Михаил Делягин – Светочи тьмы. Физиология либерального клана: от Гайдара и Березовского до Собчак и Навального (страница 99)
Это заявление, похоже, не предназначено для эпатажа общественности (что и делает его ценным, – ведь, как вспоминала подруга ее юности, «Ксюша мастерски может перевоплощаться в любые образы»), а выражает глубинные ценности и стиль общения Собчак. Остается лишь надеяться, что обещание завести детей в 40 лет, данное ею своим поклонникам после свадьбы, является ложью.
Да, Собчак «в телеэкран… просунулась благодаря… знатному происхождению и по большей части потому, что примелькалась на виповских мероприятиях». Однако ослепленные ее хамством и своим естественным омерзением недоброжелатели обычно не сознают, сколь острой была конкуренция в этой сфере (даже с учетом ее, по-видимому, абсолютного административного ресурса), и как многое надо было перешагнуть в себе и других для победы в ней. Одного лишь совершенства аморальности и отсутствия нормальных человеческих чувств для успеха было недостаточно: необходимы были ум, сила воли и чутье.
«Когда в „нулевые“ „питерцы“ заняли главные места в Москве, глянцевые журналы и развлекательное телевидение стали единственными социальными лифтами, а деньги оказались национальной идеей, устраивающей всех, – Собчак» сумела стать символом и олицетворением этих процессов.
Когда же эпоха сменилась и потребление как массовый смысл жизни начал сменяться тягой хоть к каким-то знаниям и осмыслению происходящего, – Собчак из профессиональной «блондинки в шоколаде» стала такой же профессиональной интеллектуалкой. Лучше всех описал этот переход, если верить СМИ, ее соратник по либеральной оппозиции Навальный: «Ксюша Собчак …золотой лобок России и матерая интеллектуалка, сначала показывала за деньги трусы и что под ними, а теперь надела очки».
«Она, как медиум, гениально считывала коды времени, чаще других говорила то, что думает, и раньше других делала то, что нужно сделать», – справедливо отмечают ее поклонники. Изменение играемых ею социальных ролей может быть неплохим инструментом для прогнозирования и понимания того, что ожидает наше общество в ближайшие годы.
Вместе с тем принципиальное отрицание норм морали как таковой, стремление вслед за собственным освобождением освободить и всех остальных от «химеры, именуемой совестью», делает Собчак эффективным и страшным оружием разрушения нашего общества.
Прививка эгоизма и саморазрушительной вседозволенности, сделанная либеральной принцессой целому поколению российской молодежи в «Доме-2», действительно может показаться на фоне ее предстоящих успехов «невинной детской игрой в крысу».
Венедиктов
Россия погибнет, а «Эхо Москвы» останется
«Эхо Москвы» является важнейшим медиа либерального движения России. Тем самым «не только коллективным пропагандистом и коллективным агитатором, но и коллективным организатором», о котором когда-то писал Ленин, далеко опережающим по любым критериям другие символы либерального мира – телеканал «Дождь» и «Новую газету».
Эффективность «Эха» повышается его новым качеством: оно первым в России создало по-настоящему удобный и разветвленный Интернет-портал, первым стало выкладывать на него полные расшифровки стенограмм эфиров, первым вывесило в коридор фотографии спикеров и создало в гостевой комнате «стену тщеславия» с благодарностью и приветствиями (от президента США до управления пожарной охраны), первым освоило Интернет-видео и создало собственную разветвленную блогосферу, стало проводить регулярные опросы аудитории, ввело рейтингование материалов.
Этот список можно продолжать долго. Тем больший интерес вызывает фигура человека, ставшего олицетворением «Эха Москвы»: более всего напоминающего взъерошенного садового гнома, страдающего аллергией на чеснок франкофила, купающегося в скандалах и при этом являющегося символом российской журналистики – той, которая сложилась в нашей стране.
Младший член огромного клана
Отец Алексея Венедиктова, офицер-подводник, погиб за неделю до его рождения в 1955 году. Дед по отцу был сотрудником НКВД, получившим орден «Красной звезды» за организацию заградотряда. Это роднит Венедиктова со многими либералами – потомками представителей карательных органов. Правда, он даже «никогда не говорил с мамой» о гибели своего отца, и, возможно, это было не только тактичностью, но и социальным выбором. Насколько можно судить, его дед и отец, упоминаемые в официальных биографиях поразительно скупо, часто даже без имен, олицетворяют собой то, борьбе с чем он посвятил свою постсоветскую жизнь.
Мама, Элеонора Абрамовна Дыховичная, была врачом-рентгенологом, бабушка, Нина Абрамовна, – известным советским инженером-конструктором, преподавателем знаменитого МАРХИ (Московского архитектурного института), автором проекта инженерной реконструкции гостиницы «Украина», заслуженным строителем России, прадед, Абрам Ионович Дыховичный, – также известным инженером-конструктором, профессором МГУ.
Братьями бабушки были писатель-сатирик и драматург Владимир Дыховичный и архитектор, профессор Юрий Дыховичный. Режиссер Иван Дыховичный – двоюродный дядя Венедиктова, а его двоюродный брат Алексей Дыховичный – ведущий на «Эхе». Музыкант Андрей Макаревич, по некоторым данным, – троюродный брат Венедиктова, который уточнял: «Ну, он, скорее, 43-юродный, седьмая вода на киселе, но мы предпочитаем говорить так». «У нас огромная семья, огромный клан Дыховичных, – говорил Венедиктов, – и я самым младшим был».
«Огромный клан», да еще и успешно вписанный в советскую элиту, по определению не мог не воспитывать «самого младшего» и не помогать ему, пусть даже самим фактом своего существования. Но Венедиктов с гордостью отмечал: «я человек, который сам себя сделал», – живо вызывая в памяти схожие заявления олигарха Прохорова о том, что ему ничего не упало с неба, и он всего добился только сам и честным трудом.
Правда, своим «социальным капиталом» выросший в вольной и хулиганской жизни московского двора на Покровских воротах Венедиктов действительно не воспользовался: поступил на вечернее отделение исторического факультета пединститута и во время учебы работал в школе лаборантом, а затем то ли 4, то ли 5 лет был почтальоном.
Разнося почту в дома, где жили иностранные корреспонденты, он читал «буржуазную прессу» и сравнивал ее публикации с советскими, что, по его словам, сильно расширяло кругозор. И, стоит добавить, существенно отличалось от пропагандистских передач «Би-Би-Си» и радио «Свободы», культовых для антисоветской интеллигенции того времени.
В армию не попал из-за ужасного зрения (минус 10).
Окончив вуз в 1978 году, 20 лет проработал школьным учителем, из которых 19 – учителем истории в одной и той же школе, получив в итоге звание «Отличник народного образования России». Правда, такая преданность преподаванию, возможно, была вызвана повышенным и вполне конкретным интересом к старшеклассницам, о котором сам Венедиктов говорил с откровенностью и удовольствием.
Обладая недюжинным умом, выдержкой и любознательностью, он прекрасно сходился с самыми разными людьми, – и, как почти все во время перестройки, живо интересовался политикой.
В августе 1990 года знакомые радиожурналисты Корзун и Бунтман, когда он «по-дружески пришел к ним закусить и выпить» на только что созданную ими в ходе общего горбачевского раскрепощения радиостанцию «Эхо Москвы», попросили его посидеть под столом в студии (другого места просто не было) – помогать выводить звонки радиослушателей в эфир.
И Венедиктов остался.
Продолжая учить детей и быть классным руководителем, Венедиктов вырос от составления газетных обзоров до работы корреспондента и политического обозревателя.
Во время противостояния Ельцина и Верховного Совета в 1993 году находился в Белом доме; в 1994 году, проявив мужество, смекалку и понимание человеческой психологии, спас из дудаевского плена группу офицеров. По его воспоминаниям, «мы прилетели в Грозный и пошли разговаривать к Дудаеву. Меня пустили к пленным, а те говорят: „Мы никуда не поедем“. Их запугали. Я говорю – …вот микрофон, скажите мне это под запись, я вашим родителям пленку отправлю – …раз вы не едете, я должен как-то оправдаться перед вашими матерями… После того, как я это сказал, 16 человек согласились вернуться с нами. А человек 12 осталось, и их следы потерялись.»
В 1995 году Венедиктов возглавил информационную службу «Эха Москвы», в феврале 1998 года был избран главным редактором, – и лишь после этого ушел из школы, окончательно посвятив себя журналистике.
Стремительное развитие бизнеса
Кипучая энергия в сочетании с холодным умом, умело применяемыми эмоциональностью и менторской позицией сделали Венедиктова одним из наиболее заметных фигур не только российского медиапространства, но и всей политики.
За 10 лет пребывания Венедиктова на посту главного редактора аудитория «Эха Москвы», по сообщениям ряда медиа, выросла на 20 %, несмотря на открытие в Москве целого ряда «разговорных» общественно-политических радиостанций и возросшую таким образом конкуренцию. В 2013 году выручка «Эха» составила 368,4 млн. руб., чистая прибыль – 17,2 млн.
Заявления Венедиктова о том, что «Эхо Москвы» находится «на первом месте» «по уровню цитирования мировыми агентствами и газетами», представляется примером филигранной рекламы. Создается ощущение того, что «Эхо Москвы» цитируется больше, чем любое другое российское СМИ, – скорее всего, ложное, так как «Эхо» вряд ли способно конкурировать с мощными информагентствами и телеканалами. Однако Венедиктов «в случае чего» всегда имеет возможность сказать, что имел в виду исключительно другие радиостанции, узкий и не имеющий особого значения радийный сегмент медиарынка, в отношении которого его высказывание, скорее всего, правдиво, – хотя и уже далеко не так впечатляет.