Михаил Беляев – Владыка Пустоты 6 (страница 8)
— Боже, храни тех, кто придумал сухпайки, — начисто вылизав ложку, я потянулся к второму. — Лили, а тебе как?
Она не ответила. Добив свою порцию, девушка клевала носом с закрытыми глазами. Похоже, силы окончательно покинули её тело.
Я улыбнулся и, отложив ложку, взял девушку на руки и понёс её к спальням.
Ближайшая комнатка оказалась аскетичной, но вполне уютной: неширокая кровать, шкаф, полки и светильник на столике. Уложив девушку на кровать, я быстро сходил за аптечкой и, вернувшись, начал обрабатывать её раны.
— Может, кодексам это особо и без надобности, но оставить тебя так я не могу.
Я посмотрел на неё. Лицо Лили разгладилось, гримаса боли сменилась спокойным, умиротворённым выражением. Аура вокруг неё истончилась и ослабела, но больше не металась в разные стороны, как раненая птица.
Нам нужно время придти в себя и восстановить силы. А главное, вернуть ей возможность подпитываться альвой.
— Отдыхай, — я отложил аптечку и погладил девушку по мягкой щеке. — Я придумаю что-нибудь, обещаю.
Я уже хотел уходить, как её ладонь накрыта мою. Лили открыла сонные глаза.
— Спасибо, хозяин, — улыбнулась она. — Я рада, что тогда выбрала именно тебя.
— Спи, — кивнул я. — Нам нужны будут силы. И ничего не бойся, я буду рядом.
Она придержала мою ладонь так, будто боялась, что я исчезну, если она её отпустит. Помедлила секунду и, прикрыв глаза, прошептала.
— Тогда не уходи. Останься со мной.
Глава 4
— Не отставай, за мной! — шепотом бросил Лука и, пригнувшись, бросился через лес.
— Погоди, а это зачем? — девушка побежала следом за ним, прижимая к груди объемную сумку с бомбами. — Ты не говорил, что мы будем кого-то взрывать! Я не соглашалась!
Дурное предчувствие скреблось в душе, делая ноги ватными. Ощущение неправильности происходящего, зародившееся еще за изгородью, только усилилось.
Лука остановился и, прижав к боку висящий на плече автомат, обжёг её пристальным взглядом. На его лице всего на секунду отразилось раздражение, а затем сменилось хитрой усмешкой.
— Кого-то? Особняк пустой, там только охрана! Наши люди предупредили слуг-простолюдинов и те ушли, а хозяева еще три дня назад сбежали в Москву!
— Тогда зачем?.. — Поля поправила ремень сумки.
— А ты не понимаешь? — Лука сверкнул глазами. — Мы должны показать им, что дороги назад нет. Они не оставили нам других путей — и мы им не оставим. А ты, Полька, кончай уже метаться. Раз решила, что с нами, не врубай заднюю.
Он шмыгнул носом и, выдохнув облачко пара, зашагал к особняку, видневшемуся за деревьями.
— Да и кроме того, ты забыла, что уже повязана с ополчением? — бросил он. — После того, что ты протащила на свадьбу Ленды и Вайнера, для опричников ты такая же террористка, как и мы все. Они не будут разбираться, знала ты или не знала, хотела или нет. Моего друга забили до смерти на допросе только из-за того, что он принёс воду нашим парням. Тебе, служанке предателя, они скидок не сделают.
Поля тихо сглотнула и прибавила шагу.
Он был прав. Зря она тогда согласилась помочь, но теперь уже было поздно.
Ей хотелось справедливости. Даже не отомстить Ярославу за то. что отверг её, не досадить Вайнерам. Но путь к этой справедливости почему-то вёл её совсем не туда.
Она посмотрела в спину идущего впереди парня. У него не было сомнений, он точно знал, что делать. Такой же решительный, как Ярослав. И всё же…
Они добрались до края рощи. Лука дал ей знак ждать у деревьев, а сам поспешил к группе ребят, сидевших за кустами у самого края дорожки к особняку. От волнения у неё заурчало в животе, но она этого даже не заметила. Напряженно вслушиваясь в шорохи ночи, Поля проследила, как Лука раздал указания главам отрядов и, жестами отправив их на позиции, обернулся к ней. Короткий манящий жест — и Полина пригнувшись, подбежала к нему.
— Наш информатор в доме говорит, что большую часть охраны князь забрал с с собой. Сопротивление будет слабым, — энергично зашептал он, сверкая глазами от азарта. — Значит так! Сперва входит передовой отряд, за ним после сигнала — мы. Они проверят комнаты, заберут документы и диски, а ты заложи бомбы на первом и втором этажах, поняла? Несущие стены — у краёв колонн, на кухне и в спальне особняка.
— Но он же такой здоровенный… — Поля посмотрела на махину особняка, возвышавшегося над деревьями. Двухэтажная роскошная резиденция была ощутимо больше и богаче особняка Вайнеров.
— Достаточно устроить пожар, огонь сделает всё остальное, — Лука хлопнул её по плечу. — Елистратов живет в роскоши, а его подданные голодали и умирали от альва-чумы. Мы проучим этих зажиревших ублюдков, Полька!
Раздался тихий свист — они оба повернулись к видневшейся через кусты двери особняка. Она открылась, и в проходе показался боец с висящим на боку автоматом. Он махнул им рукой и скрылся внутри.
— Погнали! — Лука выскочил из-за кустов, на ходу бросая Поле. — Действуй по планы и не задерживайся! Бомбы включаются дистанционно, зазеваешься — и я не успею тебя вытащить!
— Поняла!
Они выскочили из-за кустов и бросились через широкую, аккуратно выстриженную поляну к особняку. Сердце в груди колотилось как бешеное. Поля забыла и про слабнущие ноги, и про неудобную, тяжеленную сумку, бьющую по боку металлической пряжкой.
В ушах стучала кровь. К черту сомнения, пора действовать!
Лука ворвался в особняк первым. Поля взлетела по широким ступеням следом за ним, как изнутри особняка раздался вскрик — и несколько выстрелов.
Страх ледяными мурашками прошелся по телу. Она бросилась стене, вжимаясь в неё в инстинктивном порыве спрятаться.
— Вот уроды! — зашипел Лука. — Охрана! Не бойся, наши парни уже заняли первый этаж и оттеснили их назад! Иди, там чисто!.. Я за этими козлами!
В крови забурлил адреналин. Прижавшись к двери, она проследила взглядом, как Лука ворвался в громадную гостиную, где уже были четверо повстанцев. Они быстро взлетели по лестницам на второй этаж и рванули вглубь коридору, откуда снова раздался грохот автоматных очередей.
Закусив губу, она обернулась на рощу, откуда они пришли.
Отступать было поздно. Теперь только вперёд.
Гул выстрелов стих, и Полина, прижав к груди сумку, побежала внутрь особняка.
Ботинки застучали по перепачканному грязными следами роскошному паркету. Она не глядя бросилась в ближайший коридор, стараясь не замечать картин на стенах и богато украшенных статуй возле лестницы наверх. В груди колотилось чистое пламя.
Нужно просто сделать свое дело. Быстро!
Она проскочила коридор и влетела в обеденную залу. Тяжело дыша, сгрузила сумку на широченный дубовый стол и расстегнула замок. Первое устройство легло в руку. Вспомнив слова Луки, она нажала выключатель на детонаторе и, швырнув устройство под стол, бросилась дальше.
Кухня в любом особняке всегда была рядом с обеденной залой, и Поля безошибочно свернула именно туда. Распахнутая дверь висела на одной петле, вторую вырвало ударом. Вытащив вторую бомбу, девушка вбежала в просторное помещение — и замерла при виде двоих повстанцев у громадного холодильника.
Оставив автоматы на разделочном столе, они вытаскивали из холодильника все без разбору и пихали в сумки.
— Вы… чего здесь делаете?.. — растерянно выдохнула она.
— А? — один обернулся — и, спохватившись, бросился к автомату, но второй остановил её.
— Стой, свои. А ты не видишь, какие тут харчи? — усмехнулся боец, судя по голосу, немного старше двадцати лет. — Ветчина, сыры, сплошь деликатесы! Я таких даже в магазинах не видел, а эти!..
Он грязно выругался и, показав ей контейнер со строганиной, пихнул его в сумку.
— Зуб даю, чтобы добыть и привезти это мясо, погибли простые люди. Лучше я сам это съем, чем оставлю в огне! И уж точно — не подонку Елистратову!
Поля сглотнула, глядя на потрошёные тушки осетров, лежащие под ногами у повстанцев. Совсем свежие, будто их приготовили к завтрашнему обеду… её обожгла обида. Варя никогда бы не позволила такое. Никогда.
— Чего встала? — буркнул первый. — Тоже хочешь? обожди тогда, мы почти…
— Лука велел заложить тут бомбу, — она отвернулась от бойцов и, щелкнув кнопкой, положила устройство за шкаф с посудой. — Заканчивайте и уходите.
Стиснув сумку, Полина выбежала из кухни и помчалась дальше. Она не ощущала, как горят от гнева её уши, и старалась не вслушиваться в голоса оставшихся в кухне бойцов.
Ноги сами несли её дальше по коридору длинного особняка. Она не глядя распахивала двери в кладовые, комнаты слуг и залы, доставала новую бомбу и, включив детонатор, зашвыривала в полутьму помещения.
— Это ради людей, — прошептала она самой себе, поправляя ремни сумки, ставшей заметно легче. — Им пришлось хуже…
Дойдя до конца особняка, она посмотрела на выломанную, болтающуюся на петлях дверь на задний двор. В проёме виднелся длинный гараж, откуда также доносились взбудораженные голоса людей. А за ним, через поляну, виднелась огороженная кустарником роща.
— Второй этаж, — напомнила себе она, куснув губу. Девушка направилась вверх по лестнице, всеми силами вслушиваясь в звуки. новых выстрелов не было, только грохот открываемых дверей, голоса и скрип сдвигаемой мебели.
Верхний этаж представлял собой длинный коридор с развилками, которые вели к множеству комнат. Дом Вайнеров казался рядом с этими хоромами простеньким сараем, так что даже два отряда повстанцев легко могли здесь затеряться.