного номера, причём, судя по всему, при помощи той самой слизи, в которуювляпался, пока искал выключатель. Только теперь её было много, очень много, и она покрывала его тело практически полностью, за исключением лица. Какой-то клей? Держит намертво, несмотря на то что явно ещё не высох.

- Ты думал, что избавился от меня навсегда? - спросил мужчина, вставая с кровати и делая два шага к Сергею. - А я вернулся. Было нелегко, но мне удалось, - он склонил голову набок в знакомом полицейскому жесте и внимательно поглядел на своего пленника. - Ты не представляешь, через что я прошёл там… за чертой. Всё, что ты слышал про ад, - просто детские сказочки по сравнению с реальностью, - он приблизил костистое лицо к Сергею, и следователь снова почувствовал мускусный запах. - Но ты обязательно сам это узнаешь, - голубые глаза дважды медленно моргнули - словно опустились и снова поднялись шторки. - Потому что из этого гостиничного номера отправишься прямиком в преисподнюю! А вот я останусь жить. Все годы, которые были положены мне и которые ты украл у меня, а также ещё многие, многие другие, сверх нормы, - он вдруг расхохотался, запрокинув голову.

У Сергея не осталось сомнений. Подозрения, а вернее, опасения, которые привели его сюда, подтвердились: его брат, Роман, вернулся с того света! Несмотря на то, что ритуал был проведён по всем правилам, ему удалось вырваться из пекла и через двадцать три года появиться здесь, чтобы обрести новую жизнь. И, видимо, отомстить…

- Знаешь, я мог бы обойтись и без тебя, - продолжал мужчина, внешне совершенно не похожий на брата Сергея, но обладающий всеми его повадками. - Для моего цикла возрождения совершенно не важно, чьей крови напиться. Я мог бы прикончить ту милашку, что стоит за стойкой ресепшна внизу. Но зачем отказывать себе в удовольствии убить тебя? К тому же, я думаю, будет только справедливо, если тот, кто отнял у меня жизнь, послужит моему возрождению. Что скажешь, братишка?

- Я не убивал тебя, - ответил Сергея.

Язык ворочался с трудом: в него словно вкололи анестетик, действие которого ещё не закончилось. Голова болела, и сильно тошнило - от удара в челюсть он, похоже, получил сотрясение мозга.

- Не своими руками. Разумеется, для этого ты у нас слишком… чистоплюй! - в голосе Романа слышалось презрение. - Но это ты сдал меня! Если б не твоя слабость, не эта твоя поганая вечная правильность, никто не додумался бы! И это ты научил их, как уничтожить меня. Показал им книгу! И тогда они провели ритуал вместо того, чтобы отдать меня ментам. Я отделался бы несколькими годами исправительной колонии. Для меня это ничто! Но брат той девчонки не захотел… А ты был с ними заодно. Ты тоже не желал, чтоб я сел. Надо было, чтоб я умер!

- Зачем ты вернулся? - спросил Сергей.

Роман говорил правду. Той твари, в которую он превратился, не было места в этом мире. И Сергей согласился с необходимостью… Не видел иного пути. Он поставил только одно условие: никакой огласки. Родители не должны были узнать, что их сын - чудовище. Пусть думают, что Романа убили те же люди, что и девочек. Это должно было стать тайной, похороненной навсегда.

- Тебе мало того, что ты делал тогда, ещё в детстве? - спросил Сергей. - Все те ужасные вещи, которые…

- Ты дурак, - спокойно перебил Роман. - Я никогда не был маленьким. То, что поселилось в моей душе, жило в ней с самого рождения. Иногда так случается, что ребёнок появляется на свет с неким дефектом, из-за которого все вокруг называют его исчадием ада. Но я умело скрывал своё недостаток, о нём узнал ты один, да и то случайно. И убил меня, своего брата!

- Ты чудовище! - ответил Сергей. - Это был наилучший выход для всех.

Роман развёл руками. На губах у него появилась кривая ухмылка.

- Только не мне. Моего мнения никто не спрашивал.

- Ты не заслужил этого. Те девочки хотели жить.

- Я тоже. И жить мне хотелось вечно. Неужели ты не мог закрыть на это глаза? Такое понятное желание…

- Ты убивал людей! И не просто убивал, а…

Роман усмехнулся:

- Конечно! Как же иначе? Разве можно продлить своё существование другим способом? А ты думал, вампиры это сказки?

- Как ты вернулся? Тебя сожгли.

- И это было ужасно! - лицо Романа передёрнулось от воспоминания. - Но сгореть заживо - ничто по сравнению с тем, что ждёт тебя там, куда ты скоро отправишься. К счастью, я хорошо изучил книгу, и там было много… полезных вещей. Тех, кто связал свою судьбу с ними, нельзя уничтожить просто так. И полученные знания дали мне возможность возродиться. Ты и твои приятели, так ловко обращающиеся с керосином, этого, конечно, не ожидали.

- Зачем ты убил мальчика и девушку? - спросил Сергей, пытаясь понять, сколько прошло времени с тех пор, как он вошёл в номер, и скоро ли приедет Вихарев, которому должна была позвонить девушка с ресепшна. Успеет ли подкрепление прежде, чем брат выпьет его кровь? - Продавщицу и охранника я понимаю, это старая песня в твоём репертуаре. Но к чему это потрошение?

- Танюша понравилась, да? - Роман рассмеялся. - Ты так и не понял… Не было никакой Тани, как не было несчастного подростка, которых выпотрошил злой младший брат. Я убил только продавщицу и охранника. Так же, как убью тебя.

- Но тогда…

- Пацаном и девчонкой был я! - Роман снова расхохотался, заметив изумление на лице Сергея. Он явно получал от диалога немалое удовольствие. - Мои промежуточные стадии. Как у насекомых, но ты ведь не смотришь передачи про животных, с детства терпеть их не можешь. Яйцо, личинка, нимфа, взрослая особь. Клещам, например, нужно напиться крови, чтобы трансформироваться. Мне тоже. Я просто вылезал из ненужных уже оболочек, оставляя их вам, полицейским. Вернее, тебе. Я нарочно позаботился о том, чтобы трупы оказались там, куда распространяется юрисдикция твоего отдела. Мне нужно было, чтобы ты вёл это дело. Так что можешь считать, своего маньяка ты поймал.

- А органы? - проговорил Сергей. Надо было тянуть время - каждая минута могла стать как спасительной, так и роковой. - Куда они девались?

- Очевидно, без них мне было бы трудно сейчас стоять здесь и разговаривать с тобой. Они оставались в новом теле. Когда я выпью твою кровь, то покину эту оболочку и, наконец, стану собой. Полицейские обнаружат здесь два трупа - твой, иссушённый, и этот, лишенный органов и лопнувший со спины. Они никогда не поймут, что произошло. Кстати, когда я вылез из девчонки, пришлось одолжить кое-что из твоей мужской одежды. Я и сейчас в ней. Похоже, ты этого даже не заметил. Хотя, разумеется, тебе есть, о чём беспокоиться, помимо шмоток.