Михаил Дорохов – Русская Америка. Сухой закон 4 (страница 12)

Брауни допила чай и тихо спросила:

— И поэтому ваши люди привезли в своих чемоданах столько оружия? Алекс, мой отец был заядлым охотником. Я прекрасно помню, как пахнет оружейное масло. Из люкса, где остановились ваши «бойцы» так и тянет им…

Я не стал отпираться:

— Да, если дело зайдёт слишком далеко, то я хочу иметь под рукой хороших солдат.

Мисс Брауни посмотрела на спокойно и неторопливо расправляющихся с ужином бойцов и поинтересовалась:

— Кто они, мистер Соколов? Ваши люди действительно так хороши и преданы вам? Судя по тому множеству статей в газетах, в Аунего было очень жарко. И от них за милю «пахнет» войной.

Я ответил, ни капли не смущаясь:

— Так и есть. Видите того человека, — я кивком показал на Ивана Кислова, что помогал Волкову в щепетильном деле с фотографиями-компроматом на агентов бюро расследований, — Который больше похож на буйвола. Он был пехотинцем. После того как у него шрапнелью оторвало несколько пальцев, его перевели в санитарную команду. Он носил товарищей из-под огня почти до конца войны. А тот, правее, из егерей, это мобильные стрелки, — пояснил я Блум, — Приехал сюда со своей семьёй. Еле спас их в эвакуации. Повезло. Дальше сидит артиллерист, что дошёл при прорыве до Карпат. Вы же знаете, где это? Отлично. Он знал моего «офицера», бывшего капитана, а ныне начальника моего охранного агентства. Хотя бывших капитанов не бывает… Мир тесен, и они встретились здесь в Нью-Йорке, когда мы набирали новых людей, — затем я показал на Горохова, — Этот молодой парень — снайпер. И уже несколько раз спасал мне жизнь. Не смотрите на его молодость. Думаю, как раз он убил больше врагов, чем все остальные за тем столом, вместе взятые. С Матвеем и Вольгой вы уже познакомились…

— Вы так хорошо знаете своих людей?

— Стараюсь. Что же я за начальник такой, если не в курсе — кто у меня в подчинении… — скромно ответил я, — Многие из них прибыли сюда с семьями. Я даю им кров, пищу и хорошее жалованье. И цель. Ведь значительная часть денег идёт на развитие общины в Бронксе.

— Санитар, снайпер, стрелки… Вы хотите начать здесь маленькую войну, мистер Соколов? — напряжённо спросила Блум.

— Что вы! Просто у меня других и нет! — засмеялся я, — Абы кто у нас в охранное агентство не попадает. Тем более, если я достигну договорённостей с осейджами, мои люди будут охранять часть месторождений, что принадлежат индейцам. И мои нефтевышки тоже. И я надеюсь, всё обойдётся без большой крови. Просто вы уже поняли: что это за край.

— Понимаю. В статье из вашей газеты сказано о детских садах и школах. Я могу увидеть их, когда в следующий раз буду в Нью-Йорке?

— Конечно, лично проведу вам «экскурсию», — улыбнулся я, — А что за «индейские скачки», для которых вы покупаете лошадей и ищете наездников?

— После дерби в Атлантик-Сити Енох Джонсон, видимо, решил снова поработать со мной и Дэннисом…. Точнее, со мной. Я буду организатором конного представления на открытии ряда казино и отелей в Атлантик-Сити во время Сезонного фестиваля.

— Отлично! Я тоже буду там, только по другому поводу. Мы презентуем наши радиоприёмники и проведём первую в стране радиопередачу на много городов одновременно! — нашёлся я, — Предлагаю поехать в Джерси вместе.

— Согласна, — одарила меня кокетливой улыбкой Блум.

Она приблизилась ко мне и уже почти шёпотом произнесла:

— Вы уверены, что человек, которого мы ждём, сможет нам помочь?

— Думаю, он, как минимум, подскажет нам: кого сто́ит опасаться в первую очередь. И укажет на потенциальных «союзников» в Павуске, — не стал раскрывать я все карты девушке.

Я ведь не объясню ей, каким образом уже знаю про Уильяма Хэйла. Но бюро расследований так и не нашло всех убийц в округе Осейдж. А вот человек, который сейчас вошёл в ресторанчик, вполне мог дать зацепки.

Поднявшись навстречу мужчине в красивом пальто с серебряным отливом, я протянул руку:

— Мистер Макбрайд! Рад знакомству!

Пожилой нефтяник пожал мою ладонь и склонился, целуя руку Блум:

— Я тоже. Но теперь, видя…

— Мисс Блум Брауни!

— … Видя мисс Брауни, я ещё больше воодушевлён этой встречей, — рассы́пался в комплиментах новый знакомый.

Он уселся на стул, а я представил нового знакомого Блум:

— Мисс Брауни, это мистер Барни Макбрайд. Он уже довольно давно занимается нефтью и очень дружен с вождём племени.

В «моём времени» осейджи с ним общались очень хорошо, и именно его вчера мне посоветовал Артур Бонникасл. Индейцы направили в 1923 году Макбрайда в Вашингтон с письмом для властей, когда отчаялись получить поддержку от Федерального агентства по делам индейцев.

Уильям Хэйл послал своих головорезов за нефтяником. И того нашли с множеством ножевых ранений. Когда стало известно, что убит белый богатый промышленник, газеты взорвались скандальными заголовками, а Вашингтон, где у Макбрайда были обширные связи — наконец-то обратил внимание на происходящее в Оклахоме.

Но у меня нет трёх лет. И сейчас я, скорее всего, спасаю жизнь этому человеку. О чём никто, конечно же, никогда не узнает.

— Итак, о чём вы хотели поговорить, мистер Соколов? — спросил Барни и подозвал между делом официанта, — Жаркое из индейки. И стаканчик «горячительного». Шелл в курсе, какого… А вы как, господа?– подмигнул он.

— Соглашусь, — усмехнулся я.

Блум вежливо отказалась от виски.

Видимо, бизнесмен бывает здесь часто, и у бармена для него припасён эксклюзив.

Понизив голос, я изложил цель встречи:

— Хочу поговорить о том, что вы знаете об убийствах осейджей…

Барни Макбрайд словно наткнулся на невидимую преграду. Затем снял очки, опустил глаза, протирая стёкла, и тихо произнёс:

— А какой в этом ваш интерес, мистер Соколов?

Вечером. Нефтяная вышка в о́круге Осейдж. Недалеко от Фэрфакса.

Студебекер свернул с дороги и покатил по потрескавшейся земле. Вокруг вышки на несколько десятков метров расплылось большое пятно, на котором ничего не росло. Поверхность здесь походила на панцирь черепахи с неровными сегментами. Нефть, разливавшаяся при добыче, «выжгла» всё живое. Двигатель авто заглушили…

— Эй, Фредди! Мы приехали! Вылезай!

— Ааааа? — осоловело протянул вусмерть пьяный индеец.

— Я говорю… ик… Фредди Ахайя, вылезай из машины! Я что, один буду искать бухло?

— Что?

— Говорю, тут рабочие по-любому спрятали бухло… Я видел у них утром. Помоги найти! Эх… С этим сухим законом только одни проблемы…

Фредди вывалился из машины, зацепившись носком дорогой туфли за порог шикарного автомобиля, и растянувшись на земле.

— Он что? Совсем нажрался? Эй, Фред, ты чего? Сдаёшь позиции, ха! — заржал третий собеседник.

Они с товарищем подхватили хихикающего индейца под руки и потащили за собой.

— Э-э-э-э эээй, Мэри… подари мне ночку! — пытался напевать наклюкавшийся индеец.

— Держи его, Байрон… — вдруг просипел тот, что был за рулём Студебекера.

— Ага… Здоровый, сволочь… — с натугой ответил его компаньон.

Один из них неуклюже подбил ногу осейджа, и тот рухнул на колени.

— А-а-а-а-а? — только и смог удивлённо произнести он, прежде чем четыре руки с силой макнули его в глубокую лужу нефти шириной в несколько метров.

Индеец слабо забился, пытаясь выбраться из железной хватки убийц. На поверхности нефти возникло несколько пузырей.

— Держи! — прохрипел душегуб подельнику и сжал от напряжения зубы.

Через полминуты осейдж прекратил барахтаться. Он так и застыл: лёжа на животе на краю чёрного маслянистого пятна.

— Ну, вот и всё… Король будет доволен, — встал, отряхиваясь, Байрон, — Судья скажет, что он сам нажрался и упал сюда.

— Поехали отсюда…

— Куда? Ты чего, совсем спятил? Пойдём сами.

— Да здесь пять миль топать!

— А ты хочешь забрать машину Фредди? Всё должно выглядеть убедительно. Не сам же он сюда пешком забрался. Да ещё и пьяный. В такую-то даль от Фэрфакса! Терпи. Хочешь бабки — топай и не жалуйся!

— Два индейца за два дня, Байрон! Это вызовет подозрение! Ты уверен, что осейджи поверят, будто Ахайя захлебнулся сам?

— Так надо! Поверят или нет — нам любой расклад на руку! Завтра в Павуске начнётся ещё большая шумиха, а Король Хэйл с шерифом начнут трясти всех приезжих, чтобы найти якобы «залётных» убийц. Так что одним осейджем больше, одним меньше! Ты что не помнишь, о чём Уильям говорил вчера на Совете?