Михаил Баковец – Осколки (страница 34)
Мне без проблем удалось выбраться из Москвы. На первой же крупной станции я пересел на другую электричку, идущую по другой ветке в сторону от нужного маршрута. Через час сошёл на новой станции и от неё направился в родную сторону на пригородной электричке.
Только-только успокоившись, меня вдруг опять пробило на жим-жим, когда в голове появилась мысль, что в одной из пачек может лежать маячок, как это показывают в кино. И вообще, сами пачки я не проверил.
— Твою мать! — я от злости изо всех сил ударил кулаком по металлической стенке. Рука сильно заныла, а на тонком металле появилась едва заметная вмятина. Эти резкие эмоции вызвали пачки с банкнотами. Они оказались пустышками. Нет, там не было нарезанной бумаги. Это обязательно бросилось бы в глаза ещё в ячейке, когда рассматривал содержимое сумки. Под несколькими настоящими купюрами лежали «свадебные» деньги. Те, которые рассыпают перед молодыми и стоят они сто рублей за пачку в обычном магазине. Их с виду беглым взглядом не определить. Только на ощупь чувствуется, что фактура бумаги резко отличается. После этого я уже другим взглядом посмотрел на деньги и увидел обманку. — Конец тебе, мажорчик. Ой, дурак ты! Ой дурак! Жизнь оценил в пять миллионов.
Открыв форточку в туалете, я выбросил мешок с деньгами в окно. Настоящие деньги брать не стал из опасения, что те меченные. Да и что их там? Тьфу и растереть, даже на одну мою старую зарплату не набрать.
И опять голова мне покоя не дала. Вдруг подумалось, что если к подмене денег приложил руку отец Сергея или вовсе поработал начальник службы охраны членов семьи депутата, то, когда мажор загнётся, эти дебилы спросят с меня.
— Тьфу, — плюнул я на грязный пол в тамбуре, после чего достал телефон. Покрутил его, покрутил и убрал обратно в карман, не став включать. Выключил его после побега из перехода, когда переодевался в тупике, а то вдруг в киношных мульках есть доля правды про все эти фээсбэшные и фэбээровские штучки с вычислением «по айпи» и сим-карте?
Домой подходил будто к минному полю. Если против меня задействовали настоящую ФСБ, то им вычислить мою личность не составит большого труда. Против государственной системы одиночка не играет, если он не подготовлен другой системой. Да и то, игра у него будет только с одним-двумя эпизодами, после чего всё закончится.
— Ма, как у вас тут? — первым делом поинтересовался я у родительницы.
Та в ответ странно взглянула на меня.
— Всё как обычно. А что должно было быть не так? — сказала она.
— Ничего такого, просто так спросил.
— Та-ак, — она пристально взглянула мне в глаза. — Что случилось? Живо говори.
— Да ниче… ладно-ладно, — отвёл я взгляд на миг. — Ма, я в город решил переехать, чтобы на новой работе проще было. А со старой уволился. Вот, собственно, всё.
Ничего хорошего из моей искренности не вышло. Мать мгновенно разволновалась. Посыпались упрёки и нравоучения про то, что я поспешил и не смотрю вперёд. Вон какие времена тяжёлые, нужно держаться за то, что стабильно и проверено, а не бросаться на зарплату, которую сегодня платят, а завтра нет. И тратить деньги на съёмную квартиру вдвойне глупо. Цены на них в городе ого-го какие! Половина зарплаты будет уходить на это.
Она попыталась взять себе в союзники отца, но тот встал на мою сторону. Мимоходом намекнул, что я теперь меньше стану видеться с деревенскими собутыльниками, который так ей не нравятся. Этот довод заставил мать чуть задуматься. Я тут же воспользовался паузой и удрал из дома.
В середине ночи меня ждал огромный сюрприз в виде смски с незнакомого номера вот с таким содержанием:
— О как, — только и смог сказать я после прочтения. Тут не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы не понять скрытый смысл послания. Да и какой он скрытый. Всё ясно и понятно. — Выходит, не врали фильмы про айпи и позиционирование телефона. Чёрт, быстро они вычислили.
У мажорчика явно случился приступ сразу после того, как я понял, что с деньгами меня кинули. Занимались моим делом явно не простые люди, но вряд ли были «в теме». Иначе не стали бы заниматься «куклами» и глупым перехватом. Сделали бы всё чисто и без нарушения условий клятвы. Зато потом или они вышли на таких знающих, или знающие вышли на них, когда фобосы, работающие на депутата, задели «маячки», поставленные на всё
Да уж, недолго музыка играла. В смысле, недолго я ходил без надзора. Сейчас мне остаётся «расслабиться и получить удовольствие», так как больше от меня ничего не зависит. Радует содержание смски. Всё тактично с извинениями и незаметно. Не стали прилетать с мигалками в мою деревню в глубокой провинции, пугать народ и наводить окружающих на ненужные мысли. Наверное, это и им не нужно, как и мне.
Что теперь делать?
— Прыгать нужно, что же ещё, — сам себе ответил словами из анекдота про водку, обезьяну и русского мужика. — Вернее, ехать в Нерезиновую. Папа депутат явно не поймёт, если я решу остаться дома и заняться делами только днем.
Пришлось собираться и идти уламывать соседа, чтобы он довёз меня до города. А там искать таксиста, который согласится отвезти в Москву на «три вокзала», так как другого транспорта в такое время было уже не найти. Сказать, что потратил на эту эпопею кучу нервных клеток и денег — это как промолчать как о чём-то малозначимом и небольшом. Уже ночью я оказался на месте. Под внимательным взглядом вокзального полицейского я открыл ячейку, достал сумку и спокойно направился в сторону выхода на улицу.
Удивительно, но меня никто не подумал остановить или проследить за мной. В такой поздний час народу было немного и вполне можно вычислить слежку при желании. Было у меня оно? Нет.
Стоило мне оказаться на улице и задумчиво остановиться на месте, решая, что делать дальше, как чуть позади и справа раздался голос:
— Парень, довезти куда? Или назад?
Обернувшись, я увидел таксиста, который привёз меня в Москву.
— Не уехал назад?
— Пока нет. Вдруг найду клиента обратно? Я уже на попутчиках и вишгоу написал объявление, — ответил тот.
— А-а, ясно, — проснувшаяся паранойя заснула обратно, получив объяснение. Таксист — и в Африке таксист. Даже в Африке или Антарктиде будет надеяться найти клиента.
— Ты назад не думаешь? Скидочку сделаю. Пятьдесят процентов
— Назад… нет, на пару дней у меня тут дела.
— Ясно, — таксист заметно поскучнел. Следующий вопрос задал, как мне показалось, больше по привычке, чем в надежде, что я соглашусь. — А тут никуда не нужно отвезти, ну, по делам? Я Москву слегка знаю, часто сюда народ вожу.
Я на несколько секунд задумался, потом ответил:
— Приличную недорогую гостиницу знаешь? Реально приличную, и чтобы по карману не ударила. Сам должен понимать наши зарплаты. С московскими их не сравнить.
— Тысяч пять за сутки номер. Ниже — это уже как повезёт, можно наткнуться на всякое. Хостелы даже хорошие тебе же не нужны? — деловито поинтересовался он.
— Нет, — отрицательно помотал я головой. Вот ещё мне не хватало «счастья» делить комнату с несколькими людьми, когда у меня в сумке пять миллионов. Я бы и дорогой номер снял бы рядом с вокзалом. Но не хотелось сорить деньгами под строгим неусыпным взором наших доблестных спецслужб.
— Минут за тридцать довезу…
Через сорок минут я заселился в одноместный и достаточно просторный номер на первом этаже многоэтажного и длиннющего, как китайская стена панельного дома. Гостиница, кстати, занимала где-то половину первого этажа.
В комнате все было чисто и опрятно, едва уловимо пахло цветочным освежителем воздуха. На стене висел небольшой плоский телевизор, на журнальном столике лежали два пульта. Кровать «полуторка», двухстворчатый шкаф, крошечная низкая тумбочка рядом с кроватью, деревянный стул с мягким сиденьем и спинкой. Вот и вся обстановка. На полу слева и справа от кровати лежали узкие светлые паласы. Ванная и туалет оказались раздельными. Вместо ванны стояла душевая кабинка.
В сумке лежали ровно пять миллионов рублей теми купюрами, которые я заказывал.
— Ну вот, могут же, когда хотят, — хмыкнул я. Деньги сложил в пакет, который убрал назад в сумку. Себе оставил одну пачку тысячных купюр, раскидав те кучками по карманам, где-то больше, где-то меньше.
Следующий день отдал прогулке, шатаясь по московским достопримечательностям. Кстати, сумку с деньгами оставил в номере, решив, что пусть за ней присмотрят те, кто следит за мной. Уж под их неусыпным взором уборщица точно не разбогатеет с моих денег.
В районе Красной площади состоялась встреча. И мне было сложно сказать какая — интересная или неприятная.
Когда я вошёл в кафе и стал разглядывать помещение, подбирая столик, то вдруг услышал совсем рядом удивлённый возглас мужчины, чей голос показался знакомым:
— Не может быть⁈
Обернувшись на него, я встретился взглядом с… фээсбэшником. К счастью, не одним из вчерашней парочки.
«Ещё один Серёжа, — поморщился я, опознав в мужчине старого знакомого, а ещё своего коллегу. — Специально, что ли, его сюда посадили? Или реально случайность, вон как удивленно зырит?».