Михаил Деревянко – Ретры Ликурга (страница 5)

– Ну, мне пора.

– Иди, ты успокоил моё сердце, – целуя Ликурга, прошептала Елена, – хотя это я должна была заботиться о тебе.

– Зато ты вознесла меня к звездам, – ответил сын царя.

Они расстались. Елена пошла в храм Афины, а Ликург вернулся на площадь, где ни на мгновение не прекращались траурные обряды.

Пылали костры, на которых жарили быков для бессмертных и смертных; вокруг огней воины исполняли ритуальные пляски; под звуки авлосов жалобно пел женский хор; непрерывно приносились жертвы богам Аида. Каждый жест, каждое слово, каждый звук помогал душе Эвнома облегчить путь в обитель мертвых.

Ликург подошёл к Полидекту, застывшему у смертного одра, и легким прикосновением вывел его из оцепенения. Старший брат, словно очнувшись, тряхнул головой и горестно вздохнул:

– Это я повинен в смерти отца.

– Брат, перестань себя корить – убийца известен.

– Я стоял рядом, – будто не слыша, продолжал монотонно говорить Полидект, – и мог помешать, мог схватить убийцу за руку, мог подставить под удар свою грудь, но я ничего не сделал. Трус!

Тело Полидекта содрогнулась от рыданий. Ликург обнял брата за плечи и возразил:

– Нет, это я виноват.

– Не выдумывай – в тот день тебя не было в Спарте.

– В том— то и дело: в тот день я похитил девушку без благословения её родителей, без благословения Эвнома.

– Ну и что с того? – непонимающе спросил Полидект. – При чем тут смерть отца?

– Своим поступком я прогневал богов. Они покарали меня, лишив отца жизни.

– Не будь наивным: я уверен, что убийство царя не случайно.

– Как?

Полидект вплотную приблизился к Ликургу и прошептал, хотя рядом никого не было:

– Я уверен, что это заговор.

– Чей?

Старший брат замялся и ответил уклончиво:

– Я точно не уверен – не хватает доказательств.

– Надо допросить убийцу, – загорелся Ликург.

– В том— то и дело, что он мёртв.

– Как? Кто его убил?

– Леонид, брат моей жены Горги.

– Странная спешка, – согласился Ликург, – по обычаю, убийцу должны принести в жертву, когда запылает костер, уносящий в Аид душу Эвнома.

Полидект понимающе кивнул:

– Леонид пронзил его грудь кинжалом сразу после убийства царя.

– Что за варварский обычай ходить с оружием на народные собрания, словно на войну! – вскричал Ликург.

– Я введу запрет на ношение оружия в мирное время, – решительно заявил Полидект, – но прежде всего обстоятельно потолкую с Горгой и Леонидом.

– Будь осторожен, – предостерег брата Ликург, – если это заговор, они не остановятся ни перед чем. Нам надо быть вместе. Я в твоём распоряжении.

– Спасибо, брат. Как только разберемся с заговорщиками, закатим такую свадьбу, кукую свет не видывал.

Они незаметно обменялись рукопожатием.

Ретры о рождении

Новорожденный ребёнок принадлежит Спарте.

Полидект не успел раскрыть заговор. Вскоре после вступления на престол, он внезапно умер при весьма загадочных обстоятельствах. Вечером царь вошёл в покои своей жены Горги энергичный и здоровый, а утром был уже неподвижный и мертвый. Ликург, который нежданно-негаданно остался единственным претендентом на царский престол от рода Еврипонтидов, сразу после похорон решил провести тщательное расследование и прежде всего обстоятельно поговорить с Горгой. Однако, она сама тайком навестила ночью Ликурга. Ираклий, единственный стражник и слуга в доме, не посмел остановить царствующую вдову, и та буквально ворвалась в спальню будущего царя. Ошарашенный Ликург не успел протереть глаза, как обнаружил Горгу в своей постели. Та тесно прижалась к нему пышной грудью и страстно прошептала:

– Наконец-то.

– Что?

– Наконец-то ты мой.

– Но…, – попытался возразить Ликург, но Горга не дала ему и слова сказать:

– Я мечтала о тебе всю жизнь! С самого детства! Ты мой возлюбленный! Ты и только ты!

– А как же Полидект? – удалось вклиниться Ликургу с вопросиком в пылкое любовное признание.

– Я никогда его не любила. Моего согласия никто не спрашивал. Нас поженили наши отцы в интересах Спарты. А я всегда хотела только тебя.

Горга, как змеями, обвила руками шею Ликурга, но тот аккуратно разнял их.

– Погоди.

– А чего ждать?

– Вначале надо выяснить от чего умер Полидект.

– А тут и выяснять нечего: взял и умер. Люди, к несчастью, смертны.

Ликург с сомнением покачал головой:

– Человек умирает от болезни, от старости или от того, что его убивают. Полидект, как мне известно, был молод и ничем не болел.

– Думаешь его убили? – с наивным испугом удивилась Горга. – Ах! Где раны? Где кровь?

– Люди изобрели столько способов убивать друг друга, что, кажется, только этим они и занимаются. Полидекта могли задушить, утопить, отравить… и никаких ран и крови. А человека нет.

– Никто его не убивал! – вскричала Горга. – В спальне, кроме нас, никого не было. Он просто заснул и не проснулся. Лёгкая смерть.

– Ты никуда ночью не отлучалась? – деловито спросил Ликург.

Вместо ответа Горга осуждающе нахмурила брови:

– Уж не меня ли ты подозреваешь? Только зачем? Думаешь, мне надоело быть царицей?

– Не думаю, – машинально ответил Ликург и хотел уже высказать подозрения, с которыми поделился с ним старший брат, однако вовремя спохватился. Возможно, заговорщики хотели выяснить, что знает Ликург о заговоре, что успел рассказать ему Полидект. Столь поспешное убийство старшего брата могло быть вызвано только тем, что он раскрыл заговор. Если невзначай проговориться, то можно очень просто лишиться жизни. Поэтому лучше пока прикинуться простачком.

– Тогда зачем мне его убивать? – недоуменно развела руками Горга.

– Ты же сама сказала, что никогда его не любила.

– Ах, вот оно что! – расхохоталась вдова. – Ты думаешь, что я убила мужа из-за тебя?

– Почему бы и нет.

– Ну, конечно же. Иди ко мне, мой герой!

– Погоди, – предостерегающе поднял руки Ликург, – я понимаю, что это не ты убила Полидекта. Но кто— то же это сделал?

– Вот и выясняй, – беззаботно прощебетала Горга, – только прежде возьми меня в жены. В конце концов, ты обязан это сделать по нашему древнему обычаю. Ты должен жениться на жене умершего брата.