Михаил Булыух – Тануки. Часть 2 (страница 28)
Умирать многожды… Вот, архидьявол погибал уже почти два десятка раз. И вполне адекватен. Общается. Логично мыслит… Так может и Кузнец с Хозяйкой тоже… отреспятся? И любитель ежевичного варенья через год-другой снова поселится в своем временно разоренном доме? Хотя, нет. Он же как раз был НПС. Так же, как и дети Кузнеца…
Голова кругом, подумал Барсук неожиданно для самого себя теряя сознание.
3.
— Что это… было? — тчифу потряс головой пытаясь осознать, где находится, что тут делает и вообще, кто он такой.
— Ты отрррубился. Внезапно. Почти час тут валяешься. Я уже тебя сожрррать собирррался, но ты очнулся.
— Сож… рать?
— Да. А чего еще с тобой делать? Я тебя не убивал, так что Бездну корррмить бессмысленно. Не пррропадать же мясу.
— Бред, — сказал тануки хватаясь за виски. — Я… я… ох, блииииин…
Воспоминания нахлынули сразу и вдруг.
Вот, он летит в Японию по специальному вызову по делу о котором не говорят. Вот садится в смешную малолитражку. Темнота и боль. А потом, он уже не Семен Барсуков, а Ромкат Киртак Барсук, тануки с огромными яйцами и способностью создавать волшебные амулеты.
Что случилось? Почему он… почему в игре? Мировосприятие, уже смирившееся с окружающей действительностью, и воспринимающую ее, как единственную возможную реальность дало трещину. Вернее, не так. Малыми трещинками были тени воспоминаний, что проскальзывали ранее. А сейчас, оно раскололось на тысячи кусочков.
Его что, убили?
Но зачем???
Кто?
Кому он помешал?
Виной то дело? Да нет, не может быть. О таком не говорят, так что никто о предстоящей операции не знал. Это совершенно точно.
Так, стоп, зачем сразу о худшем думать? Почему сразу убили? Может, плохо стало, и добрые японские врачи пришли на помощь. Инсульт, скажем. Только чур, не обширный. Страховка есть и на счетах достаточно средств. Так что… Положили в капсулу, проводят реабилитацию, а что бы было не скучно, подключили к Грязи… а почему тогда он ничего не помнит?
— Эй, зверрродемон! Ты меня слышишь?
— Подожди, пожалуйста… у меня… я… должен подумать.
Так… связи с админами нет, кнопки логаута нет. Может, он тоже на реабилитации, как Корнет? Стоп, если он — реаб, должна быть кнопка связи с лечащим врачом. Почему эта мысль раньше в голову не пришла? Или огнемага попросить ее тыцкнуть… Чего проще??? И вообще, почему, почему именно сейчас полностью… ну, почти полностью, включилась память? Из-за апа? Да ну, бред! Не может быть!!!
4.
Конечно, не может.
И апы тут совсем не при чем. Просто мозг, находящийся в постоянной нагрузке, и с не полностью погашенным безалаберным техником сознанием, то ли выстроил, то ли, наконец, открыл резервные нейронные связи.
И Барсук вспомнил все.
К сожалению, настоящая жизнь, правдиво описанная в этой книге, не имеет чудесным образом доступных Главному Герою интермедий, проливающих свет на тайны и загадки окружающих этого самого ГГ реалий. Потому, наш Барсук не знал, что же именно произошло. А догадаться о нелепом стечении обстоятельств, в результате которых он оказался в Грязи и все еще осознавал себя, никак не мог.
Тем не менее, философски плюнуть на причины своего нынешнего состояния и продолжать тупо отыгрывать роль облысевшего тануки, Семен Барсуков тоже не собирался.
Да, связываться с админами не стоит… И на то есть причины. Хотя он точно помнил по своему прежнему опыту игры в «Грязь», за вполне стандартного персонажа, не достигшего ни в чем особых успехов, что такая возможность должна быть, несмотря на отсутствие кнопки в меню. Даже не одна. Например…
Журнал Путешественника!
С его помощью он может создать тему на форуме, модератор ее увидит, и передаст в тех отдел. Значит, можно…
— Эй, зверрродемон! Может мне все-таки тебя сожрррать? Учти, сожррранные живьем перрриваррриваются долго… Иногда неделями. И все это вррремя не могут возррродиться.
— Не надо, — быстро отреагировал Барсук, выныривая из пучины мыслей и воспоминаний. Нет, они никуда не ушли, просто Семен… а теперь он решил называть себя про себя именно так… Так вот Семен, просто отложил их на более удобное время. — Я тут. На чем мы остановились?
— На том, что ты обещал зарррядить амулеты для внутррреннего перрремещения по Огненной Рррасщелине.
— А, ну да… Я не то что бы обещал, но сделаю. Если в цене сойдемся.
— Ты мне и так должен!
— Я помню. Кстати, вот, забирай. Почти половину долга уже зарядил, сдаю.
И тчифу сгрузил триста девяносто адамантитовх бляшек, превращенных в амулеты Они, прямо на пол. Архидьявол взмахнул лапой, и они исчезли.
— С меня еще полтысячи.
— Пятьсот десять, — поправил Афросот, судя по всему ведший двойную бухгалтерию всего, что попадало в его когтистые лапы.
— Пусть так, — не стал спорить тануки. — Но это касается только амулетов Они. О других мы не договаривались. А раз дружить ты не хочешь…
— Хочу! Я перрредумал. Уже хочу. Если ты подаришь мне сотню амулетов перрремещения и… и еще сотню невидимости, я буду с тобой дррружить.
— Ой, чего-то я тебе не верю.
— Почему?
— Требовать подарки, дабы осчастливить кого-то дружбой, неправильно. Подарки, конечно, дело хорошее, и они будут… Но у меня самого должно возникнуть желание их сделать. Понимаешь?
— Не совсем.
— Нуу… как тебе объяснить… окажи мне услугу, не требуя ничего взамен. Потом я окажу тебе подобную, и тоже ничего не попрошу. Потом снова ты. Потом или я или ты, неважно… И вот тогда, возможно, дойдет дело и до подарков. На день рождения.
— То есть, чтобы мы подрррружились, я должен оказать тебе тррри бесплатные услуги? А ты мне всего одну? — Архидьвол озадаченно поскреб когтями промеж рогов. — Чего-то не сходится.
— Да нет, ты опять не понял. Никто никому ничего не должен. Просто… Оба ХОТЯТ помочь друг другу. И получают за оказанную услугу…
— Достойную плату?
— Моральное удовлетворение.
— Удовлетворрррение я получаю пожиррррая трепещущие серррдца! И если ты не прекрррратишь эти свои тошнотворррно херррувимские пррроповеди, твое будет следующим!
— Хорошо, хорошо… Тогда давай останемся в рамках текущих взаимоотношений. Чем ты сможешь расплатиться за амулеты перемещений?
— Не убью тебя пррррямо сейчас!!!
— Да ну, ты опять… — вздохнул тануки, подумав, что личность личностью, а поведенческие алгоритмы, прописанные для непися никуда не деть. Или НПС должен хотеть через них перешагнуть, как это сделал Кузнец, а вот Афросот — не хочет? Может, его нужно убедить, как убедила Кузнеца Хозяйка? А кто убедил Хозяйку? Какой-то ушлый игрок, позарившийся на ее закрома, обобравший до нитки и сваливший в закат? А обнищавшая рейд-босиха пошла по миру, сохранив лишь комплект рарной бижи и свободу воли?
— Чего тебе еще? Снова хочешь в тайник?
— Нет. По крайней мере, не сегодня. Давай так… Мне все равно нужны качественные заготовки. Для примитивных-то у меня еще много осталось, а вот для передаваемых почти кончились. Сколько потребуется времени, чтобы собрать сотню вил?
— Зачем столько?
— Из каждых выходит десяток болванок, плюс минус одна. Пятьсот уйдет на амулеты Они. И пятьсот — для наших экспериментов.
— Пятьсот десять на Они, — поправил Афросот по привычке, задумался и выдал. — Черррез полторрра часа бесы начнут выползать из Бездны. Вы же их недавно перрребили. Это пятьдесят. Следующая парррртия — еще черррез тррри часа.
— Хорошо. Значит, часиков через шесть я вернусь. Пусть металлолом этот уже в ифритне меня дожидается. Будем делать болванки. И по ходу экспериментировать с местной телепортацией.
— Хоррррошо. Вилы будут.
— И зелья не забудь всякие. Бодрость, манна, жизнь.
— Это все? — архидьвол нагло подвергаемый продразверстке все больше мрачнел.
— И раз все равно бесов придется валить, можно оставить мне их рожки?
— Зачем? Это одна из тех безвозмездных услуг, о которррых ты говорррил? — угрожающе зыркнул на тчифу архидьявол.
— Да нет, что ты! Это просто жест доб… эээ… представительские расходы, вот. Маркетинговый ход. Хитрость такая. Что бы, значит, контрагента, меня, то есть, заставить почувствовать себя обязанным и впоследствии получить преимущество при согласовании цен.