Михаил Делягин – Светочи тьмы. Физиология либерального клана: от Гайдара и Березовского до Собчак и Навального (страница 91)

В августе 2004 года «Альфа-банк» подал в суд на «Коммерсант» за статью об очередях возле своих отделений во время банковского кризиса в начале июля, оценив все свои убытки (включая неполученные проценты по непредоставленным кредитам, внеплановую рекламу, купленную вне графика валюту и усиление охраны) в 20,8 млн. руб. и потребовав 300 млн. сверх того за репутационный ущерб. Общая сумма – около 11 млн. долл. – не имела прецедента: до того подобные иски к российским СМИ не превышали 0,5 млн. долл. Некоторые СМИ полагали, что Фридман просто хотел нанести удар по Березовскому, которому принадлежал тогда «Коммерсант».

Хотя очереди, насколько можно судить, имели место и до статьи (как и сам банковский кризис), а «Альфа-банк» в июне был лидером по снижению остатков на счетах физлиц (на 1,46 млрд. руб.) и действительно вводил 10 %-й штраф за досрочное снятие вкладов, суд удовлетворил иск, уменьшив его на символические 10 млн. руб., и в конце января 2005 года «Коммерсант» перечислил взысканные средства. При этом он устроил мощную демонстрацию, выпустив практически пустой номер газеты с требуемым судом опровержением и указанием, что номер «посвящен исключительно „Альфа-банку“ и лично Фридману. Чтобы им было приятно».

В марте арбитражный суд снизил сумму репутационного вреда в 10 раз, до 30 млн. руб. («Альфабанк» вернул разницу), а через 8 дней Березовский подал в лондонский суд иск против Фридмана, который за 5 месяцев до этого на ток-шоу сказал, что Березовский угрожал его «замочить»; в мае 2006 года Фридмана обязали выплатить истцу 50 тыс. фунтов и возместить судебные издержки (по оценкам, почти 1,5 млн. фунтов).

После колоссального репутационного ущерба (значительная часть общественности восприняла иск против «Коммерсанта» как попытку уничтожить одну из главных российских газет за простую констатацию самоочевидного факта) Фридман, насколько можно судить, почти не подавал исков против СМИ, осознав силу последних.

В июле 2005 года Фридман попал под «дачное дело», нацеленное, насколько можно понять, на экс-премьера Касьянова, и был вынужден вернуть в госсобственность роскошную дачу на берегу Москвы-реки в пределах МКАД. То, что удар не был направлен на Фридмана, следует из включения его в ноябре в состав Общественной палаты, причем громкий скандал (он прошел в нее как представитель Союза семей военнослужащих при том, что в его семье в армии никто не служил) не повлиял на его членство.

Летом 2006 года «Фонд гражданских свобод» Березовского, вероятно, окрыленного прошлыми судебными успехами, обвинил Фридмана в заказе на убийство журналиста Гонгадзе, что было опровергнуто Фридманом и никем всерьез никогда не воспринималось.

В августе 2008 года российским акционерам ТНК-ВР удалось сместить Роберта Дадли с поста главы компании; длительная борьба привела к тому, что исполняющим обязанности главного управляющего компании с 1 июня стал ее председатель совета директоров Фридман, занявший, таким образом, оба руководящих поста. Это оказалось шоком для наблюдателей – и огромной победой Фридмана.

Весной 2009 года, на излете кризиса, «Альфабанк» оказался «самым несговорчивым» кредитором структур Дерипаски. После серии крупных исков, поданных уже после скандала с Пикалево, Фридман был приглашен на встречу 17 марта с Дерипаской президентом Медведевым, заявившим о недопустимости «корпоративного эгоизма». После этого группы обоих олигархов сделали совместное заявление об отсутствии между ними конфликта, подкрепленное высказываниями каждого из них. А через 2 дня арбитражный суд удовлетворил иск «Альфа-банка» о взыскании с «Главмосстроя» Дерипаски 502,6 млн. руб. Представители Дерипаски заявили, что «жесткая позиция» «Альфа-банка» не изменилась, и ряд компаний Дерипаски подали встречные иски к «Альфа-банку». Осенью «Альфа-банк» инициировал процедуру банкротства ряда предприятий Дерипаски, после чего долг в 85,9 млн. долл. перед ним был погашен, а долг ГАЗа в 3,3 млрд. руб. – реструктурирован.

О влиянии Фридмана в то время свидетельствовало то, что в октябре 2009 года, когда острая фаза кризиса уже полгода как прошла, президент Медведев накануне встречи с представителями РСПП поручил именно ему разработать предложения по стратегии выхода из экономического кризиса, – на что получил скромное обещание подготовить «все прогнозные сценарии».

Жесткость Фридмана ярко проявилась и в нынешнем экономическом кризисе. Сначала его структуры попытались обанкротить одного из крупнейших в России авиаперевозчиков – «ЮТэйр», а специфическим (хотя, возможно, и нечаянным) поздравлением страны к 70-летию Победы, пышность празднования которого вызвало отторжение и даже негодование ряда либералов, стала угроза ареста счетов «Уралвагонзавода».

Дочерняя фирма «Уралвагонзавода» «ЧТЗ-Уралтрак», производящая тракторы, не смогла вовремя расплатиться с «Альфа-банком» по одному из шести соглашений с ним, и тот предъявил претензии головной структуре, давшей заемщику свои гарантии.

Та сообщила, что расплатилась по долгам своей «дочки» еще до судебного решения, но «Альфабанк» начал требовать досрочной выплаты всех кредитов, включая предоставленные до 2017 года, на сумму более 8 млрд. руб., и создал реальную угрозу банкротства уже не производящей тракторы «дочки», а всего «Уралвагонзавода», – и уничтожения таким образом производства танков в России. И это при том, что, по имеющимся данным, «Альфа-банк» и «Уралвагонзавод» заранее составили и согласовали план реструктуризации возможных долгов «дочек» последнего.

Директор «Уралвагонзавода» обвинил олигархический банк в действиях «вероломно и без предупреждения», отметив: «из содержания писем от банка могу заключить одно: это чистой воды шантаж». Ожидаемая дезорганизация производства такова, что «Уралвагонзавод» запросил государство о помощи на 60 млрд. руб.

Официальная позиция государства воспроизвела классическую формулу 15-летней давности: мол, мы не вмешиваемся в «спор хозяйствующих субъектов».

Но трудно найти человека, который не понимает: в условиях обострения международной обстановки и катастрофического для России кризиса на Украине финансирование главного производителя танков (включая новый символ нашей страны – проект «Армата») – уже не бизнес, а политика.

Причем военная.

Политическая самоидентификация: лондонский украинец?

Спецификой бизнеса «Альфы» представляется интенсивный, системный лоббизм, ставший явным, как представляется, в 1999 году, когда работавший в «Альфе» с февраля 1997 года первым зампредом совета банка Сурков стал помощником, а затем и заместителем руководителя администрации президента. Интересно, что Сурков работал в структурах «Менатепа» с их возникновения, с 1987 года, но 2 года с Фридманом, похоже, перевесили почти 10 лет с Ходорковским.

Другим заместителем Волошина вскоре стал другой бывший сотрудник «Альфы», Александр Абрамов. Последующее обилие в Кремле и в Госдуме людей, связанных с «Альфой», вполне логично объясняли их знакомством с Сурковым, а не с Фридманом, но факт остается фактом: когда член либеральной команды молодых реформаторов Чубайса Олег Сысуев летом 1999 года, после ликвидации правительства Е.М. Примакова, ушел с госслужбы в бизнес, его переход именно в «Альфу» многим казался случайностью. А уже в начале 2000-х фраза «выходцы из „Альфы“ работают в администрации президента везде» воспринималась как нечто самоочевидное.

После обысков в офисе ТНК «Новая газета» отмечала, что, по данным РУБОПа и Генпрокуратуры, «пробивали» продажу 50 %-го пакета ТНК в декабре 1999 года, в результате которой бюджету был, по оценкам, нанесен ущерб в 900 млн. долл., оба замглавы администрации президента, вышедшие из «Альфы», – Сурков и Абрамов.

Правда, с того времени желающих заниматься столь подробными расследованиями больше не находилось.

А сам Фридман весьма эффективно демонстрирует аполитичность; так, накануне выборов 2000 года заявил, что предпочитает того кандидата в президенты, который победит.

Однако, по некоторым оценкам, с 1997 года без огласки финансировал политическую деятельность Немцова, а как минимум до 2003 года спонсировал близкую к бывшему тогда главой администрации президента Волошину газету «Время новостей» (первоначальным инвестором которой называют Дерипаску).

В июне 2000 года подписал письмо-поручительство 17 крупных российских бизнесменов с просьбой изменить меру пресечения арестованному Гусинскому. Накануне ареста Ходорковского в октябре 2003 года успел вместе с ним, Потаниным и исполнительным секретарем РСПП Юргенсом подписать письмо РСПП на имя президента Путина, обращавшее внимание последнего на агрессивное поведение Генпрокуратуры по отношению к «ЮКОСу» и налоговый произвол властей. Но уже в начале июня 2005 года он отказался отвечать на вопрос журналиста о том, согласен ли он с приговором Ходорковскому и Лебедеву, не желая, судя по всему, ни кривить душой, ни конфликтовать с властью.

Фридман зорко наблюдает за действиями конкурентов и проявляет активность на всех политически значимых полях. Так, в сентябре 2002 года он был избран председателем Конфедерации руководителей еврейских организаций России (КРЕОР), которую российские СМИ называли не благотворительной организацией (в отличие, например, от учрежденного тем же Фридманом Российского еврейского конгресса), а лоббистской структурой, созданной в противовес организованной при непосредственном участии Абрамовича Федерации еврейских общин России (ФЕОР).