Михаил Болтунов – Легендарные герои военной разведки (страница 14)

На парижской встрече глав государств СССР, США, Великобритании и Франции Н.С. Хрущев в резкой форме потребовал от американцев извинений, заверений о прекращении разведывательных полетов над советской территорией, наказания виновных. Лишь в этом случае он будет участвовать в работе совещания, поставил такое условие советский руководитель.

Но американская сторона отказалась приносить извинения и наказывать виновных. Эйзенхауэр заявил лишь о прекращении шпионских полетов над СССР. После этого официальная делегация Советского Союза покинула заседание. Конференция была сорвана. Москва отменила визит Эйзенхауэра в СССР.

Все эти политические события, рост напряженности в отношениях двух стран, самым непосредственным образом сказались на работе советских военных дипломатов.

В прессе развернулась широкая антисоветская кампания, агенты ФБР усилили свои провокационные действия. На экранах телевизоров вновь появились предатели, бежавшие из СССР, в бензобаках автомобилей двух сотрудников посольств оказался сахарный песок, на выходе из магазина была задержана жена помощника военно-морского атташе, якобы укравшая четыре фунта говядины. На следующий день американские газеты разразились гневными статьями о том, что русские дипломаты голодают и потому воруют мясо.

Под «каток» провокаций ФБРовцев попал и подполковник Лезжов. Однажды утром по пути следования в аппарат атташе двигатель «шевроле» Ивана Ивановича неожиданно заглох.

Оглядев двигатель и не найдя ничего подозрительного, Лезжов вновь двинулся в путь. Но через несколько минут машина вновь встала. Пришлось вызвать автомобиль для буксировки «шевроле» на техническую станцию. Автомеханик, осмотрев машину, сделал вывод, что двигатель в полном порядке. «Мне кажется, в ваш бензобак что-то подложили», — заключил он.

Пришлось в посольском гараже снять бензобак и внимательно его осмотреть. Оказалось, туда была помещена полиэтиленовая планка. При начале работы мотора она опускалась на дно и перекрывала горловину бака. Вот, собственно, и вся нехитрая механика. Однако, надо признать, придумка по тем временам была оригинальная. Чувствовалось старание и изобретательность контрразведки в деле организации провокаций и мелких гадостей.

Поездки «четырех Иванов»

Важнейшим направлением в разведывательной работе легального аппарата были выезды советских офицеров по штатам США. В ту пору еще не существовало космической разведки, и поэтому выявлять или уточнять нахождение того или иного военного объекта приходилось в ходе таких выездов. Разумеется, ФБРовцы всячески старались помешать работе военных дипломатов.

Первые поездки в города Тампа и Санкт-Питерсбург в штате Флорида, в город Денвер в штате Колорадо и в город Чикаго в штате Иллинойс подполковник Лезжов совершил под руководством старших коллег — генерала Костюка и полковника Едемского.

Потом, получив достаточный опыт, он сам возглавлял такие выезды. Как правило, в дорогу отправлялись вдвоем с офицером военно-морского аппарата Иваном Ивановым. Их так и прозвали в своем кругу — «четыре Ивана». Задачи им ставились серьезные. Например, побывать в районе строительства пусковых шахт баллистических ракет «Титан» или выяснить точное нахождение позиций установок ракет «Минитмен», которые так же вскоре должны были войти в строй. Эти районы, конечно же, запрещалось посещать советским военным дипломатам.

А вот тут уж следовало извернуться так, чтобы и овцы были целы, и волки сыты. То есть и развединформацию добыть, и агентам ФБР не подставиться.

Итак, баллистические ракеты «Титан». О них много и хвастливо писалось в американских газетах, но без указания конкретного района размещения. Лезжов и Иванов вылетели в штат Небраска, потом совершили поездку по штатам Айдахо, Вайоминг, Юта, Невада и Колорадо. В разных городах осмотрели достопримечательности, собрали информационный материал в торговых палатах.

«Поездка проходила в условиях хулиганского (другого слова не подберешь), — вспоминал Лезжов, — поведения агентов ФБР. Были попытки организовать провокацию во время посещения городов, а при движении по маршрутам, сбросить нас с проезжей дороги в кювет. Они выдвигали так же одну из машин агентов вперед перед нами, затем резко тормозили, чтобы мы врезались в их машину.

В течение десяти дней поездка проходила на дотошное испытание нервов. Но самое главное, что беспокоило, мы пока не выполнили задачу по обнаружению строящихся позиции ракет».

И вот однажды разведчикам улыбнулась удача. Проезжая по границе запретной зоны, они увидели примерно в километре, большую стройку. В этот момент со стройки выехало два десятка автомобилей и автобус.

Тут же начали действовать ФБРовцы. Их автомобиль подъехал почти вплотную, и американец крикнул Лезжову:

— Полковник, тут не делай съемку. На вершине горы лучший обзор.

«Контрик» оскалился:

— А потом нам пленку отдашь.

Но разведчики проехали мимо горы и двинулись вперед, словно ракетные позиции их не интересовали. Отъехав на сотню километров, офицеры разработали план дальнейших действий.

Остановившись в местной гостинице, они отдохнули и выехали в город, чтобы изучить режим работы уличных светофоров. Завтра утром решили дать «бой» наглым ФБРовцам: оторваться от «хвоста» (а это означало большие неприятности для старшего группы «контриков») и возвратиться в район строящихся позиций.

«На светофоре, — напишет позже Лезжов, — я разбросал автомашины агентов, выехав из города в перпендикулярном от нашего маршрута направлении. Затем в течение восьми часов мы двигались по второстепенным и даже грунтовым дорогам, прибыв в интересующий нас район после 18 часов местного времени, то есть после отъезда рабочих с объекта».

На удивление стройплощадка, огороженная забором, имела ворота, которые были широко раскрыты. Охраны не было. Разведчики сфотографировали конструкции возводимой ракетной шахты, а на другой площадке — окончание работ.

Ночь Лезжов и Иванов провели рядом с городом, где ушли от «хвоста». Утром, протерев пыль с машины, возвратились в гостиницу. Отдохнули, пообедали и вышли к бассейну. Здесь их уже ждали агенты ФБР. Судя по лицам, они были крайне рассержены.

Переночевав в гостинице, утром офицеры выехали в аэропорт. Удивительно, но агенты не устраивали провокаций, просто следовали за их машиной. Столь мирное поведение «контриков» объяснилось позже. Они сопровождали разведчиков не только до аэропорта, но и летели в самолете до Вашингтона.

Видимо, по их команде по прилете в аэропорту чемоданы Лезжова и Иванова были буквально растерзаны, замки сорваны, содержимое перемешано. Скорее всего, они искали отснятую пленку, но, увы, не нашли.

Еще одна поездка в штат Аризона была осуществлена разведчиками с целью изучения авиационной базы Девис Монтан.

Она интересовала Москву как крупнейший центр хранения снятых с вооружения самолетов. Если у нас такую технику пускали под нож, то американцы очень внимательно и бережно относились к списанным авиалайнерам.

Иван Лезжов и Иван Иванов, переночевав в гостинице города Тюсон, утром ушли от «хвоста» и оказались у авиабазы. Действительно здесь хранилось 7,5 тысячи самолетов. Половина из них времен войны. В бинокль было видно, что истребители и бомбардировщики подняты над землей, их узлы смазаны, колеса покрашены. Обслуживающий персонал базы составлял не одну сотню человек.

После наблюдения за авиабазой офицеры возвратились на разрешенный им маршрут и заночевали в мотеле километрах в сорока от города Тюсон. Утром они решили двинуться дальше в город Эль-Пасо, который располагался у границы с Мексикой. Однако не тут-то было. Выезд их машины заблокировал автомобиль шерифа полиции. В ней сидел напыщенный полицейский, а автомобили агентов ФБР располагались вокруг мотеля. На просьбу Ивана Ивановича дать дорогу для проезда, шериф процедил сквозь зубы:

— Дальше вы никуда не поедете.

— Мы русские дипломаты. У нас есть разрешение на поездку по штатам.

На что услышал то же мычание.

— Никуда не поедете.

Лезжов возмутился:

— Мы что, арестованы? Предъявите документы на право ареста дипломатов.

Но шериф сопел и бормотал:

— Я сказал, дальше не поедете.

— В таком случае мы будем жаловаться в Пентагон.

Возвратившись в мотель, Иван Иванович позвонил в посольство и доложил о случившемся дежурному. Попросил доложить информацию военному атташе. А дальше они смотрели американское телевидение и ждали ответ. Прошло около четырех часов, им позвонил генерал Родионов и сообщил, что протест заявлен в Госдепартамент. А вскоре задвигались машины агентов ФБР, убрался восвояси и шериф, освободив выезд. Группа продолжила свою поездку.

Но главные испытания у «четырех Иванов» были еще впереди. Целью их очередной поездки в штат Флорида, стала авиабаза Энглин. Здесь, в климатическом ангаре, проводились наземные испытания самолетов при температурах от плюс 50 до минус 50 градусов.

Остановившись в одной из гостиниц города Пенсакола, разведчики ранним утром, в четыре часа, собрав свои вещи, покинули отель. Агенты ФБР попросту проспали выезд советских офицеров.

Из Пенсаколы автомобиль разведчиков направился на северо-восток по второстепенным дорогам, чтобы подъехать к базе с тыла. Как и рассчитывали Лезжов с Ивановым, тыловая граница авиабазы не охранялась и даже не была огорожена.