Михаил Бажмин – От Дзена до Нейрона: как улучшить свою жизнь, используя нейронауки Запада и мудрость Востока (страница 2)
Чайная церемония
МОСКВА, НОЯБРЬ.
«Осторожно, двери закрываются. Следующая станция “Отрадное”».
Валентин резко открывает глаза. В его руке зажат смартфон, а взгляд перемещается на треснувший экран: 6:48. «Кажется, опять впритык. Хорошо, если не опоздаю. Ну сам тоже виноват, ведь думать надо было лучше. Хотя чего уж, с каждым может случиться».
Сегодняшний день не предвещал быть таким, и ещё вчера Валентин всё себе представлял иначе. В это время он должен был лежать в кровати. А вечером – там, где он любит быть. Но обстоятельства, обстоятельства…
Вчера вечером ему позвонила коллега: «Валя, выручай: дочку надо отвезти к врачу, больше некому. Там такой врач, что к нему хрен вообще попадёшь». И так далее, и так далее. Конечно, Валентин не мог отказать.
Поэтому сейчас он в вагоне метро и едет в среднюю школу, где будет преподавать историю седьмому «А» и всей параллели восьмых классов как минимум полдня.
А когда он выйдет из школы, это будет уже другой Валентин: Валентин уставший, Валентин задёрганный, Валентин, который просто хочет побыть один.
А ведь всё должно было быть по-другому. Сегодня у него выходной день. Он был бы один дома, а весь вечер провёл бы с друзьями в чайной комнате. Ведь это особенный день! Сегодня
Наш герой работает учителем истории в средней школе и увлекается японской чайной церемонией. Кому-то это покажется необычным, но в жизни бывают более странные сочетания и сближения. В мир чая приходят люди из совершенно разных социальных слоёв, с разным жизненным опытом и разными целями. Этот мир прекрасен своим разнообразием. Давайте заглянем туда одним глазком.
«Станция “Боровицкая”, переход на станции “Библиотека имени Ленина” и “Арбатская”. Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда…»
Опять «Гири-гири»[1]. Валентин смотрит на экран смартфона, смахивает уведомление. Он успел перекусить и переодеться после работы, а теперь спешит в чайную комнату, чтобы встретиться с друзьями и начать подготовку к действу.
Чередой длинных переходов он выходит к эскалатору. Ещё немного, и он будет там, где так хотел оказаться весь день.
Чайная комната встречает Валентина приятной духотой. После сквозняков и уличной сырости тёплая комната, в которой лежат татами и утварь, кажется островком спокойствия и безопасности. Здесь немного нездешний воздух, но понять эту разницу может лишь тот, кто внимателен к своим ощущениям. Валентин чувствует, как напряжение в теле спадает, но не исчезает – оно переходит в сонную усталость. Спокойную сонную усталость.
«Стоп, не спать, собраться».
Подходят другие организаторы чайного действа. Почти всех их Валентин знает уже давно: несколько человек пришли в школу примерно в то же время, что и он. Но большая часть людей в чае уже больше 15 лет.
Начинается подготовка. Каждый входит в чайную комнату с багажом своих мыслей и эмоций. Это заметно по тому, как люди разговаривают, как они двигаются. Постепенно общий ритм подготовки захватывает всю группу. Приветственные фразы и шутки уступили место обмену коротким вопросам по делу.
«Нужна помощь со сладостями?» Сладости, вагаси, сделанные руками заботливых учителей, дожидаются своего часа в холодильнике, и их нужно есть свежими. Для Валентина, как и для многих членов клуба, до сих пор остаётся загадкой, как можно научиться их делать, и как учителя умудряются найти нужные ингредиенты, смешать их в нужной пропорции и добиться той самой, неповторимо нежной текстуры.
«Татами уже помыли?» – пол чайной комнаты устлан матами из рисовой соломы, и они должны быть идеально чистыми не только к приходу гостей, но и для надевания кимоно и носков таби, которые должны быть безукоризненно белыми.
«Девочки, кто мне поможет с кимоно?» – у многих членов клуба нет своих кимоно. Новичкам, особенно девочкам, бывает трудно надеть его в одиночку, и сэмпаи уже спешат на помощь. Валентин уже обзавёлся своим комплектом и достаточно быстро научился его надевать.
«Что у нас с цветами?» – в нише токонома ставится тябана – чайная икэбана, которая подчиняется своим законам: например, она должна быть неброская, не должна состоять из четырёх цветков, не должна быть слишком симметричной и, самое главное, должна подчиняться сезонности – одному из главных правил японского чайного действа.
«Чай уже просеяли?» – порошковый чай маття обычно хранят в баночках в холодильнике, чтобы он оставался свежим, но иногда в нём образуются комочки, поэтому, прежде чем выносить его в чайнице к гостям, нужно просеять его через мелкое сито.
До прихода гостей ещё два часа, и кажется, что в запасе уйма времени, но Валентин знает, как быстро пролетит это время за приятными хлопотами, за выполнением распоряжений сэнсэев и сэмпаев[2]. И вообще время в чайной комнате течёт по-другому – иногда слишком быстро, и невозможно его замедлить.
Пришёл ноябрь, а это время менять очаг с летнего на зимний. Способы подачи чая, как и многое в японской культуре, зависят от сезона, и Валентин гораздо больше любит зимние варианты: и очаг, который так уютно согревает комнату из своей ямки в полу, и разворот хозяина к гостям, такой радостный и дружеский. Для сегодняшней подачи чая решили использовать полку «ёсино»: она с круглым окошком и похожа на маленький павильончик в японском саду.
«Какой свиток повесим в токонома? Давайте «Главный герой сюдзинко 主人公?» – Валентин особенно любит эти выражения, которые появляются на свитках в нише, написанные то чёткими, строгими линиями, то словно бы одним росчерком. Уму непостижимо, как это можно прочитать! Но ещё сложнее их понять: кажется, у них два, десять, тысяча подтекстов, и можно выбрать тот, который ближе тебе. Вот, например, этот: «Главный герой», – Валентин решил для себя, что пока что он будет понимать это так: «Я и есть главное действующее лицо своей жизни и не буду перекладывать ответственность за свою жизнь на других». А потом, может быть, он выберет для себя какое-то другое значение этого выражения.
Но сегодня Валентин и правда главное действующее лицо: он в первый раз будет угощать гостей чаем, причём не на занятии, а на тядзи – полном чайном действе. Гости уже собрались и передали рабочей группе объёмистый свёрток со вкусностями: сладостями, бутербродами. Это маленький жест заботы об организаторах, которые могли не успеть за подготовкой перекусить.
За окном ноябрь, и гостей нужно согреть не только тёплым приёмом, но и чашечкой горячей воды и вкусной едой. Блюда выглядят аскетично, но очень изысканно. Цель такой трапезы – не накормить тело до отупляющей и сонной сытости, а подготовить человека к питью чая. Маття, порошковый чай, который используется в чайном действе, – это фактически размолотый в пудру чайный лист, очень активный для нашей пищеварительной системы, поэтому пить его на пустой желудок нежелательно.
Гости закончили трапезу, по одному заходят в чайную комнату и опускаются на татами перед свитком. Большая часть гостей – люди сведущие, они смотрят на иероглифы в токонома и проникаются темой, настроением сегодняшней встречи. Но есть и новички – их усаживают между первым и последним гостями, чтобы можно было подсказать, что делать. Интересно, что они чувствуют, в первый раз оказавшись на чайном действе? Валентин невольно вспоминает выражение: «Не забывай о сердце новичка 初心者の心を忘れず», – всегда нужно помнить, с каким чувством ты вступал на этот путь, когда всё казалось новым и удивительным. Хорошо, что новых гостей предупредили, в чём прийти: девушкам – в платье или юбке ниже колена, мужчинам – в свободных брюках, так что за ноги гостей можно не беспокоиться. Для тех же, кто давно в чайном мире, данное действо – это повод выгулять кимоно.
Валентин – учитель, его профессия – это своего рода театр одного актёра: он привык работать с аудиторией. Но на этот раз быть в центре внимания гостей оказалось неожиданно трудно и нервно. Валентин чувствует, как начинают дрожать руки, кажется, что всё делаешь не так, невпопад и невовремя, что забыл всё, что когда-либо знал. «Наверное, мои ученики, когда отвечают мне урок, так же себя чувствуют…», – призвав на помощь всю свою способность к концентрации, он поднимает глаза на первого гостя, пожилую даму, всегда такую собранную, строгую – и видит, с каким удовольствием она отпивает глоток чая:
– Как размешан чай? – эту фразу хозяин всегда произносит с внутренним трепетом – понравилось ли гостю?
– Просто идеально, – следует ответ первого гостя. Разумеется, реплика предполагаемая, гость никогда не даст хозяину понять, что что-то не так, но счастливые глаза говорят Валентину, что всё в порядке, и чаша передаётся следующему – совсем молоденькой девушке, которая внимательно наблюдает за каждым движением первого гостя, – наверное, уже несколько раз была в чайной комнате и знает, что наблюдение друг за другом, минараи 見習い – это часть учебного процесса. И спокойное удовлетворение на лице гостей внезапно посещает Валентина – он вдруг понимает, что правильные движения – это не самое главное, намного важнее то чувство, которое он, кажется, смог передать своим гостям вместе с чаем.
Он отвечает на вопросы первого гостя: откуда чай, какое у него поэтическое имя; рассказывает о том, какие сладости сегодня подавались. И в каждом вопросе ощущается тёплое чувство благодарности и неподдельный интерес к каждой детали действа.