Михаил Дорин – Африканский рубеж (страница 26)

Гаранин и Гиря одновременно кивнули. Седой поставил руки в боки и ещё раз осмотрелся. Кирилл же в это время подзывал свой отряд и выстраивал их рядом с вертолётами.

С собой парни тащили один АГС-17, а также несколько ящиков с боеприпасами.

— 30 человек. Я 31-й, — сказал Кирилл, показывая на парней.

Тут и Гаранин повернулся к нам, показывая Гире, чтобы тот достал карту. Я махнул Вадиму и экипажу моего ведомого. Пара Ми-24 ещё только выключалась, так что им будем доводить дополнительно.

— Работу продолжаем. Смотрите сюда, — произнёс Седой и показал пальцем в точку на карте.

Место назначения находилось на северной окраине города. Чтобы туда добраться, нужно было облететь Макени и подобрать площадку уже в районе объекта.

— Вот здесь. Ключевая транспортная развязка и старое административное здание на возвышенности. С него можно контролировать все подходы к городу с севера. Нужно доставить туда группу во главе с Гирей. Они должны занять объект. По нашей информации, подкрепление к ним не идёт.

— И насколько этой информации можно верить? — спросил я.

— Я задавал тот же вопрос, — шепнул мне Гиря.

— Верить можно, а вот доверять… в любом случае, северную окраину нужно занимать.

Я посмотрел на Гирю. Тот только развёл руками.

— Сергей Викторович, где АСП? Здесь ящиков только на два блока? — спросил я.

— Как сказали местные, их колонна попала в засаду в десяти километрах отсюда. То что привезли — это всё, что есть, — ответил Гаранин.

Подлетая к площадке, я видел взорванные машины, но они были уже ближе к городу. На подступах к площадке никаких взорванных машин не было. Кто-то в Сьерра-Леоне явно хочет, чтобы мы «обделались».

Вадик прицокнул, а командир второго Ми-8 задумчиво почесал подбородок. Ситуация была совсем не из приятных. Ждать, что нам привезут ещё АСП, было опрометчиво.

— Я так понимаю, что здесь мы и верить не можем, и доверять не стоит.

— Вы проницательны, Сан Саныч, — сказал Гаранин и сплюнул в сторону.

Кузьмич подбежал к нам и подтвердил, что неуправляемых ракет только на четыре блока. Решать тут было нечего.

— Предложение, Сан Саныч? — спросил Седой.

— «Шмели» летят в Лунги. 31 человек к ним не влезут. На базе пускай снаряжаются и летят сюда, — предложил я.

Гаранин согласился, и бортовые техники быстро рванули к вертолётам. Ещё раз уяснив задачу, мы все отправились на подмогу техникам. Тут уже не до званий и должностей. Надо было быстрее подниматься в воздух и лететь на задачу. Даже бойцы Гири оказывали поддержку и разгружали ящики.

Не прошло и получаса, как мы запустились и готовились взлетать. Вадим выглядел напряжённым. Кузьмич же наоборот излучал спокойствие и по-отечески похлопывал Давыдова.

— 2-й, взлетаем парой. Внимание! Взлёт, — скомандовал я в эфир.

Наш Ми-8, тяжело оторвавшись от земли, взял курс на Макени. Небо уже изрядно заполнилось тёмным дымом, а солнце начало заходить за тучи. С моря потянулись свинцовые облака.

— Кажется, дождь собирается, — сказал я, когда мы отвернули на западную окраину Макени.

— Сейчас видимость упадёт. Тогда мы уже не высадим никого, — ответил Вадик.

— Высадим. Можешь в этом не сомневаться, — ответил я, продолжая обходить районы, которые ещё недавно были заняты боевиками.

Когда Вадим заметил, что мы обходим город слишком широко, начал пересчитывать маршрут.

— Саныч, эти районы уже не под боевиками.

— Я в этом неуверен.

И как в воду глядел! На западной окраине в нас начали стрелять, но до фюзеляжа долетали только отдельные пули. Ведомый заранее перестроился в левый пеленг, и мы прошли опасный район уже более спокойно.

В кабину заглянул Гиря и запросил обстановку.

— Три минуты, — крикнул ему Вадим и показал на группу строений, которые нужно будет занять нашим ребятам.

Когда до точки оставалось пару километров, земля под нами снова ожила. С крыши одного из зданий по нам ударили из автоматов. Пули прошивали воздух совсем близко от кабины.

— 2-й, слева работают. Отворачивай, — произнёс я в эфир, уводя вертолёт от очередей с земли.

Я резко развернул вертолёт, заложив максимальный крен. Через мой блистер можно было разглядеть узоры на листьях. Ещё немного и можно было «сбрить» какую-нибудь верхушку дерева.

— Кузьмич, к пулемёту, — скомандовал я и наш бортовой техник перелез через центральный пульт.

Заняв место за кормовым пулемётом, он приготовился к стрельбе.

— Вадик, открой блистер, — сказал я по внутренней связи.

Это нужно, чтобы нам кабину не заволокло дымом. Вскоре мы развернулись. Кузьмич уже приготовился стрелять, а я пытался точно вывести его на цель.

— На боевом. Атака! — произнёс я в эфир, и тут же Константин Кузьмич открыл огонь.

Дальность до цели была примерно километр или того меньше. Очередь прошла вдоль всей крыши, подняв клубы пыли. Следом зашёл и ведомый, выпустив очередь в направлении позиции боевиков на крыше. Более в нас уже никто не стрелял.

Нужная нам развязка была как на ладони — перекрёсток двух грунтовых дорог и приземистое двухэтажное здание рядом с ним.

— Садимся на перекрёстке, — показал я на место пересечения дорог в паре сотен метров от объекта.

Пройдя над площадкой, я выполнил разворот и начал снижаться. Воздействия с земли никакого, но ведомый пока ещё прикрывал нас сверху.

— Площадку наблюдаю, — доложил я, начиная плавное снижение.

Кузьмич уже ушёл в грузовую кабину, а Вадим продолжил обратный отсчёт высоты. Вертолёт затрясло перед касанием, но садиться нужно быстрее. Висеть над площадкой времени нет.

— Посадка. Начал высадку, — произнёс я в эфир

Колёса едва коснулись пыльной земли, как Кузьмич открыл сдвижную дверь в сторону. А ведь говорил, что она у нас не закрывалась!

Бойцы быстро начали выпрыгивать из грузовой кабины. Тут же рассредотачиваясь и занимая круговую оборону вокруг вертолёта. Пыль, поднятая несущим винтом, смешивалась с запахом разогретой земли.

— 101-й, Гире, — услышал я голос Кирилла в наушниках.

— Ответил.

— Я на вашей «дорожке». Начинаем движение к объекту.

— Принял. 2-й, высадку закончил. Взлетаю, — ответил я, наблюдая как первая группа короткими перебежками, прикрывая друг друга, устремилась к двухэтажному зданию.

Аккуратно подняв рычаг шаг-газ, я оторвал вертолёт от земли и тут же ушёл вправо, освобождая площадку ведомому. Вертолёт за один круг над площадкой набрал 200 метров и перед нами уже открылся обзор на подходы к объекту.

— 2-й, площадку наблюдаю. Выполняю посадку, — доложил ведомый, пока я разворачивал вертолёт.

Процедура повторилась с зеркальной точностью: касание, высадка, бойцы занимают позиции и начинают движение к зданию, догоняя первую группу.

— 2-й, высадку закончил. Взлетаю, — доложил ведомый.

Но не всё же так просто в этой Сьерра-Леоне. В этот момент Вадик, всматривающийся на восток, доложил по внутренней связи.

— Саныч, на севере. Много движения.

Из-за холмов, где уже начиналась территория Восточной провинции страны, поднимались столбы красноватой пыли. Это были районы, которые подконтрольны боевикам Объединённого Революционного фронта. Пролетев немного вперёд, мы увидели, как в направлении наших парней выползала тёмная, шевелящаяся масса.

Десятки, если не сотни человек на грузовиках, в кузовах пикапов и на мотоциклах быстро двигались по грунтовым дорогам на Макени.

— Гиря 101-му. К вам с востока идёт крупная группа «бармалеев». Наблюдаю пару десятков «коробочек», — доложил я в эфир.

— Понял вас. Позицию занял. Готов работать, — ответил Кирилл.

Только он договорил, как прозвучал доклад ведомого.