Михаил Ежов – Эргоном: Последний ассасин (страница 6)

Я тоже поднялся.

— Это Мария Петровна и Павел Петрович. Дети, это господин барон, Николай Скуратов.

Мы обменялись поклонами. Парню было лет семнадцать, девушке — не больше четырнадцати.

— Добро пожаловать, — проговорил, подойдя, Павел. Протянул руку. — Мы знакомы, но почему бы не познакомиться снова? Тем более, что мы будем ходить в одну школу. Верно, папа?

При этих словах я конкретно так напрягся. В смысле — в школу?!

Заметив мой вопросительный взгляд, князь кивнул.

— Ну, разумеется. Я договорюсь, чтобы господина барона приняли в Преображенскую старшую школу. Сколько осталось до начала занятий?

— Три дня, — подсказала Мария. — Через год я тоже в неё поступлю. А Павел закончит.

— Как так — в школу?! — не выдержал я. — А как же домашнее обучение? Разве аристократы не учатся на дому?

Я читал Толстого и Тургенева. Там нигде не говорилось, чтобы дворяне таскались в школу. У всех были репетиторы, гувернёры или как их там? Месье всякие, короче.

Шуваловы дружно переглянулись.

— На дому обучаются инвалиды, — сказал князь. — А вы вполне здоровы. Не знаю, правда, как у вас насчёт знаний… В смысле — вы ведь могли всё забыть.

— Ну, сложение ещё, вроде, помню! — буркнул я.

— Вам понравится, барон, — пообещал Павел. — Учат ведь не только писать и считать, но и магии.

— И боевым искусствам, — с энтузиазмом добавила Аня. — Я тоже посещаю Преображенскую школу. На класс младше Павла.

Выходит, ей всего шестнадцать? Надо же! Я был уверен, что больше.

— Вы помните, как пользоваться Даром? — вдруг прямо спросил князь. — Можете призвать Бера?

Пришлось признаться, что нет.

— Вот видите. Школа вам необходима. И потом, без неё всё равно нельзя. А Преображенская — лучшая в Зелёном секторе. Конечно, было бы логичней, если б вы посещали родовую школу, но — увы — её больше нет. Так что даже не знаю, как вы будете осваивать навыки Чистильщика…

— Чистильщика? — переспросил я, опешив. — В каком смысле?!

— У вашего рода была особенная профессия, которой детей обучают с детства. Наверное, что-то вы вспомните, но этого, конечно, недостаточно.

— Ваша Светлость, — выговорил я, не сразу вспомнив, как положено обращаться к особе, носящей княжеский титул, — объясните, что конкретно подразумевается под словом «чистильщик».

— Да уж не уборка тротуаров! — усмехнулся Шувалов.

— Ваш род воспитывал ассасинов, — пояснил за отца Павел. — Профессиональных убийц. Очень жаль, что эта традиция прервётся.

— Это точно, — кивнул князь. — Охотников, Загонщиков, Ловчих и Псарей у каждого клана хватает, а вот с Чистильщиками всегда дефицит.

Я медленно вдохнул, затем ещё медленней выпустил воздух. Так-так… Похоже, я попал в тело киллера-недоучки. Что из этого следует? Во-первых, окружающие считают, что ассасин из меня никудышный. А это самое лучше прикрытие для наёмного убийцы. Во-вторых, нужно обязательно овладеть местной магией. Без неё мне будет толком не развернуться. Вот и цель номер один. И школа должна помочь в её достижении. Конечно, придётся терпеть математику и прочие предметы, да ещё общаться с малолетками, но когда человек определился со своими стремлениями, остальное становится лишь средствами достижения. Под таким углом смириться с необходимостью таскаться на уроки легче. Хотя всё равно… Блин, я ведь был уверен, что своё уже отходил!

— Ничего, барон, есть и другие профессии, — попробовал утешить, неверно расценив моё молчание, Шувалов. — Уверен, со временем вы выберете что-нибудь по вкусу.

Я кивнул.

— Наверняка.

— Мы ещё поговорим. А сейчас у меня есть дела. Прошу извинить. Анна, покажешь барону его покои?

— Конечно, — с готовностью кивнула девушка. — Пойдёмте, барон.

Раскланявшись с Марией и Павлом, я последовал за княжной. Она провела меня на третий этаж.

— Здесь располагаются гостевые комнаты, — говорила девушка, пока мы шли по толстому пушистому ковру. — Вам отвели три. Этого хватит?

— Более, чем.

Даже не представляю, что в них делать.

— Если понадобится ещё, просто скажите. Кроме того, вам выделили автомобиль и шофёра. Его номер вы найдёте на столе. Вот мы и пришли, — остановившись, Анна толкнула дверь. — Это первая комната. Остальные дальше. Я распорядилась оборудовать в них кабинет, спальню и гостиную. Столовая внизу, спортзал тоже на первом этаже. Покажу вам их позже.

Я вошёл в просторное помещение. Кресла, журнальный столик, стационарный телефон, картины, шторы, ковёр, секретер. Видимо, гостиная.

— Вам нравится? — с надеждой спросила девушка.

— Да, очень, — обернувшись, я выдавил благодарную улыбку. — У вас прекрасный вкус.

Слава Богу, хоть не всё зелёное. А то мне уже начало казаться, будто я попал в Изумрудный город.

— Конечно, это не то же самое, что родной дом, — грустно сказала Аня. — Я понимаю.

Но не понимаешь, насколько. Я ведь не просто в чужом доме оказался. В другом мире. Это тебе не на соседнюю улицу переехать.

— Мне всё очень нравится. Честно. Примите мои глубочайшие благодарности. Крайне вам признателен.

Девушка просияла.

— Тогда я вас оставлю, — она взглянула на большие настенные часы. — В два обед. Шкафы наполнены одеждой и обувью вашего размера. Если что-то не подойдёт, просто сложите возле двери, и слуга заберёт. Когда услышите удар гонга, знайте: я скоро приду, и мы отправимся обедать.

Улыбнувшись на прощанье, княжна упорхнула, взмахнув подолом розового платья. А я прошёлся по комнате, коснулся телефона (даже сотовых нет?), взял картонку с номером шофёра. Затем опустился на маленький диванчик.

Я в золотой клетке. Иначе это не назовёшь. И меня попытаются спарить с подходящей девицей. Так, чтобы наш союз устроил клан. Возможно, это будет кто-то из дочерей князя. Скорее всего, старшая, потому что едва ли он захочет ждать слишком долго. Нет, Аня, конечно, симпатичная, но плясать под чужую дудку мне нисколько не улыбалось. Впрочем, её наверняка давно уже за кого-нибудь просватали. Я читал, что аристократы заключают исключительно династические браки.

Так или иначе, ни малейшего желания жениться в восемнадцать здешних лет у меня не было. Как не было его и прежде. Значит, нужно найти способ обрести независимость. И не увязнуть здесь по самые уши. Три года… У меня есть три года, прежде чем за мной явятся, чтобы повести к алтарю.

С другой стороны, я теперь барон. Глава рода. Шувалов прав: мне понадобятся наследники. Да и связи с сильными мира сего не помешают. Главное не плясать под чужую дудку. Исходить из собственной выгоды. И жён выбирать самому. Разумеется, никакой любви. Симпатии приветствуются, но сильные эмоции — лишнее. Я должен безжалостно отсекать их бритвой Окамма. Только так я доберусь здесь до вершины.

И придётся пересмотреть свои взгляды на ответственность. Я больше не один. У меня будут слуги и вассалы. Жена и дети. Кто бы мог подумать, что так обернётся? Но не опускать же руки. Нет, это совсем не в моём характере. Препятствия даются, чтобы сделать тебя сильнее. В этом вся их суть. Судьба дала мне второй шанс, и я сделаю всё, чтобы воспользоваться им в полной мере!

Глава 7

За обедом я познакомился с княгиней Шуваловой. Она оказалась приятной женщиной лет сорока, с шикарной фигурой и светло-голубыми глазами. Зелёные локоны прекрасно сочетались с тёмно-оранжевым платьем. Она расспросила меня о здоровье, о том, как я устроился на новом месте (вот отличный вопрос, кстати), а затем принялась расхваливать Преображенскую школу. Оказалось, что она тоже её закончила когда-то.

— Значит, вы даже не помните, как пользоваться клановой специализацией? — спросила она, когда обед подходил к концу, и к кофе подали десерт — мороженое в шариках с сиропом. — Павел вам поможет. Верно, сын?

Тот кивнул.

— Конечно, мам. Как два… В общем, запросто.

— Вот и хорошо. А там, глядишь, и остальное вспомните, — улыбнулась мне княгиня.

Так что после обеда мы с сыном князя спустились в спортивный зал. К моему удивлению, помимо тренажёров, там имелась стойка с холодным оружием. Похоже, в этом мире уделяли немалое внимание фехтованию. Хотя, может, им увлекались члены конкретно этой семьи. Задавать вопросов я не стал, чтоб не палиться. И так со временем станет ясно.

— Специализация нашего клана заключается в том, что мы можем ускорять движения. Все в разной степени — зависит от личных способностей и тренировок. Достигается это благодаря магическому симбионту, живущему в позвоночнике. Он образует особый отдел спинного мозга. Поразить его — и симбионт погибнет, а способности пропадут. Поэтому советую всегда носить вот такую штуку, — Павел достал из железного шкафа и протянул мне что-то вроде портупеи с твёрдой накладкой в районе лопаток. — Позвольте я помогу вам надеть.

Когда я натянул защиту, он отрегулировал длину лямок и остался доволен.

— Не выходите без этого из дома, барон.

— Расскажите о симбионтах, — попросил я. — Откуда они берутся, как выглядят.

— Изначально эти твари появились после падения Чёрного Сердца. Одно из порождений его магии. Когда именно люди научились их использовать, не знаю. Давно. Потом стали сами выращивать. Вывели новых. Секрет производства хранится каждым кланом в большом секрете. Больше одного симбионта иметь нельзя. Менять тоже не получится. Это союз на всю жизнь, потому что симбионт постепенно становится частью носителя. Собственного разума у него нет, и он не совсем материален. То есть, у него есть особая составляющая, связанная с астралом. Это такая сфера… В общем, я и сам толком не знаю, если честно, — немного смущённо признался парень. — Но она важна для использования магии, потому что в ней накапливается энергия. Короче, симбионт сливается и с телом, и с аурой хозяина. Так что избавиться от него нельзя. Подселяют его человеку в возрасте шести лет, и с тех пор они существуют вместе. В принципе, использовать симбионта несложно. Достаточно обратиться к нему. Мысленно. С годами это доводится до автоматизма, и никаких особых усилий прикладывать не приходится. Это как с ходьбой. Поначалу ребёнок лишь учится передвигаться на ногах, а затем даже не замечает, что идёт.