Михаил Эм – Время кенгуру (страница 55)

— Чего надо? — спросила морда.

— Ой, мужчинка! — засмеялась Натали порочным смехом. — Не хотите с двумя барышнями побаловаться?

Я поразилась тому, насколько моя горничная, оказывается, порочна: я бы такое ни за что не произнесла.

Морда, казалось, заинтересовалась.

— А почем?

— А сколько вы хотите? — спросила я.

Натали засмеялась и больно толкнула локтем в бок.

— Что за вопросы, мужчинка?! Совсем недорого. Чайком горячим напоишь? В такую ночь неохота мерзнуть на улице.

Морда, немного поразмышляв, кивнула и сняла замок с узкой калитки на воротах, пропуская нас внутрь. После чего заперла калитку и пригласила к себе в сторожку.

В сторожке, состоящей из двух помещений, было натоплено. На столе стоял самовар.

— Чай будет, — сказала морда, — но сначала позвольте вас согреть, мамзели.

С этими словами морда схватила меня и принялась ощупывать мое тело, включая наиболее интимные места. Я открыла рот, чтобы завизжать, но наткнулась на взгляд горничной, недвусмысленно советовавший вести себя как падшая женщина. И я промолчала. Закончив с моим осмотром, морда проделала ту же самую процедуру с Натали, причем та подхихикивала и поворачивалась, чтобы морде было удобнее ее тискать.

— Идем со мной.

Морда схватила меня за руку и потащила во вторую комнатку, отгороженную от первой комнатки занавеской. Я протестующе взвизгнула.

— Мужчинка, возьми меня сначала! — закричала Натали, приходя на подмогу. — Подружка замерзла на улице. Пока не отогреется, как бревно будет. Возьми меня первой!

Морду подумала и отпихнула меня на стул, уводя Натали. Занавеска с той стороны заколыхалась.

— Ой! Ой! — послышалось из-за занавески.

Я потихоньку встала со стула, отворила дверь и выбежала на заводскую территорию. Производственное помещение было одно, но очень длинное, примыкавшее к противоположному забору. Андрэ где-то здесь, я точно знала: он сказал, что отправляется на завод Бинцельброда. Муж с графом Орловским наверняка перемахнули через забор, но как они проникли в заводское помещение?

Внезапно мне послышались отдаленные прерывистые звуки, похожие на ружейную пальбу. Поняв, что далее медлить нельзя, я подняла кирпич и разбила ближайшее окно. С той стороны была металлическая решетка, но не запертая: поломанная створка свободно болталась. Подтянувшись, я перевалилась по ту сторону проема, при этом порезала о разбитое стекло руку.

Пальба впереди продолжалась. Я — в полной темноте, почти наощупь — пробиралась вдоль производственной линии. После того, как догадалась подсвечивать путь фонарем из наладонника, продвижение пошло быстрее. Звуки стрельбы усиливались с каждым моим шагом.

Вскоре я уперлась в стенку, а стрельба продолжилась как будто снизу. По счастью, мне удалось набрести на коридор, в конце которого темнелся подземный лаз. Рядом валялась покореженная металлическая конструкция. Я поняла: это Андрэ с графом Орловским расчистили себе путь в поисках протечки во времени. Я юркнула в лаз, откуда снова послышались несколько выстрелов. Затем выстрелы прекратились, и раздались голоса: мне показалось, что я различаю голоса мужа и папана.

Я юркой змейкой проскользнула через подземный ход и выскочила по ту его сторону, с криком:

— Андрэ! Папан! Прекратите стрелять друг в друга!

Из подземного хода послышалась слабая возня. Кто это мог быть — друг или враг? Я вытащил метательный нож и изготовился для броска. Каково же было мое удивление, когда из лаза выбралась женская фигурка и закричала Люськиным голосом:

— Андрэ! Папан! Прекратите стрелять друг в друга!

Я метнулся к жене, повалил ее, прикрыв своим телом и поволок в сторону, под укрытие металлических швеллеров. С противоположной стороны стрельбы не было.

— Люська, что ты тут делаешь?

— Тебя спасаю, — и Люська крикнула в сторону противоположных баррикад. — Папан! Прекрати же стрелять! Дай Андрэ спасти человечество.

— Доча, уходи немедленно! — послышался обеспокоенный голос Ивана Платоновича с той стороны светового луча.

— Не уйду, — крикнула Люська.

— Князь Андрей, уведите же ее!

— Папан, я не уйду.

— И все-таки, зачем ты пришла? — спросил я, понижая голос, чтобы на той стороне не было слышно.

— Ах, Андрэ, я так тебя люблю!

— Не здесь же, в самом деле? Потерпи, пока я спасу человечество.

— Это и есть протечка во времени? — заинтересовалась Люська, с любопытством выглядывая из-за укрытия, чтобы разглядеть световой луч.

— Она самая, — подтвердил я. — Только протечка в настоящий момент находится под пулеметным огнем.

Да, это был полный облом — а если быть точным, швахомбрий. Абсолютно равносторонняя патовая ситуация.

— Григорий, ты жив? — обратился я к графу, который должен был находиться где-то поблизости.

— Жив, а как же? — послышался грустный ответ.

— Какие предложения?

— А черт его знает. Будь нас больше, можно было броситься в лобовую атаку.

Коротко и неисполнимо. Хотя… У меня возникла некая идея, которую стоило попробовать. В случае неуспеха на спасение вселенной можно не надеяться: спасать вселенную окажется некому.

— Граф… — зашептал я в сторону.

— Что?

— Сейчас я призову некое существо, которое окажет нам помощь. Постарайтесь, чтобы существо осталось в живых. Именно это существо заделает протечку во времени.

— Чрезвычайно любопытно. Я нисколько не жалею, что отказался от волжской рыбалки.

Выкурить Ивана Платоновича с его пулеметной позиции не представлялось возможным, поэтому терять было нечего. Я вытащил из кармана первертор и запустил. Из-за решетки начала вытекать розовая субстанция. Опасность была в том, что ничего не подозревающий кенгуру сформируется и кинется заделывать протечку, прямо под пулеметный огонь. Кенгуру следовало предупредить, но как?

Я наклонился над вытекающей субстанцией, пытаясь направить ее формирование горизонтально. В случае чего я надеялся схватить сформировавшегося создателя и удерживать до тех пор, пока он не поймет: протечка рядом, но ситуация драматическая.

Субстанция вытекла вся и приступила к формированию. Дождавшись, когда формирование закончится, я всей своей массой навалился на Пегого — а это был он, — зажал кенгуриный рот и прошептал в длинное подрагивающее ухо:

— Я нашел протечку. Однако, не дрыгайся, иначе тебя пришьют. Ты все понял, создатель?

Не минули вадцать кузиуникций, а Кргыы-Уун получил сигнал вызова.

Это был новый шанс на то, что протечка во времени будет обнаружена, поэтому Кргыы-Уун первертировался без промедления. Сознание распалось на 1000 частей и прошло сквозь светящийся и вращающийся туннель, после чего создатель вселенной вытек из мясорубки времени в микромир и приступил к формированию.

Сформировавшись, Кргыы-Уун обнаружил, что вызвавший его реагент плотно сжимает его, Кргыы-Ууна, модулятор, при этом сам модулирует на частоте, обозначающей крайнюю степень тревоги:

— Я нашел протечку. Однако, не дрыгайся, иначе тебя пришьют. Ты все понял, сволочь?

Кргыы-Уун понял. Когда он приподнял голову, то увидел протечку во времени, и задрожал от радости. Между тем реагент крепко держал Кргыы-Ууна в объятиях, приговаривая:

— Там, за светом лучом, двое с пулеметами.

Словно в подтверждение, с одной стороны застрекотала очередь. Крупнокалиберные пули врезались в плоскости, откалывая от них разноцветную крошку.

— Озерецкий, ты что, совсем охренел? — промодулировал реагент. — Здесь твоя дочь!

— Бинцельброд, прекрати стрельбу! — послушались не менее возмущенные модуляции со стороны светового луча.

— Иван, речь не только о тебе, — донеслось с другого направления. — Если луч исчезнет, знаешь, сколько мы потеряем?

Кргыы-Уун не очень понимал, о чем переговариваются живые частицы, но осознавал: именно эти частицы мешают приблизиться к протечке во времени и заделать ее. Его догадку подтвердил реагент.

— Сможешь вызвать Толстого? — спросил он.

— Зачем вызывать? — удивился Кргыы-Уун. — Протечка найтить, я один заделать.

— Нужно вывести из строя тех двоих. Один ты не справишься.