Михаил Болтунов – Горячая работа на холодной войне (страница 12)
Сам же Александр Иванович Лазаренко о побеге Лялина и его последствиях вспоминал так:
«Вот пишут теперь кому не лень, мол, после побега предателя Лялина отдел пострадал, его расформировали. Да никто его не расформировывал. Просто стал называться по-другому — 8-м отделом. Убрали одного из замов начальника отдела Василия Власова. И правильно сделали.
Разумеется, Олег Лялин теперь не кто иной, как борец с коммунизмом и тоталитаризмом, который сражался, как герой, за светлые идеи демократии. А на самом деле он просто предатель, иуда.
Но дело в том, что предателя Лялина и последующей трагедии с высылкой 105 советских дипломатов и разведчиков могло не быть.
Однажды на имя начальника Первого главного управления генерала Сахаровского приходит письмо. Пишет ему наш ветеран КГБ из второго Главка: «Капитан Лялин в разведке работать не может. Он бабник и болтун».
Оказывается, этот ветеран был отцом любовницы Лялина. Тот часто наведывался в их дом, напивался и хвастался: «Не смотрите, что я капитан. Я большой человек, разведчик-агентурщик». И далее его обычно несло, как Остапа Бендера.
Ветеран наш хоть и был старенький, уже 84 года, слушал, слушал да и не выдержал: написал письмо Сахаровскому. Все рассказал. Поручили эту жалобу проверить полковнику Василию Власову. Он поехал к ветерану, побеседовал. И вместо того чтобы прислушаться к мнению, серьезно разобраться, отмахнулся, а на письме этак высокомерно черкнул свое заключение: «Бред сивой кобылы». И отправил в архив.
А когда вскоре Лялин сбежал, сдал четверых наших ценных агентов да еще 105 человек выслали из страны, письмо извлекли из архива и припомнили Власову этот «бред».
Мы ведь читали распечатку допроса Лялина там, в Англии. Он обо всех сотрудниках отдела рассказал: и о Филимонове, и о Ботяне, а меня назвал «хитрым хохлом». Так что все у нас было, все знали. И достать его могли. Разведали, где прячется…»
Помнится, слушая Лазаренко, я тогда искренне удивился:
— Так почему же не достали?
Александр Иванович отрицательно покачал головой.
— Вы что, сотрудников разведывательно-диверсионного отдела КГБ представляете себе как неких «свободных стрелков»? Захотели — убрали, не захотели — помиловали.
Да, я всегда считал, что предатель должен отвечать за свои преступления, за страдания, а то и гибель преданных им товарищей. И мы писали генеральному секретарю ЦК КПСС Леониду Брежневу. До сих пор помню этот конверт. Гриф: «Секретно. Особой важности» на письме, красная полоса — никто, кроме адресата, вскрывать не мог.
Но Леонид Ильич не дал «добро». Он вообще не был сторонником таких методов. А так ведь у нас все было подготовлено — и соответствующий нелегал, и оружие…»
…Почти четверть века после своего предательства прожил Лялин в одном из английских графств. А в 1995 году тихо скончался на 58-м году жизни.
Что поделаешь, приходилось заниматься и такими людьми — предателями, террористами, убийцами. Разгребать их грязные дела. Особого удовольствия подобная работа не приносила. Но работа была крайне необходимой. Сегодня, в период необычайного разгула терроризма, это становится особенно очевидным.
Полковник Александр Лазаренко был одним из тех, кто, по сути, первым принял удар террористов, оценил всю опасность этого явления и готовил адекватный ответ.
Итак, 1970 год. Человечество еще не осознало опасность «чумы ХХ века». До Мюнхенского кошмара Олимпиады 1972 года целых два года. Только Израиль в 1968 году в ответ на захват палестинскими террористами «Боинга-707» авиакомпании «Эль-Ал», провел операцию «Подарок» и уничтожил 13 авиалайнеров в Бейрутском международном аэропорту. Но это было воспринято мировым сообществом как очередной виток арабо-израильского противостояния.
А мир тем не менее стоял на пороге эры воздушного терроризма.
В СССР в ту пору террористические акты были редкостью, а уж о захватах самолетов никто и не помышлял.
Однако такой захват случился. В 1970 году в Советском Союзе.
Террористы, отец и сын Бразинскасы, бандитски захватили самолет, совершавший полет по маршруту Батуми — Краснодар. Они убили юную девятнадцатилетнюю бортпроводницу Надю Курченко, ранили двух членов экипажа и принудили командира корабля совершить посадку в Турции, в городе Трабзоне.
Ничего подобного прежде не происходило в нашей стране. Это был первый угон самолета в другое государство, да еще с такими трагическими последствиями. Советский Союз был в шоке. Обсуждалось предложение высадить в Трабзоне десантников и захватить террористов. Однако от него отказались.
Но если предложение о применении десанта было скорее из области фантастики, то в разведывательно-диверсионном отделе КГБ служили вполне трезвые, смелые и высокопрофессиональные сотрудники. Они считали, что кровавые убийцы должны понести заслуженное наказание. Ибо Турция не собиралась карать террористов: их сначала отпустили, потом старшего Пранаса якобы осудили, но он вскоре оказался на свободе, а его сын — Альгердас и вовсе оказался неподсуден по малолетству.
И тогда сотрудниками отдела была разработана операция по уничтожению террористов Бразинскасов.
О том, как она готовилась и осуществлялась, рассказал мне сам Лазаренко:
Да, истинная правда. Тем более что эта история имеет поразительное продолжение, или, скорее всего, хочется верить, окончание.
Что уж греха таить, в последние годы эта кровавая история порядком подзабыта. И нынешние юноши и девушки вряд ли назовут имя своей ровесницы, которая была убита террористами на борту самолета. И вдруг в феврале 2002 года многие наши газеты, некоторые телепрограммы вновь вспомнили о теракте более чем 30-летней давности.
Что послужило толчком к этому? Оказывается, в США по обвинению в убийстве был арестован некий Альберт Виктор Уайт, 46-летний житель городка Санта-Моника. Но какое нам дело, спросите вы, до далекого американского городка и до убийцы Уайта? У нас и своих подонков хватает. Однако дело в том, что американский Альберт Виктор Уайт в какой-то мере тоже наш. Хотя очень не хочется причислять его к нашим. Но что поделаешь, так распорядилась история. Уайт — не кто иной, как Альгердас Бразинскас. Да, тот самый младший Бразинскас, который вместе со своим отцом, Пранасом Бразинскасом, захватил наш самолет. Они жили в Калифорнии, сменив фамилию.
И вот теперь 46-летний Альгердас убивает своего 77-летнего отца. Пока неизвестно, как это случилось. Ясно только — один террорист-убийца взрастил другого убийцу и сам пал от его руки.
Может быть, подводя итог этой истории, надо сказать: собаке собачья смерть — и поставить точку. Но нет, помните, как в песне: «Ничто на земле не проходит бесследно». Не прошел бесследно для нашей страны и кровавый пример Бразинскасов. Об этом говорил генерал Лазаренко. Они стали своего рода символом для последующих террористов.
А выдай их в ту пору Турция — и, возможно, не было бы у нас кровавых терактов в Тбилиси в 1983 году, в Ленинграде в 1988-м, в Орджоникидзе — в том же году.
Так что нам есть о чем подумать и о чем порассуждать. И не только нам. После событий 11 сентября и удара воздушных террористов в США вряд ли кто вспомнит Бразинскасов. Не до того им, да и не с руки. А ведь это они, американцы, и их спецслужбы спасли, вывезли, дали другие фамилии, приютили у себя убийц-террористов.
Наверное, если бы сейчас зашла речь, американцы в очередной раз попытались бы все списать на холодную войну. Действительно, чего уж там. Иммиграционный судья Роберт Гриффит до последнего борется за террористов и настаивает на политическом убежище этих подонков. Старший Бразинскас признан чуть ли не диссидентом: оказывается, он, бедняга, подвергался в СССР преследованиям за участие в «литовском сопротивлении» (так в США именуют банды «лесных братьев»).