Михаил Барщевский – Наследство и наследники. Том II (страница 48)
Вопрос налогообложения точно будет актуален для выгодоприобретателей наследственных фондов. О наследственных фондах и выгодоприобретателях я подробно писал в первом томе книги.
Получается ситуация, при которой наследственный фонд (как наследник) с имущества переходящего в порядке наследования налог уплачивать не будет. А вот все то, что будет получено выгодоприобретателем от деятельности наследственного фонда, будет включаться в налогооблагаемую базу и облагаться, в том числе, налогом на доходы физического лица.
Это важно учитывать наследодателю при создании наследственного фонда и понимать, что наследники-выгодоприобретатели, в отличие от прямых наследников, будут уплачивать налог с сумм, получаемых от фонда.
Глава 7
Наследственное право зарубежных стран
Вопрос № 20:
С. Яблонская
Ответ:
Безусловно, вопросы наследования имущества в зарубежных странах становятся все более и более актуальными.
Сложно представить, чтобы такой вопрос мог возникнуть в СССР – если только в исключительных случаях. В современном мире все изменилось, мы можем почти беспрепятственно пересекать границы и жить там, где сочтем нужным. Но в вопросах наследования следует быть очень аккуратными, чтобы не столкнуться с отказом в защите прав, или необходимостью платить непомерные налоги при переходе наследственного имущества. Например, один мой приятель вынужден был при наследовании имущества во Франции заплатить налоги в размере 60 % от стоимости того самого имущества. В результате все хлопоты, связанные с наследованием, в финансовом плане себя не окупили. Но проблема эта не нова. Подобные сложности возникали во все времена, и период «железного занавеса» скорее является исключением.
В различных правовых и национальных системах выработаны различные подходы к решению подобных вопросов. Так еще в 1911 году в книге Ю.С. Гамбарова «Гражданское право. Общая часть» отмечалось, что принимая наследство в стране, где действуют начала римского наследственного права, иностранец в этой стране может думать, что, согласно законам своего отечества, он будет отвечать за долги наследства только в размере наследственной массы, и, не требуя на этом основании описи наследственного имущества, он окажется в результате вынужденным, вопреки своей воле, заплатить наследственные долги из своих средств[268]. И подобных ситуаций может быть множество.
Конечно, в рамках этого издания подробно осветить все вопросы, связанные с наследованием имущества в зарубежных странах, невозможно. Поэтому остановлюсь на нескольких, наиболее интересных моментах.
Нормативные институты современного наследственного права в развитых правовых системах, в частности в Англии, Франции, Германии, США, формировались не одно столетие[270]. Например, в Англии действуют Акт «О завещаниях» 1837 г., Акт «Об администрировании наследств» 1925 г., Акт «О наследовании (Положение об обеспечении семьи)» 1938 г., Акт о наследстве лиц, не оставивших завещания 1952 г. и др. Но развитие общества, безусловно, отражается на праве и накладывает свой существенный отпечаток, в том числе, и на регулирование наследственных отношений. Так, с 17 октября 2015 г. на территории стран Европейского союза вступила в силу директива Европейского парламента и Европейского совета № 650/2012 от 4 июля 2012 г. «О юрисдикции, подлежащем применению праве, признании и исполнении решений, акцепте и исполнении свидетельств по наследственным делам, а также о введении европейского свидетельства о наследстве»[271], которая оказала влияние на национальные процедуры наследования стран Европы.
В любом случае, различия в вопросах наследования сохраняются. Они обусловлены как особенностями правовых систем – общего права (Англия, США) и континентальной (объединяющей романскую (Италия, Испания, Франция все в меньшей степени) и германскую (ФРГ, Австрия, Швейцария, Венгрия), так и спецификой национального регулирования.
Говоря о наследовании, прежде всего встает вопрос о том, как наследник должен узнать об открытии наследства. Зачастую отслеживание этого вопроса остается за самим наследниками. Вместе с тем, было время, когда достаточным в рамках обязанности по уведомлению наследников умершего лица об открытии наследства считалось размещение информации об этом в печатном издании, причем извещение наследников об открытии наследства путем помещения публикации об этом в соответствующем средстве массовой информации успешно производилось в дореволюционной России. Сейчас такое извещение осуществляется в некоторых зарубежных странах (Швейцарии, Чехии, Грузии)[272]. В Германии суд по наследственным делам уполномочен произвести вызов наследников (§ 1965 ГГУ)[273].
В России в настоящее время нотариус, получивший сообщение об открывшемся наследстве, обязан известить об этом тех наследников, место жительства или работы которых ему известно. Нотариус может также произвести вызов наследников путем помещения публичного извещения или сообщения об этом в средствах массовой информации (статья 61 Основ законодательства о нотариате). Последний способ из упомянутых нотариусы используют крайне редко. Однако с 2014 года в России начала формироваться и функционировать Единая информационная система нотариата (ЕИС), правовой базой для которой стали изменения Основ законодательства о нотариате[274]. В настоящее время ЕИС функционирует по всей стране. О возможности ее использования я подробнее писал в ответе на вопрос № 1.
Следующий вопрос, который встает в случае открытия наследства – о праве, которое будет применяться к наследственным правоотношениям.
Согласно статье 1224 ГК РФ, отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства, если иное не предусмотрено ГК РФ (пункт 1).
Наследование недвижимого имущества определяется по праву страны, где находится это имущество, а наследование недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации – по российскому праву (пункт 1 статьи 1224 ГК РФ). Способность лица к составлению и отмене завещания, в том числе в отношении недвижимого имущества, а также форма такого завещания или акта его отмены определяются по праву страны, где завещатель имел место жительства в момент составления такого завещания или акта. Однако завещание или его отмена не могут быть признаны недействительными вследствие несоблюдения формы, если она удовлетворяет требованиям права места составления завещания или акта его отмены либо требованиям российского права (пункт 2 статьи 1224 ГК РФ).
Таким образом, существенным значением обладает понятие «место жительства». В разных странах этот вопрос решается по-разному. Например, в Республике Венесуэла понятие «место жительства» обладает в принципе теми же правовыми характеристиками, что и в Российской Федерации (Закон Венесуэлы 1998 г. «О международном частном праве»). Напротив, по законодательству Швейцарской Конфедерации лицо может быть признано проживающим в Швейцарии лишь в том случае, если оно пребывает на ее территории в течение определенного срока либо осуществляет там производственную и коммерческую деятельность (Закон 1987 г. «О международном частном праве»)[275].
Вместе с тем абзац второй статьи 90 Закона «О международном частном праве» предусматривает для иностранного наследодателя возможность самому выбрать посредством завещания или наследственного договора применимое к наследованию его имущества право из числа его личных законов. Тем самым иностранный наследодатель, проживавший на момент смерти на территории Швейцарии, может избежать применения к наследованию швейцарского права, если только к этому моменту времени он не приобрел швейцарского гражданства. При этом наследодатель – гражданин Швейцарии в силу положений абзаца второго статьи 91 Закона «О международном частном праве» вправе прямо указать в завещании или наследственном договоре, что отношения, связанные с наследованием его имущества, подлежат регулированию нормами права страны его последнего места жительства. Кроме того, швейцарские административные и судебные органы, по общему правилу, не компетентны рассматривать споры о наследстве в отношении недвижимого имущества, расположенного на территории тех стран (к их числу относится и Франция), которые оставляют за собой исключительную компетенцию по всем спорам, связанным с находящейся на их территории недвижимостью (абзац второй статьи 86 Закона «О международном частном праве»)[276].