Михаил Баковец – Создатель эхоров (страница 35)

ценящими своё здоровье, сказах что повторное очищение кармы от

ведьминской порчи выйдет в четыре раза дороже, после чего содрал с каждого по двести рубликов.

Когда я позвонил Петру Артуровичу и сообщил, что моя команда приняла решение скататься в Псков и поучаствовать там в азартных играх, он сильно обрадовался. Даже пообещал помошь в устройстве в городе, так как нормальных свободных гостиничных номеров, в связи с наплывом игроков и их сопровождающих, в преддверии грандиозных скачек и забегов (в том числе и собачьих боёв, которые не афишировались, но о коих все знали), осталось очень мало и все были забронированы «в запас».

В Псков прилетел я с девушками за три дня до открытия скачек. Как только мы вышли из аэропорта, навстречу нашей компании шагнули четверо молодых людей — парень и три девушки. Вся четвёрка была эхорами, уж это понять я мог с нескольких метров, благодаря своим способностям видеть энергетику окружающих.

Я мгновенно напрягся, начав подозревать, что незнакомцы подосланы

местными владельцами ипподрома с превентивными целями не допущения нашей команды до игр. Но увидев, как радостно заулыбалась им Кристина и поспешила навстречу чуть ли не вприпрыжку, немного расслабился. Оказалось, это её хорошие знакомые, прилетевшие днём раньше в город по просьбе эхоры.

Я вспомнил, что она как-то обмолвилась, что знает команду суперов, которые могут помочь с моей охраной. Только тогда она говорила о двух девушках, пиромантке и криомантке, а тут их три да ешё парень… хм. другая команда знакомых?

— Саунлис. Сури, Мира, — сказала Кристина, когда закончила здороваться с нашими встречающими, — познакомьтесь с моими друзьями. Это Ребекка, Софья, Игорь и Маля. Я вместе с ними служила почти шесть лет.

— Привет, — девушки помахали нам ладонями, парень глубоко кивнул.

— Привет, — мы поздоровались в ответ.

— Я попросила помочь нам с охраной. Игорь имеет третий ранг, девчонки второго, но Маля вот-вот перейдёт на третий. И они отличная слаженная команда, все вместе, ничуть не уступят мне и Сури.

— Не уступят — подмигнула мне Софья, — Не верь ей. Сан. она сильно задирает нос. нас без Игоря хватит, чтобы надавать по щекам им обоим.

— Ой. ой. ой. Не задавайся только.

— А давай устроим тренировочный поединок? — предложила новая знакомая. — Ну. давай, а?

— Так. хватит, сороки — сказали мы с Игорем одновременно, удивлённо посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Когда закончилось веселье, Игорь повёл нас на стоянку:

— Мы фургон взяли напрокат, чтобы все могли уместиться с вещами.

Фургон оказался фордовским минивеном и наши чемоданы в крошечный

багажный отсек, не влезли. Мой и один из баулов Кристины пришлось убирать в пластиковую капсулу на крыше машины.

Через час. немного постояв в двух пробках, мы подъехали к

восьмиэтажному строению. половину которого занимала гостиница

«Ластавский князь». Для каждого был снят четырёхзвёздочный номер. Мне и Мире двухместный, моим спутницам эхорам по одноместному. Команда встречающих ещё вчера заселилась этажом ниже, заняв многокомнатный номер люкс.

— Ещё несколько дней до начала забегов, как их проведём? — поинтересовалась Мира.

— По окрестностям покататься можно, памятники посмотреть, — предложил я. — Порыбачить.

— Фи, — скорчила тут же недовольную мордашку Кристина, — в этой речке и рыбачить? Да если и чище Москвы, то ненамного.

— Неподалёку от города есть большое озеро, где вода точно чистая. И рыба там всякая водится, — сказал я, вспомнив свою прошлую жизнь. Когда ешё был старым землянином, мне довелось побывать в окрестностях Пскова и кое-что осталось в памяти.

— Откуда знаешь?

— А интернет тебе на что?

— Интернет ерунда, — пренебрежительно отмахнулась девушка. — Как хотите, на рыбалку меня не тянет. И вообще, устала я что-то, у себя побалдею в номере, если что, то ищите меня там, вдруг кому понадоблюсь, — и подмигнула мне.

— А мне рыбалка нравится, — громко сказала Мира, одарив эхору недовольным взглядом. — и не обязательно рыбу есть, ту, что поймаем. Этот процесс для удовольствия, для души. И потому нет разницы, где ловить — на чистом озере или в грязной речке.

Я показал жене большой палец и улыбнулся.

— Смотри, подцепит твой рыболов какую-нибудь русалку, потом сама же дуться станешь.

— Сан никого не подцепит, — веско произнесла та и добавила. — Просто так, не подцепит.

В общем, до начала открытия огромного ипподрома, в честь которого и были приурочены такие масштабные скачки и забеги, наша компания часть свободного времени провела в походах по Кремлю, Поганкиных палатах, часть на озере, где кроме рыбацкого района, занявшего примерно треть водоёма, имелся большой песчаный пляж и прокат весельных лодок и речных велокатамаранов. Вот на последних я с Мирой накатался от души, даже икры на ногах вечером стали ныть.

Во время прогулок по городу взгляд постоянно натыкался на рекламные шиты, ленты над дорогами и тротуарами, наклеенные листовки на шитах и столбах, сообщающих про «грандиозное событие в нашем городе… спешите участвовать и стать обеспеченными людьми… риск — благородное и крайне прибыльное дело» и прочие бла-бла-бла связанные со скорым открытием ипподрома.

Наконец, настал тот день, который я с нетерпением ожидал.

Количество народа даже вокруг ипподрома поражало. Достать билеты на вход и просто сделать ставку было очень сложно из-за толпы желающих опередить меня в этом деле. Несмотря на десятка три окошек с шустрыми кассирами, огромные очереди едва ползли.

Когда я только пристроился к одной из этих человеческих «змей», в кармане ожил мобильный.

Номер был незнаком и потому я несколько секунд сомневался, а стоит ли отвечать на звонок? Всё же решился и не прогадал.

— Алло?

— Санлис Рекдог? — спросил меня вежливый женский голос.

— Да. С кем имею удовольствие общаться? — немного высокопарно ответил я и сам не понял, что именно толкнуло меня на подобный стиль.

— Аглая Ростиковская, я хорошая знакомая Петра Артуровича. Он же дал мне ваш номер телефона и попросил связаться с вами за пару часов до начала главных скачек. Вы ешё не подъехали к ипподрому?

— Уже внутри фойе, собираюсь регистрироваться. Осталось только дождаться своей очереди. Тут впору делать ставку на то. сколько желающих успеет купить билет до начала забега. — пошутил я.

— Уходите оттуда, господин Рекдог, вам там совсем нечего делать. Я вас буду ждать перед входом в главное здание.

— М-м, хорошо.

В трубке зазвучали частые гудки.

— Кто там? — поинтересовалась тут же Кристина. — Петька-казначей волнуется?

— Его знакомая, некая Ростиковская. Говорит, что ждёт нас на улице перед ступеньками. Я так понял, что ставки, вроде нашей, здесь не принимаются.

— Так и сказала?

— Я так думаю, сказала она совсем другое. Пойдём?

Кристина обвела взглядом окружающую нас толпу и посмотрела на меня.

— Понятно, значит, пошли. — сказал я.

При виде желающих приобщиться к «благородному и прибыльному делу», которые всё шли и шли к зданию ипподрома, точнее пропускному пункту’, я растерялся, не зная, где искать звонившую. Даже потянулся к карману, где лежал телефон, но тут меня окликнула Сури.

— Кажется, вон те двое нас ждут, по крайней мере, очень внимательно смотрят только на нас, хотя до этого мужчина постоянно крутил головой по сторонам, — сказала она и кивнула на парочку, примерно в двадцати метрах от высоких ступенек, на которых стояла наша команда.

Подойдя к неизвестным, я поздоровался и уточнил:

— Госпожа Ростиковская?

— Да. Прошу зовите меня по имени, — ответила женшина.

— В свою очередь, попрошу вас о том же.

Женшина выглядела шикарно, настолько хорошо, насколько может иметь внешность зрелый человек с большим состоянием и возможностями, отличными природными данными, знакомством с пластическими хирургами высшей квалификации, проводящий немало времени в салонах и спортзале, вместо солярия получая загар на берегу моря в чётко выверенные часы. На вид лет тридцать, но изменения в энергетике выдают её реальный возраст — слегка

за сорок. Длинные прямые волосы имеют насыщенный чёрный цвет с сильным блеском явно не природного происхождения, глаза серо-зелёные с едва заметными золотистыми искорками, лицо вытянуто, скулы чуть выдаются, придавая резкости лицу. На губах светлая помада с блеском и, вроде как, имеют контурный татуаж. Шея красивая, высокая и украшена двумя цепочками из жёлтого металла, одна цепочка совсем короткая, практически ошейник и украшена какой-то подвеской размером с вишнёвую косточку. Конец второй

теряется под блузкой, на которой расстегнута всего одна пуговка у воротника.

Одета в светлый, клетчатый жакет и юбку, последняя не доходит до колен примерно на ладонь. Красивые стройные и тренированные ножки упрятаны в чёрные чулки или колготки. Туфельки на высокой шпильке заметно увеличили немаленький рост женщины. Сейчас она выше меня практически на полголовы.

Внешность у неё была европейская.

Мужчине было примерно лет тридцать, и выглядел он всего лишь года на два моложе своего настоящего возраста. Был одет в джинсы и светлую рубашку навыпуск с короткими рукавами, на ногах замшевые кроссовки на металлических застёжках. В овале смуглого лица угадывались южные черты. У обоих взгляд был умным и холодным, пожалуй даже, у знакомого казначея, с чьей лёгкой руки я оказался здесь, и то глаза… как бы выразиться-то… мягче, что ли, будут.