Михаил Ежов – Эпоха мертвых (страница 24)
— Но ты сделаешь это за них?
— Разумеется. Должен же кто-то разбираться в прекрасном.
— Эйгер, — Мстислав жестом пригласил молодого человека сесть напротив него. — Расскажи, как прошёл твой визит… в обитель порока, — он улыбнулся.
— Прелестно. Девчушка довольно мила, и я понимаю герцога.
— Фи, как пошло, — подала голос Калхадия, заставляя изумрудную брошь играть при свете ламп. — Поистине, все мужчины одинаковы, вне зависимости от того, принадлежат ли они к роду людей или вампиров.
— Вы несправедливы, дорогая Калхадия, — возразил Эйгер, демонстрируя в улыбке ровный ряд белоснежных зубов, нарушенный лишь слегка удлинёнными клыками. — Я говорю исключительно с точки зрения пользы дела.
Женщина фыркнула.
— Не отвлекайся, — напомнил Мстислав Эйгеру. — Ты сделал всё, что было нужно?
— Да, никаких сложностей не возникло. Теперь мы узнаем обо всём, что Железный Герцог расскажет своей маленькой любовнице.
— Если он расскажет, — заметил Мстислав. — Порой мужчины не столь глупы и сентиментальны, как кажется нашей дорогой Калхадии.
Женщина никак не отреагировала на эту реплику, продолжая разглядывать и примеривать драгоценности. Казалось, она больше не прислушивалась к разговору.
— Главное, мы воспользовались единственным шансом узнать хоть что-то об этом таинственном чужаке, — сказал Эйгер. — Посмотрим, будут ли результаты.
— Ты прав. В любом случае это нужно было сделать. Герцог слишком подозрителен. Но у него есть реальная власть, и она может послужить клану Валерио.
— Было бы глупо не попытаться вернуть былую славу, — сказал Эйгер, и его лицо внезапно приобрело жестокие черты, мгновенно утратив очарование молодости.
— И мы не упустим свой шанс, — кивнул Мстислав.
— А важно ли тогда, кто этот герцог? Главное, чтобы он оказался на нашей стороне.
Мстислав поднял палец.
— Не следует впадать в крайности. Мы должны знать, с кем имеем дело.
— Ты прав, — Эйгер кивнул. — Нельзя расслабляться.
— Мы не знаем наверняка, что нужно этому человеку. Возможно, он ненавидит всех вампиров и хочет нашей гибели не меньше, чем падения Бальгона.
— Скорее всего, так и есть. Но мы же сможем воспользоваться им прежде, чем он станет опасен?
— Он уже опасен, — ответил Мстислав. — Не следует его недооценивать. Просто настанет момент, когда он перестанет быть полезным, и тогда мы избавимся от него.
Эйгер-Шар усмехнулся.
— Сделать это не так-то просто.
— А эта девушка?
— Я не управляю ею. Только получаю информацию. И она даже не знает об этом.
— Ну, ничего. Мы найдём способ.
— К нему уже подсылали убийц, — заметил Эйгер. — Ни один не уцелел. С некоторыми расправился он сам, с другими — его телохранители.
— Вот как? — Мстислав удивлённо поднял брови. — Не знал, что его люди так хорошо подготовлены.
— Говорят, их тренируют какие-то воины, скрывающие лица под масками. Скорее всего, члены какого-то ордена убийц. Герцог привёз их с собой. Они показывают удивительные приёмы рукопашного боя и фехтования. Полагаю, это зиты.
Женщина встала и подошла к стоявшему на низком столике аквариуму. Опустив обнажённую руку в воду, попыталась поймать одну из рыбок, но та ловко проскользнула между пальцами, шевеля золотистыми плавниками.
— Что ты делаешь? — спросил Эйгер.
Женщина лениво перевела на него взгляд.
— Ничего, просто забавляюсь.
— Оставь, — сказал Мстислав. — Они мне нравятся. И стоят слишком дорого, чтобы доставлять удовольствие кому-то, кроме меня.
— Как скажешь, — пожав обнажёнными плечами, Калхадия вернулась на диван.
Все трое молчали. В доме было тихо, только на первом этаже расхаживал, тяжело ступая, новообращённый Слуга Мстислава, выколачивая и вновь набивая трубку, выглядывая в окна, переговариваясь с кухаркой, готовившей ужин для Рабов, прислуживавших вампирам.
Глава 34
В таверне собралось много народу — все хотели послушать молодого певца, сидевшего на помосте с лютней в руках. Юноша был очень хорош собой: высокий, стройный, со смуглой кожей, тёмными глазами и белокурыми волосами. Он оглядывал лица присутствующих и немного смущённо улыбался, хотя знал, что его музыка и голос очаруют слушателей и добудут ему кусок хлеба и ночлег.
Нами-Зар всего неделю как приехал из Ольтодуна в Малдонию, но уже успел приобрести известность. Послушать его приходили не только обитатели четвёртого, но и третьего яруса. А не далее, как вчера, какой-то человек пригласил его поиграть в доме одного знатного вельможи. Наверняка из второго яруса. За хорошие деньги. В глубине души Нами-Зар надеялся, что когда-нибудь его пригласят и в первый, но скромность не позволяла всерьёз мечтать об этом.
Юноша тронул струны, и зрители притихли. Он откашлялся и улыбнулся. Какие разные лица. И десятки глаз. Нами-Зар провёл пальцами по струнам и запел:
Он умолк, сыграв последний аккорд, и прикрыл струны ладонью. Не поднимая глаз, ждал реакции своих слушателей. И они разразились аплодисментами, свистом и криками. Нами-Зар не смог сдержать счастливой улыбки. А потом он увидел человека, приглашавшего его в дом вельможи. Тот стоял, прислонившись к стене и, заметив, что Нами-Зар смотрит на него, помахал юноше рукой. Затем остановил официанта и что-то заказал. Тот почтительно поклонился и бросился к пивному бочонку.
Зрители продолжали хлопать, и хозяин кивнул Нами-Зару, чтобы тот пел дальше. Юноша исполнил ещё четыре песни, а затем попросил позволения передохнуть. Сойдя с помоста, он протолкался к прихлёбывавшему эль воину. Тот пригласил его за свой столик. Нами-Зар вспомнил его имя: накануне он представился Ольгердом.
— Уверен, мой господин по достоинству оценит твоё мастерство, — сказал воин, заказывая юноше пива.
Нами-Зар промолчал о том, что хозяин и так обещал поить его бесплатно. Ему не хотелось перебивать собеседника, чьи слова так радовали сердце.