Михаил Баковец – Создатель эхоров 4 (страница 36)

Не попросил, не уточнил, а практически мягко приказал. Эх, прямо почувствовал себя на месте парней, из которых женщины в моей вселенной верёвки вьют. Сколько было случаев, когда какая-то красотка подходит к охране на складах и просит помочь с чем-то, телефон позвонить, воды для машины, своей собачке или вот как я сейчас — в туалет, а потом охрану находят в отрубе с огромным содержимым клофелина в крови или связанную. И ведь сложно отказать, для многих даже невозможно, и чем моложе, тем невозможнее.

Вот и эти впустили меня туда, куда я не мог пробиться силой последние десять минут. Пусть и прошёл я всего десять метров по коридору, и в зал с телами не попал, но всё равно план сработал. Дальше оставалось только молить госпожу Удачу.

Охранница вошла вместе со мной в санитарное помещение, которое своей отделкой запросто может конкурировать с туалетными комнатами в дорогих клубах и популярных увеселительных заведениях.

«М-да, ни стыда, ни совести у местных, — с досадой покачал я головой про себя. — Извращенки озабоченные».

Я стал неторопливо и аккуратно умываться, пытаясь придумать, как же оставить здесь дубль незаметно. Ну, не соблазнять же мне эту великаншу? Подозрительно будет, сразу заподозрит и решит взять меня за яйца, которые мне слишком дороги, чтобы ими так безрассудно рисковать.

«Ай, да к чёрту, — я мысленно махнул рукой и направился в кабинку, — хоть какой-то стыд у неё должен быть».

Дверку я не стал закрывать, рассчитывая, что женщина не совсем уж конченая дама с напрочь стёртыми моральными правилами приличия. И угадал: краем глаза, когда возился с тесными брюками, заметил, что она отвернулась.

Я управился со всеми делами секунд за пятнадцать, после чего быстро вышел и с бледным от нервного напряжения и усталости после использования Дара в экстремальной ситуации, направился прочь, и, словно, машинально, прикрыл дверь кабинки.

— Проводите меня, пожалуйста. И простите за то, что я тут устроил. Просто вы не знали мою Тину, она волшебная девушка, — я взял охранницу под локоть, немного прижался к ней и увлёк в коридор, старательно привлекая к себе внимание развешиванием словесной лапши на ушах провожатой. — Она такая, такая…

За нашими спинами в кабинке за дверкой спрятался мой дубль. Как только мы вышли из коридора, я-дубль забрал несколько предметов, что я оставил, покинул туалет и заскочил в одно из ближайших помещений, где было темно и отсутствовали посторонние. Там дубль укрылся под столом и стал ждать.

Расставание затянулось на несколько минут. Я, изображая обессиленного и опустошенного морально человека, доковылял до машины, где вновь поплакал, положив руки на руки и уткнувшись в них лицом. Через минуту мне тактично предложили помочь вывести машину с территории, если я сам не могу.

— Пожалуйста, вы извините, что я тут всё устроил, — повинился я, стоя перед КПП на дороге и прощаясь с охранной. — Я не специально, просто вы не знаете, что такое любовь. Когда бабочки в животе… а потом они рассыпаются и превращаются в холодный лёд, который колет сердце.

И после этого я сел в машину и очень медленно поехал прочь.

Всё — мужчина-истеричка сыграл свою роль.

Как только охранницы с КПП меня перестали видеть, я прижался к обочине и открыл пассажирскую дверь. Через несколько секунд в машину запрыгнула Викесса, одетая в маскировочный костюм, чтобы слиться с местностью. Она перехватила у меня руль, и ещё немного снизила скорость, чтобы я не разбился при прыжке на дороге.

Всё это нужно было для того, чтобы я мог контролировать своего дубля. Мой Дар был ещё слабым для контроля копий за многие километры.

Отыскав в кустах заранее приготовленную маскнакидку, я укрылся ей и стал ждать подходящего момента, когда можно будет отправить дубля на дело.

Мне (или нам) продолжало везти со страшной силой. Я-дубль услышал, как кто-то прошёлся по коридору, открывая двери и на некоторое время затихая. По всей видимости, после моего выступления на местной сцене охрана решила окончательно развеять свои подозрения, что я вызвал, и исследовала ту территорию, где я успел не только побывать, но и оказаться просто рядом. Зашли и в комнату, где я прятался. Охранница открыла дверь, щёлкнула выключателем, зажигая лампы на потолке, прошлась по помещению и вышла. На всё она потратила времени не больше минуты. По всем признакам было видно, что проверка проводилась на «отвяжись».

Дальше пришлось просто ждать.

Я лежал под кустами, страдая от холода и сырости, хотя накидка была тёплая, а место оборудовано мягкой тёплой «пенкой», на которой лежать было само удовольствие. Я-дубль страдал практически от того же самого, будучи без одежды и находясь в помещении, где отопление не работало или работало вполсилы.

Мне предстояло дождаться позднего вечера, чтобы начать действовать.

Спустя два часа я почувствовал сильную усталость. Всё-таки, использовать столько времени Дар — это для меня на пределе сил. И эффект от укола стимулятора, который я сделал перед тем, как направиться к КПП, стал сходить на нет.

Что ж, значит, пора действовать, а то будет поздно.

Я-дубль включил наушник в виде горошины, который вложил в ухо. Микрокамера была снабжена клейкой поверхности на тыльной стороне, специально для того, чтобы я сумел приклеить прибор себе на лоб. И микрофон с точно такой же липучкой я приложил к шее.

— Раз, раз, — прошептал я. — Кошка в канале, кто меня слышит?

Позывной был выбран на тот случай, если передачу сумеют перехватить противники. Вот пусть думают, что под ним скрывается женщина. Тем более что модулятор превращал любую речь в голос бесполого существа.

— Кошка, это Лампа, — прозвучал в правом ухе голос, по которому совершено было не разобрать, кому он принадлежит, не определить ни пола, ни возраста. — Слышимость на четыре.

— Слышу тебя отлично. Операцию завершила, ушла на контрольную точку.

— Принято, Кошка.

Ох, как же меня гоняли по этим радиопередачам. Я хотя бы раз, но передавал сообщение от лица мужчины, просто машинально так выходило. И вот сейчас чуть было не сказал «ушел», «завершил». К слову, кодировка тоже была придумана, чтобы ввести в заблуждение «слухачей». Чем больше будут гадать и ошибаться наши противники, если нам не повезёт и радиосигнал наших передатчиков перехватят, тем нам только в плюс.

Я дошёл до двери, повернул ручку и совсем чуть-чуть приоткрыл ту. В узкую щелочку осмотрел часть коридора, которая мне была доступна. Не заметив опасности, я раскрыл дверь шире и выскользнул из комнаты.

План здания я заучил во время репетиций. И настолько хорошо, что мог наощупь, считая шаги, сориентироваться в морге.

А вот и дверь в зал с холодильными камерами.

— И где мне тут искать нужные ячейки? — пробормотал я себе под нос, оглядывая две стены, усеянные квадратными дверками, будто экзотической кафельной плитной отделанные. Навскидку там было не менее сотни ячеек. — Ладно, начну с дальних, логично рассуждая, тела должны были убрать подальше от входа, как в том морге с засадой.

К сожалению, логика моя спасовала. Если подойти к делу с шуткой, то в очередной раз женская логика посмеялась над мужской: камеры с трупами я нашёл буквально у самой двери. Но отмечу, что нашел быстро. Просто обратил внимание, что включены далеко не все ячейки, значительная часть не работает и там, соответственно, пусто. Прошёлся вдоль стен, касаясь ладонью дверок. Несмотря на теплоизоляцию, те, которые работали, отличались немного пониженной температурой.

Во всём морге из ста пятнадцати камер были заняты всего девятнадцать штук.

Всего девятнадцать тел, все в непрозрачных толстых мешках из тонкого пластика на магнитной застёжке, которыми местными пользуются везде в королевстве, «молний» и заклёпок-кнопок тут я видел очень мало.

Все тела принадлежали женщинам, которые умерли насильственной смертью, многие трупы были очень сильно обезображены: обожжены, изрублены, раздавлены. Несколько мешков были заполнены кусками тел, в которых с трудом можно было опознать человеческие органы.

— Стой! Стой! Назад! — от громкого крика в ухе я даже вздрогнул. Бездушность голоса и громкость невольно заставили подумать о потустороннем. — Наведи камеру на последних двух!

Я вернулся к просмотру тел из восемнадцатой и девятнадцатой ячейки. Там лежали тела молодых женщин с отлично сохранившимися лицами. А вот их туловища были превращены в месиво из мяса и костей, будто, по ним каток проехал. Не понятно, что могло заставить кого-то из девушек сорваться, вон даже позабыла о кодировке.

— Всё? — уточнил я.

— Всё.

Закрыв ячейки, я разломал электронные шпионские штучки, а обломки забросил в самую верхнюю камеру на противоположной стене. Надеюсь, их долго не найдут. После этого развеял дубля.

— Ох, жизнь моя жестянка, — простонал я, выбираясь из-под куста и сворачивая вещи в тюк. Затем трижды щёлкнул радиостанцией, выждал две секунды и ещё раз повторил этот сигнал. Спустя пять минут рядом остановилась машина с Хванной.

Глава 13

— Это не чиновники, погибшие в ходе покушения, — огорошила меня Хвана. — Половина тел в морге принадлежат нашим. Может быть, та парочка неопознанных из числа чинуш или их телохранителей, но я, если честно, сомневаюсь в этом. Ну, смысл развозить их по разным моргам?