Михаил Болтунов – Горячая работа на холодной войне (страница 46)

В сентябре 1937-го он одел военную форму и стал называться «слушателем без звания». Через год Чайка и его сокурсники станут младшими воентехниками, а на третьем курсе — воентехниками 2-го ранга, что соответствовало званию лейтенанта. В петлицах каждого из них появились по два «кубаря». На этом же курсе двадцать лучших слушателей были отобраны в «группу особого назначения». В этом списке был и Виктор. Что это за группа, тогда никто себе не представлял. Оказалось, разведка. А поскольку они учились на радиотехническом факультете, стало быть по выпуску им предстояло служить в радиоразведке.

«Знаете, — сказал мне однажды генерал-лейтенант Петр Шмырев, который учился и многие годы служил с Чайкой, — Виктор и своим внешним видом и поведением и характером как-то выделялся из общей массы слушателей. Он был человеком необычным… А началось все это благодаря шутке…» И Петр Спиридонович рассказал мне забавную историю. Привожу ее дословно.

«Получив первую получку, один из слушателей, сосед Чайки по общежитию, который ранее, как и мы все, денег таких отродясь в руках не держал (денежное содержание первокурсников приравнивалось к окладу командира взвода и составляло весьма существенную сумму — 425 рублей в месяц. К примеру, студент Ленинградской лесотехнической академии получал стипендию 97 рублей. — Авт.), решил купить торт и вдоволь им полакомиться. Однако не одолел и половины. Товарищи, конечно, помогли, но потраченных денег любителю сладкого стало очень жаль.

В это время в комнату, где происходило столь незабываемое событие, вошел Чайка. «Виктор, — обратился к вошедшему бывший хозяин торта, — ты сможешь съесть торт?» — «Смогу», — не задумываясь ответил Чайка. Быстро заключили пари, из буфета принесли самый большой торт, который, к великому удивлению товарищей, Чайка съел до последней крошки. До академии Виктор работал на сахароваренном заводе, привык есть сладкое, и торт для него явился легким десертом. Шутка, но весьма памятная…»

Однако время шло, шутки отходили в сторону, слушатели быстро взрослели. Война разбросала выпускников академии по разным фронтам. Воентехник 1-го ранга Виктор Чайка был назначен помощником командира 490-го отдельного радиодивизиона Западного фронта, который стоял на защите Москвы.

Через несколько месяцев, в августе 1942 года, был развернут первый отдельный радиополк. Первым заместителем по технической части стал Виктор Нестерович.

Объем работы значительно вырос. И это понятно, ведь все техническое обеспечение полка находилось в ведении молодого зампотеха. А радиополк (не в обиду сказано общевойсковым командирам), состоящий из нескольких дивизионов, имел на вооружении многочисленную и разнообразную технику — пеленгаторные станции диапазонов коротких, средних и длинных волн, радиоприемники, переносную пеленгаторную и радиоприемную аппаратуру, ультракоротковолновую технику радиоперехвата, а также аппаратуру связи. Состояние и надежность работы техники имели огромное значение для выполнения боевых задач. И поэтому обеспечение ее работоспособности было важнейшей обязанностью помпотеха Виктора Чайки.

Фронтовой опыт первого года войны подсказывал, что классические методы пеленгования и радиоперехвата, которым учили слушателей академии, устарели и оказались малоэффективными. Работа радиоразведки сильно изменилась. Теперь приходилось много перемещаться, действовать в условиях быстроменяющейся оперативной обстановки.

А в частях по-прежнему основным видом связи оставалась проводная связь. Радиосвязь использовалась нечасто. Нередко она оказывалась неустойчивой, ненадежной. Однако Чайка понимал острую необходимость внедрения в постоянную деятельность подчиненных частей радиосвязи. Ведь горький опыт первых месяцев войны доказал правоту его требований. Так, в августе 1941 года один из разведпунктов 469-го радиодивизиона Южного фронта из-за нарушения радиосвязи, не имея ориентировки, попал в окружение.

Усилия Виктора Чайки не пропали даром. В архиве Главного разведывательного управления мне посчастливилось найти редкие сохранившиеся документы, в которых дается оценка деятельности частей радиоразведки в период за полгода, с 1 мая по 1 ноября 1942 года. При этом надо учесть, что полк был развернут только в августе этого же года. То есть прошло всего три месяца, но задача по налаживанию радиосвязи была успешно выполнена. «Налажена хорошая радиосвязь дивизионов с радиопунктами, — говорится в документе, — которая на 80 % осуществляется на радиостанции «Север». Хорошо освоена разведка бомбардировочной авиации. Полностью выявлена радиосвязь верховного командования немецко-фашистской армии».

Вот так, с первого радиополка, и начинался большой и трудный путь первопроходца Виктора Чайки.

В 1944 году Верховное командование приняло решение на базе полка развернуть первую бригаду ОСНАЗ. Заместителем командира по технической части был назначен майор-инженер Чайка. Он оставался на этой должности до 1948 года.

«Но настало время, — признался мне генерал Петр Шмырев, — и Виктору Нестеровичу стали узки рамки бригады, потянуло к самостоятельной творческой деятельности. Он пришел в свою родную военную академию, чтобы обновить инженерные знания, осмыслить накопленный во время войны практический опыт».

Все это было в ту пору крайне необходимо. В вооруженных силах развернулась активная работа по созданию новых образцов техники и вооружения. Для их эксплуатации нужны были опытные, высокообразованные инженерные кадры. Для подготовки таких специалистов в академии была создана группа офицеров-фронтовиков во главе с подполковником Виктором Чайкой. Группа успешно прошла обучение и разъехалась по войскам. А Виктору Нестеровичу предложили должность в 10-м Главном управлении Генерального штаба. Ему была поручена ответственная работа по подготовке и согласованию с промышленными министерствами проектов постановлений правительства по организации производства вооружения и техники для зарубежных поставок. Казалось бы, новое дело, широта задач, перспективность, но Чайка вскоре понял, что это не его, штабная, бумажная работа не могла заменить тяги к живому делу, к работе с людьми. Виктор Нестерович вернулся в родную радиоразведку. Сокурсник по академии Петр Костин, который в ту пору возглавлял строительство и развертывание радиопеленгаторных узлов системы «Круг», зная энергию и хватку товарища, c радостью предложил ему должность начальника узла. Правда, как такового узла еще не было. Строительные работы в районе Гатчины только начались, и Чайка взялся за новое дело.

«Летом 1951 года, — вспоминал Шмырев, — Чайка гостеприимно принимал нас с генералом Мироновым в своей части, увлеченно рассказывал о новом хозяйстве, показывал строящиеся и готовые объекты. Чувствовалось, что новое дело его по-настоящему увлекло, он вкладывал в него всю свою энергию и опыт. В эти годы сложился его менталитет, как руководителя крупных научно-производственных коллективов».

Готов служить там, где прикажут

В 1957 году на базе первой отдельной радиобригады ОСНАЗ в Лихоборах создается Центральный радиотехнический полигон. Он предназначен для разработки и испытания специальной радиоэлектронной техники, средств управления и связи. Начальником полигона назначен генерал Иван Миронов, его заместителем — полковник Виктор Чайка. Начальник и заместитель прекрасно знают друг друга, они бок о бок прошли всю войну.

Чтобы оперативно укомплектовать штат сотрудников, было решено назначать на должности офицеров-инженеров, зарекомендовавших себя на боевой работе в частях ОСНАЗ. Многие из них прибыли уже с готовыми предложениями по усовершенствованию спецтехники. Отбирали также лучших выпускников академии.

В самые короткие сроки была создана производственная база. И в этом огромная заслуга Виктора Чайки.

На начальном этапе наиболее важными разработками стали станция радиотехнической разведки «СДР-2», радиоприемные устройства «Кайра» и «Днепр», демодулирующая система «Модуль», анализирующие станции «Масштаб» и «Момент».

В штат полигона были включены два самолета ЛИ-2, оснащенные соответствующим оборудованием. Они совершали полеты вдоль границ нашей страны и использовались для анализа радиоизлучений.

В период работы на полигоне Виктор Нестерович накопил большой опыт руководства научно-производственной деятельностью. Это не ускользнуло от внимания руководства ГРУ.

Летом 1957 года полковник Чайка в составе авторитетной комиссии выехал в Группу советских войск в Германии. Он принимал участие в проведении испытаний новой станции разведки «Жемчуг», которая позволяла вести перехват сигналов радиорелейных линий связи. В период учений Виктор Нестерович получил срочную телеграмму — незамедлительно прибыть в Москву. По возвращении его принял заместитель начальника ГРУ генерал Какунин. Чайке предлагали возглавить филиал Московского научно-исследовательского института, который создавался в Курске. Беседу с ним хотел провести начальник Главного разведывательного управления генерал-полковник Шалин. Какунин посоветовал принять предложение.

Как позже узнает Чайка, до него уже отказались двое кандидатов. Впрочем, полковник и не собирался отказываться. Виктор так и заявил начальнику военной разведки: он солдат и готов служить там, где прикажут. Впрочем, это заявление далось не просто. Откровенно говоря, Чайке не хотелось уезжать из Москвы. На то были свои причины. Он перестал, наконец, мотаться по съемным углам, получил приличное по тем временам жилье — комнату в трехкомнатной квартире. У него родился сын. Но воинский долг превыше всего. И это не высокие слова.