Михаил Бард – Любовь чудовища (страница 9)

Взгляд Клайда изменился. В нём не было эмоций, не было какого-либо выражения. Просто его глаза вновь стали воплощением всех её ужасов, изгонявшими душу из тела. Она застыла, потеряла волю к сопротивлению, способность двигаться. Девушка едва дышала, когда вампир шагнул навстречу. Он сжал её парализованные руки, туго связал чёрным галстуком и завершил работу сложным узлом.

Только после этого он вернул Донне способность двигаться.

— Хах...

— Вот теперь хорошо, — Клайд самодовольно улыбнулся, пальцами проведя по её щеке. — Но не идеально.

Донна не хотела знать, что для него было идеальным.

Потому что в ту же секунду мужчина мягко, играючи толкнул девушку на единственную мебель в VIP-комнате — на широкую кровать. Прежде Донна не подозревала, насколько мягкий и пружинистый здесь матрац. Сейчас же она тонула в нём, подпрыгнула на упругих пружинах и со связанными руками совершенно не могла подняться.

Клайд задрал её руки вверх и прицепил галстук к крючку на изголовье, закрепил несложным замочком. Девушка прерывисто вдохнула и дёрнула руки на себя, но пошевелить ими или освободиться не могла.

— Ну-ну, — произнёс мужчина, опустившись рядом на кровать. Слишком близко. Неприлично близко. — Не надо бояться.

Донна содрогнулась, когда он легонько, почти не касаясь, скользнул пальцами по её животу к бедру.

— В конце концов, ты сама предложила так расплачиваться, — он улыбнулся. — А ведь могла бы просто спокойно и тихо умереть...

— Мне двадцать, — стиснула зубы девушка, напрягая руки, пытаясь растянуть тугой галстук. — Рано мне умирать.

— Как очаровательно, — мужчина склонился, коснувшись губами скулы, и прошептал. — Всего двадцать... я старше тебя почти во столько же раз.

Донна дышала часто, отрывисто, сходя с ума от страха и душившей её злобы.

— И что? Так тянет на малолеток?

— Не сказал бы, — промурлыкал вампир, расстёгивая верхнюю пуговицу её рубашки. — Обычно я люблю постарше.

Он помедлил, прежде чем продолжить, окидывая её тело задумчивым взглядом.

— Девственницы такие скучные. Я предпочитаю женщин, которым есть чем меня удивить.

Донна выгнулась, зажмурившись, когда он расстегнул вторую пуговицу.

— Я... точно буду скучной!

— В самом деле? — приблизившись, он коснулся губами своего укуса, провёл по нему языком, будто рана до сих пор кровоточила. Донна глухо простонала — голова закружилась от пробежавшей по телу волны эйфории. — Может, мне всё же тебя убить?

Девушка зажмурилась, сгорая от стыда. Пуговицы расстёгивались одна за одной, Клайд запустил холодные руки ей под рубашку. Сначала его пальцы осторожно водили по коже, но потом, словно заскучав, мужчина принялся её щекотать.

Донна вздрагивала, брыкалась, извивалась и, будучи не в силах защититься, в конце концов, захихикала. Она жмурилась, сжимала зубы, но истерический смех всё равно предательски рвался из неё. Девушка сгорала от стыда, дрожала, пыталась хоть как-то отстраниться и прикрыть наготу, а Клайд...

А Клайд любовался ею. Он улыбался, наслаждаясь тем, как её тело содрогалось от легчайшего прикосновения, каким податливым и мягким оно было. Каким покорным было, как охотно подчинялось любой его прихоти.

Донна ненавидела его, хихикала, брыкалась, но в то же время её бросало в жар от этой простой демонстрации превосходства над ней.

Что может быть проще и понятнее? Мужчина и женщина, вампир и жертва, преподаватель и студентка. Он правит, она подчиняется, он жаждет, она — объект его тёмных желаний. И играть он с ней будет, пока не утолит плотское вожделение, пока не насытится ею, пока не изопьёт до дна чашу греха.

Не в силах этого выносить, Донна взмолилась.

— Пожалуйста... хват... хватит...

Она едва дышала, откинувшись на подушки, вздрагивая от малейшего движения воздуха. Тело стало болезненно чувствительным, наэлектризованным, взбудораженным.

Донна сжала зубы и отвернулась от мужчины. Ему нельзя знать, что простая щекотка настолько сильно её разволновала.

Клайд поцеловал её щёку, скользнул губами к шее, ключицам. Донна ахнула, чувствуя, как от каждого ледяного прикосновения по телу разливался неправильный, тяжёлый, обжигающий жар.

Ей было стыдно за себя. Стыдно за мужчину, который так смело, без капли стеснения ласкал её, оставляя новые следы от поцелуев. Он прикусывал кожу, грубо целовал её, пальцами скользя вдоль позвоночника. Своим телом преподаватель вдавливал в матрац свою никудышную студентку.

Донна притихла, когда Клайд приспустил её лифчик, обнажая грудь. Девушка тяжело и часто дышала в его холодных объятиях, чувствуя, что ещё немного — и она вот-вот сойдёт с ума от обуревавших её эмоций.

Ей было невыносимо страшно. Но в то же время прежде она не испытывала подобного возбуждения. Она ненавидела этого мужчину. Но до чего же сильно ей хотелось, чтобы всё случилось как можно быстрее.

Донна боялась, что своей похотью он заставит её переступить черту.

Черту, где заканчивалась ненависть и начиналась страсть.

Он ведь только этого и ждёт. Ему будет приятно видеть её не только доступной, но и покорной, униженной, сломленной, такой же жаждущей, такой же страстной.

Не дождётся.

Словно в ответ на её мысли, Клайд грубо сдавил языком ореол соска, припал к нему губами, оставляя долгий, чувственный поцелуй на нежной коже. Донна взвилась под ним, вскрикнула и вновь дёрнула связанными руками, тщетно пытаясь освободиться.

Она даже не знала, что способна кричать от наслаждения. Не знала, что была настолько уязвимой.

Клайд улыбнулся, выпрямившись, медленно проведя языком по губам.

— Мисс А'Лаур, — он опустил руку ей на бедро. — Где ваши манеры?

Донна вспыхнула. Ей хотелось оправдаться, что она это сделала не специально, что крик вышел произвольным, случайным. Хотелось, но слов от стыда она не находила.

Она лежала перед ним — беспомощная, связанная, раздетая. А он вместо того, чтобы поскорее покончить с этим, играл с девушкой, забавлялся, дразнил.

Она не хотела быть для него смешной, не хотела быть отвратительной. Донна ненавидела Клайда, боялась его, но не хотела быть для него мерзким посмешищем.

Девушка поджала ноги, когда вампир скользнул ладонями ей под юбку.

— Я жду ответа, мисс А'Лаур.

Донна зажмурилась, мотнув головой.

— Я... я случайно!

— В самом деле? — Клайд склонился к ней, мягко прикусив её нижнюю губу. — Потому что я — намеренно.

В этот раз он поцеловал требовательнее, глубже, грубее — так, что от его напора у Донны закружилась голова. Она пыталась сопротивляться ему, пыталась сжаться, защититься, но долго противиться не могла. В поцелуе не было ни нежности, ни любви — только жгучая животная похоть.

И Донна тонула в этой похоти, тонула в доселе ей незнакомом голоде плоти.

Она не знала, что сотворил с ней вампир. Клайд обращался с ней грубо, ретиво, совершенно не считаясь с ней... Донна совершенно не так представляла свой первый опыт.

И всё же, вампир пробудил в ней желание.

Задыхаясь от оголённых, искрящихся чувств, дрожа в его руках, девушка отвечала на поцелуй, подаваясь навстречу мужчине. Она не думала. Не могла соображать. Весь её мир, все мысли сосредоточились на ненавистном преподавателе, его близости, эмоциях и мрачном наслаждении, что рождалось от его страсти.

Господи... да что с ней?

Она застонала от досады, когда Клайд оторвался от её губ. Девушка хватала ртом воздух, пытаясь вновь дотянуться до мужчины, вновь почувствовать его, потерять голову от желания.

— Вот так, — прошептал он, избавляя Донну от остатков одежды, — идеально.

Клайд в который раз осмотрел её — теперь уже полностью обнажённую, связанную и не сопротивлявшуюся. Донна откинулась на подушки, её светлые волосы разметались по алому шёлку в причудливом беспорядке.

Судя по взгляду, с каким вампир на неё смотрел, по блеску в алых глазах, его это зрелище завораживало. Клайд был увлечён настолько, что будто бы пытался испить взглядом непристойную картину и всё никак не мог утолить жажду.

— Вы так прекрасны, мисс А'Лаур.

Вампир склонился и провёл языком вдоль её плоского живота, прикусил кожу чуть ниже пупка. Стон Донны прозвучал слишком тонко, слишком глухо, словно у пойманной кошкой мышки. Клайд оставлял поцелуи, в который раз пробуя девушку на вкус, водил клыками по чувствительной коже, едва сдерживая желание укусить её. И от этого, от близости смерти, от опасности, исходящей от вампира, по телу Донны словно пробегали разряды электричества.

Ей должно быть страшно и мерзко.

Но для этих эмоций она слишком сильно распалилась. Желание затмило остальные чувства, вытеснило всё, что тревожило её на протяжении дня, отодвинуло на задний план, затмило.

— Ты так восхитительно пахнешь...

Мужчина коснулся ладонью её живота, пальцами легонько надавливая на лобок. Донна прерывисто выдохнула, вновь дёрнув руками, чувствуя растущее давление внизу.