Михаил Беляев – Большая игра. Книга 2 (страница 51)

Перед глазами встало лицо Алголя в их первый вечер, тот самый, когда она в страхе сбежала из своего нового дома. Она бессильно смотрела на него и ждала своей участи. Но с тех пор беспомощная Рин Масами стала другой. Теперь ей было чем ответить.

Судорожно выдохнув, она прошла в раздевалку, неотличимую от той, что была в лаборатории. Костюм висел на привычном месте, рядом на скамье лежал лётный шлем — оборудование класса В. Для боёв в воздухе.

Грязная, пропотевшая насквозь одежда пыльной кучей легла в углу. Рин упрямо натягивала на себя костюм, не решаясь посмотреть в зеркало. Она не хотела видеть своё отражение.

Больше не было ни боли, ни робости, ни стеснения, ни страха. Всё меркло и отступало перед простым и четким осознанием — она идёт в последний бой.

Пальцы нащупали на запястье и нажали маленькую круглую кнопку включения системы, ещё одно нажатие — центральный замок с тихим шелестом сомкнулся и зафиксировался. Шейные замки повернулись и со свистом закрылись. Третье нажатие — зашипели головки пневмонасосов, миомерное волокно обтянуло тело. Оставался только шлем — но его она наденет уже на выходе. Выдохнув, Рин пошла по узкому проходу к ложементу контактной капсулы.

Захваты сдавили запястья и щиколотки, вжимая стройное тело в ложемент, над головой мигнули и включились излучатели, заливая капсулу призрачным голубоватым светом. Где-то внизу под ногами зажурчала контактная жидкость.

Да, она всё ещё не знала, как будет бороться с Вегой. Она всё ещё не знала ничего о левитации, оружии или защите. Она — лишь бледная тень величия Алголя, и то, что ожидают от неё, чрезвычайно далеко от того, что она умеет на самом деле. Но всё, что ей сейчас под силу — стараться, как она всегда старалась, и бороться до самого конца. Пока сердце может биться в груди.

Жидкость с мерзким запахом ржавчины дошла до подбородка — выдохнув, Рин опустила голову под воду и с силой вдохнула. По горлу, трахее и бронхам заструилась противная склизкая дрянь. Вдох — и полный выдох…

В шею уперлись две мягкие трубки. Острая сталь пронзила кожу, а через мгновение Рин ощутила, как по венам заструилась чужеродная жидкость. Холодная, как лёд. Всё вокруг померкло и растворилось в непроглядной черноте. Она медленно открыла глаза.

Весь мир в одно мгновение развернулся в её сознании, все мыслимые чувства обрушились неудержимым потоком — тело затрясло в ложементе, словно от удара молнии. Кромешная тьма перед глазами сменилась ослепительной вспышкой, все ощущения враз растворились. И снова лишь она — да мертвенный, чёрный космос сознания.

Только в этот раз в космосе она отчетливо видела крошечные звёзды — её воспоминания, мысли, ощущения, её знания и опыт. Мириады крупиц, собранных в длинные широкие потоки, словно реки, пронизывавшие её существо. Знакомые образы и воспоминания одно за другим проносились перед внутренним взором.

Один из потоков был каким-то иным, отличался от остальных — зловеще мерцая колючими звёздами, он стоял особняком. Она потянулась к нему, разворачивая длинную ленту искорок-воспоминаний.

Это было не её. Чужое. Чужие образы, мысли, чужая память. Чужие ощущения и рефлексы. Она почувствовала, как поток медленно изменяет цвет, наполняясь её блеском, встраиваясь в её память.

Левитация… прощальный привет от Алголя, его дар идущей на смерть ученице. Теперь она знала, как. Жаль только, что слишком поздно.

Рин медленно открыла глаза. Жидкость постепенно отступала, обнажая дно капсулы, захваты ложемента ослабли. Она повисла на руках над темной лужей, роняя капли на пол, и горько улыбалась.

— Спасибо, я… я готова.

***

Створка неторопливо отползла в сторону — из тёмного чрева вышла девушка, закованная в облегающий чёрно-серый костюм. В руках она держала чёрный непрозрачный шлем, глаза тускло светились в полутьме. Люди замерли в оцепенении — почти все видели ретранслятора впервые. Она неторопливо обвела их взглядом наполненных сиянием глаз.

— Выход там… — один из военных махнул рукой к круглому наклонному каналу в стене. Шахта вентиляции, переделанная под вылет ретранслятора. Девушка коротко кивнула и, нажав несколько кнопок на запястье, надела шлем. Актер с приоткрытым ртом смотрел на неё и не мог поверить своим глазам. Ретранслятор медленно пошла к каналу, поблескивая рядком широких металлических пластин вдоль позвоночника.

— Задай им жару, Рин!

Секунду помедлив, она кивнула. Значит, запомнил её имя… а секретность уже была и ни к чему. Всё и так потеряло всякий смысл.

Разум сконцентрировался на вибрации тканей тела. Легкий, низкий гул — повинуясь её воле, он медленно рос, пока не достиг резонансной частоты. Ноги медленно, нехотя оторвались от земли, осталось лишь перераспределить колебания. В голове всплыл незнакомый термин — «сместить фокус резонанса массы». Снова его слова.

Она невесомо скользнула вверх, во тьму прохода — сверху послышался лязг открываемых заслонок. Перед глазами возникло крошечное светлое пятно, росшее с каждой секундой. Небо приближалось.

Вылетев из шахты словно пуля, девушка тут же вознеслась на несколько сотен метров над громадой крепости. Машинально посмотрев вниз, Рин заметила дымящиеся руины и пожары, множество бегущих точек-солдат, несколько бронемашин и танков. Похоже, начинался очередной штурм. С трудом выровнявшись в дрожащем от выстрелов воздухе, она приняла вертикальное положение — встроенный альтиметр на мониторе шлема показал полторы тысячи метров. Ещё километр — и облака.

Рин медленно огляделась. Среди далёких гор, увенчанных снеговыми шапками и закутавшихся в низкие серые облака, отчетливо виднелись столбы дыма от пожаров. Они были повсюду, сколько хватало глаз — вокруг, от далекой границы с Грузией и до блестевшего вдали изогнутого озера. Начинало темнеть — день близился к концу, но земля, усеянная оранжево-жёлтыми пятнами пожаров и точками горящих фар, все так же содрогалась от канонады и разрывов.

Битва за Армению продолжалась, и ей предстояло сыграть свою роль.

В голове роились мысли и воспоминания — всё то, что она успела выучить и усвоить в институте, после введения процита разом встало перед внутренним взором. Весь её нехитрый арсенал из материалов, металлов и энергии. С этим и предстояло воевать.

Тихо шипевший возле уха динамик словно запнулся, сквозь помехи сперва донеслось странное бульканье, а потом — тишина. И в тишине послышался до боли знакомый голос.

— Ясень — Ноль второй, Ясень — Ноль второй, на связь!

Кира!

— Ноль-второй — Ясеню! — срывающимся голосом ответила она. — Приём!

— Отлично, связь стабильна, — она ощутила улыбку в голосе майора. — Ноль-два, не стой на месте, маневрируй. Твоя задача — помочь защитникам крепости отбить атаку, главные цели — танки и авиация противника.

Кира запнулась, помешкав, и снова продолжила. — Если будет ракетная атака… задача — отбить её. Следи за воздухом, внимательно следи! Канал шифрованный, но держись позывного.

— Так точно! — она кивнула и, вспомнив полеты в Жуковском, сместила фокус массы назад и в сторону. Тело устремилось вперёд, со скольжением уходя вправо.

— Ноль-второй — Ясеню, а чем мне их бить?

— Ясень — Ноль-второму, помнишь топливную формулу для двигателя?

— Так точно, — поднимаясь выше, под самую кромку облаков, кивнула она.

— Используй её. Несколько формул сейчас загрузим тебе в…

Договорить Кира не успела, снова зашипело и затрещало в динамике, да так сильно, что она едва не сорвала шлем с головы. Кто-то явно глушил канал.

Чувство тревоги короткой молнией пронзило и без того напряжённое сознание — Рин принялась лихорадочно искать взглядом угрозу. Инстинктивно отклонив вектор тяги, она камнем скользнула вниз, и очень вовремя. Справа к ней тянулся тонкий дымный след — зенитная ракета.

Мозг среагировал мгновенно, за доли секунды начав выстраивать широкий кокон фюзеляжа, как у её полётного модуля с испытаний. Черная изогнутая пластина материализовалась над ней — в ту же секунду короткая вспышка осветила облака, по обшивке застучали осколки, едва не пробив насквозь. Рин бросила свой щит и метнулась в сторону.

На земле показались новые вспышки, к ней протянулись вереницы трассеров снарядов. Сжав челюсти, она маневрировала и ускользала, спускаясь едва не к самой земле. В шлеме шипела связь, время от времени заикаясь чужими голосами.

Так было нельзя! Надо не уклоняться, надо атаковать! Хотят её смерти? Прикончить неумеху? Так пора показать, чему она научилась!

В душе вместе со страхом всё больше закипал гнев. Пролетев метрах в двухстах над крепостью, Рин устремилась ввысь и снова обшарила взглядом поле боя. На крепость двигалась техника, то и дело заставляя воздух тревожно вздрагивать от каждого нового выстрела. Кира сказала: цель — танки… вот и посмотрим.

Стиснув кулаки, ретранслятор заложила вираж над полем боя. В сознании всплыла формула топлива, Рин вновь ощутила струящуюся через неё энергию — поток всё ещё был пугающе сильным, но теперь она уже не испытывала священного ужаса перед ним. Воздух наполнился ядовитыми парами, как облаком окружившими один из танков.

Выстрел — вспышка на миг ослепила её даже через шлем. Пушечный залп воспламенил облако горючего газа, вспыхнувшее с пугающей быстротой. Громадный оранжевый шар поглотил танк, обрастая по краям рваными черными клубами. От ударной волны её мотнуло в сторону, бежавших рядом с танком людей сбило с ног. Пролетев дальше, она обернулась — взрыв перевернул машину, сдув с неё половину обвеса, всё вокруг запылало ярким оранжевым пламенем. По телу прошла дрожь — ужасающее зрелище… но мешкать было нельзя.