Михаил Эм – Время кенгуру. Книга 2 (страница 44)

Вопрос с Портальто, Араульто и Атасиу мигом разрешился: троица, получив от нового главнокомандующего соответствующие полномочия, разбежалась по военачальникам, координировать строительство баррикад. Орловский собирался руководить возведением баррикад лично, но перед эти забежал еще раз пообщаться с Иваном Платоновичем.

Озерецкий сидел в дворцовом кабинете, где Орловский не так давно его оставил, и продолжал заниматься кипу.

— Слышали? — спросил Орловский, заглядывая в кабинет.

— Вы имеете в виду ваше назначение инкским главнокомандующим? Да, слышал. Хорошая работа. Как вам это удалось?

— Понятия не имею.

— А, ну да, это же князь Андрей! Разумеется.

— Я предложил бы вам, Иван Платонович, перебраться поближе к храму.

— Почему? Здесь пока безопасно.

— Для сдерживания противника мне придется выстроить баррикады на всех мостах, ведущих в город. Скоро горожане окажутся отрезаны от храма. Я бы рекомендовал взять женщин и, не дожидаясь заката, идти в храм. Пока баррикады еще не выстроены. Потом может оказаться поздно.

— Вы не знаете, князь Андрей предупредил Люси о том, что мы убываем?

— Да, предупредил. Но Люсьена не в курсе того, что здесь вскорости начнется.

Иван Платонович с сожалением оторвался от кипу.

— Вы правы. Я немедленно иду за женщинами. Мы пойдем к храму солнечного божества. Однако, граф, я не вполне понимаю ваших намерений. Если вы, как планируете, соорудите баррикады на всех городских мостах, каким образом вы сами попадете в храм Виракочи?

— Постараюсь найти разумное решение.

— Да-да, вы же теперь инкский главнокомандующий. Назначены на этот пост самим солнечным божеством Виракочей…

— Если я это и делаю, Иван Платонович, то исключительно ради того, чтобы нам с вами отправиться в Петербург. Или вы предпочитаете совершить вечернюю прогулку по джунглям?

— Нет, что вы. Мне, безусловно, милей петербургские вечера.

Вдвоем они покинули дворец Великого инки. Иван Платонович скорым шагом направился в сторону дома, а граф Орловский побежал к мостам — туда, где должны были собраться поступившие под его командование солдаты.

Глава 23

Мы с Натали начали собираться, чтобы к закату быть возле храма, как велел Андрэ. Но тут пришел папан и сообщил:

— Доча, собирайся как можно быстрее. Конкистадоры на подходе к Теночтитлану.

Какие конкистадоры, папан? Я еще не собралась.

Правда, я до сих пор не поняла, можно ли брать в путешествие по времени багаж. Может, папан знает?

— Ты не знаешь, сколько багажа можно взять в протечку во времени? — спросила я у папана.

Кроме одежды, которая была на мне в момент попадания в протечку, у меня имелась теперь инская одежда. Кроме того, Якаки принес несколько местных безделушек, которые мне приглянулись. Ничего тяжелого: бусы, пара головных уборов, несколько выточенных из камня фигурок, золотые украшения и изящная каменная ваза, которая замечательно будет смотреться в моей комнате в Сыромятино.

Папан ответил на мой вопрос довольно нетерпеливо:

— Доча, если ты немедленно не соберешься, придут испанцы и всех женщин изнасилуют.

Я ахнула от такой нетактичности.

— Может, и не всех, барин, — буркнула сквозь зубы Натали, но папан услышал.

— Особенно горничных.

Я, при помощи Натали, принялась упаковывать вещи немного быстрее.

Где-то через час сборы были закончены.

— Где Катерина? — спросил папан.

В спешке я совсем позабыла про Кэт. Надо бы с ней попрощаться.

— Кэт выходит замуж за Якаки и остается в Теночтитлане, — сообщила я папану.

— Нашла время, — промолвил папан.

— Мне нужно с ней попрощаться.

— Прощайся, только быстро.

Я пошла на второй этаж и постучалась в комнату Кэт.

— Войдите, — послышался ее голос.

Я зашла. Кэт сидела на кровати в обнимку с Якаки.

— Кэт, мы уезжаем, — сказал я.

Кэт вспорхнула с кровати и обняла меня.

— Береги ребеночка.

— Может, ты с нами? — спросила я робко. — Папан сказал, что сейчас город займут испанцы и начнут насиловать всех женщин.

— Мы тоже уезжаем, — сказал Якаки.

— С нами? Как хорошо! — обрадовалась я.

— Нет, не с вами. Я увезу Катю в свое имение, которое находится в глубине страны. Испанцам туда не добраться. К тому же аудиторы нужны любой власти, в том числе испанской. Если станет совсем плохо, наймусь аудитором к испанцам.

— Ты будешь скучать по Андрэ? — шепнула я Кэт.

— Да, — шепнула мне в ответ Кэт и чмокнула меня в щечку.

— Извини, что я плохо о тебе думала.

— Ничего, это бывает.

Когда я вышла от Кэт, глаза у меня были на мокром месте.

Папан и Натали уже ждали меня, возле мешка с собранными вещами. Папан, кряхтя, взвалил вещи на спину, и мы навсегда покинули дом в инской столице, ставший нам за недолгое время пребывания родным.

На улицах было полно солдат, также жрецов. Они выламывали из мостовой небольшие каменные плиты — из тех, что могли унести на себе, — и куда-то оттаскивали. Кажется, они действовали целенаправленно, согласно приказа своего командира. Я поняла, что Теночтитлан готовится к испанскому штурму.

До заката было еще далеко, но мы направились в сторону храма. Папан сказал, что лучше прийти загодя. Если у Андрэ ничего не получится, придется уходить в джунгли. Да, Андрэ это тоже говорил. Не сказать, что мне хотелось обратно в джунгли. Там, конечно, дикая природа и свежий воздух, но в Петербурге 1812 года намного уютнее.

Мост на выходе из города был перегорожен.

— Разве испанцы придут оттуда? — спросила я у папана.

— Озеро не слишком большое. Испанцы могут его обойти, поэтому перегораживаются все мосты.

— Если удастся защитить город от испанцев, что потом? — удивилась я. — Город окружен, конкистадоры могут стоять на берегах долго.

Папан рассмеялся и погладил меня по голове.

— Сразу видно, что ты моя дочь. Потом нас здесь уже не будет, поэтому безразлично, что произойдет потом.

Мы подошли к баррикаде, возводимой солдатами и жрецами. Командовал ими, судя по одежде, офицер.

— Нам необходимо пройти, — обратился папан к офицеру.

— Зачем? — удивился офицер. — Город надежно защищен, здесь вам ничего не грозит. Желающие ушли раньше.