Михаил Баковец – Маг крови 4 (страница 69)

- Это совсем не то, что я знаю, - произнёс он. – Виктор, откуда это у тебя?

- Из архивов моего клана.

- Из архивов… постой, ты дракон?!

- Нет, но моя жена – да, - спокойно ответил я ему.

Хладнокровие и умение держать «лицо» оставили старого эльфа. Слишком новости оказались невероятными для него. Причём, они шли вразрез с тем, что сейчас вкладывается в головы эльфам. За несколько тысяч лет из правды остался лишь сам факт переноса эльфов в этом мир. Да, в летописях ушастых фигурировал и жемчуг, и драконы, и другой материк. Но упоминалось всё это мельком и в контексте, который был далёк от реальной истории. Может быть, где-то ещё лежат настоящие документы. Возможно, даже в единственном экземпляре. Но даже главы старших Домов не имеют к ним доступа. Или имеют, но не все.

- Это многое объясняет, - произнёс он и пристально посмотрел мне в глаза.

Не нужно быть телепатом, чтобы узнать, о чём глава Дома Тёмной Воды сейчас думает: про пробуждённые мелорны, чья мана стала ещё более непригодна для эльфов, чем «сырая» волшебная энергия.

- Ладно, это была необходимая вводная, чтобы ты серьёзнее отнёсся к следующему, - сменил я тему. – Я хочу тебе предложить два варианта восстановления твоего Дома. Первый заключается в показательном освобождении мелорна от миньонов Чёрной Лучницы до того, как они проведут над ним свой ритуал. Когда твои воины туда придут, то в живых от защитников священного древа останется два-три бойца. Их, полагаю, хватит, чтобы дать показания о происходящем и отвести от тебя подозрения в сговоре с врагами. Сражаться особенно не придётся, Чёрная Лучница быстро отступит, якобы, из-за больших потерь. Но пошумит она от души. Дальше тебе придётся самостоятельно разбираться со своими соотечественниками и наследниками на мелорн, который окажется в твоих руках. Ну, и с жадными до трофеев, что там останутся на погибших и в арсенале.

- Подозрения так и так будут. Рано или поздно высшие и’куэли с главами самых важных старших Домов узнают про наши с тобой встречи. Или вот-вот узнают после твоего прилёта, - последние слова он сказал с намёком на мой поступок.

- А тебе не плевать? Мелорн будет под твоим контролем, миньоны тебя не побеспокоят, а вот любые отряды прочих Домов они станут уничтожать, - пожал я плечами. – Даже если Лесное царство объявит тебе изоляцию – что вряд ли произойдёт из-за священного древа в твоих руках – то ты и твои подданные к этому привычные.

- Наличие мелорна перевешивает всё, - согласился со мной эльф и быстро спросил. – А что за второй вариант?

- А второй вариант… - медленно сказал я, сделал паузу и с деланным равнодушием спросил. – Ты бы не хотел создать своё собственное царство? Независимое от Лесного, которое скоро увянет.

Тот ответил не сразу. Видимо, крутил в голове мысли так и эдак, искал ответы на свои вопросы по моему предложению и не находил. Ну, не видел он подоплёки дела и потому пребывал в замешательстве.

- Стать во главе царства было бы хорошо, но как? Я не думаю, что ты предлагаешь мне свергнуть всех врагов за горами и занять их место, - осторожно сказал он. – Но царство эльфов подразумевает наличие у правителя чистых мелорнов. По этому пункту я владею лишь одним и то - в теории.

- Я же сказал, что царство будет твоё собственное, никак не связанное с угасающим Лесным, - усмехнулся я. – Например, среди этих гор и лесов.

- А…

- А мелорны я тебе найду. Ты плохо прочитал документы, которые я дал, - перебил я его и тут же резко встал со стула. – Пошли со мной.

Я привёл его к «чинуку», внутри которого стояли два высоких, что едва умещались в отсеке, металлических контейнера с основанием в метр. Отстегнув от ближайшего страховочные ремни, я щёлкнул замками на дверке, после чего распахнул её.

Миг спустя Дофаэн упал на колени, не отводя взгляда от содержимого железного «пенала». По щекам старого эльфа потекли слёзы, а его губы что-то беззвучно шептали. Из колеи его выбил вид молодого ростка мелорна. Чистого. Такого, как те, которые всё ещё защищают эльфы в Лесном царстве от миньонов Пробуждённых. Ещё недавно это было семя. Потом его благословила Флора и ускорила рост. Контейнеры, в которых я перевозил саженцы, были обработаны мной в целях экранирования маны мелорна. Это чтобы случайный эльф их не почувствовал, пока я добирался до Дофаэна.

- Моя жизнь и жизнь всех моих поданных принадлежит тебе, Виктор, - произнёс эльф, когда к нему вернулось прежнее хладнокровие. – Мы готовы дать любую клятву верности, если ты передашь их, - он указал на контейнеры с ростками, - моему Дому.

- Значит, ты готов создать новое царство эльфов?

- Да.

Одно короткое слово изгоя навсегда изменило судьбу всего эльфийского народа на материке.

Сюда я привёз всего два полутораметровых саженца. Но каждый этот прутик для эльфов, особенно изгоев, бесценен. Это видно по тому, как эльфы из Лесного царства костьми ложатся, защищая до последнего чистый мелорн от миньонов.

Да, всего две штучки, хотя семян у меня несколько мешков. Их привезла Филлиаэлигрра из своего вояжа к родственникам. Удивительно, но Макса драконы из клана Доакаш’Флогг приняли очень дружелюбно. А семья Филлы, так вообще чуть ли не на руках носила. Они даже не обратили внимания на то, что по их меркам молодая драконица ещё соплячка, непригодная для бракосочетания. Но взлетевшая магическая мощь своей дочери и Сила её мужа заставили закрыть глаза на подобные мелочи. В целом, этот драконий клан и тем более семья Филлиаэлигрры не отличались особыми заслугами и силой, поэтому вливание сильной крови приняли с радостью. Да, факт, что молодая драконица со своим мужем будет жить на другом материке, несколько подпортил восторг от приятной новости, но не сильно. На радостях клан сумел без проблем договориться с владельцами земель, где растет мелорн и купить у них гору семян.

Кроме эльфов Дофаэна, мелорны оказались ещё в нескольких местах. Целых семь очень близко друг к другу были посажены в Зелёном. Уже через несколько дней они поднялись высоко над остальными деревьями в городе. Их стволы образовали стены башни-дома, а ветви сплелись в пол и потолок десяти этажей. Всё это произошло благодаря Флоре, которая могла с любым растением творить чудеса. Ещё один мелорн сейчас рос в анклаве землян, другой на территории моего аванпоста. То есть, все мелорны не вышли за границы Пустого королевства. Пока выставлять их напоказ эльфийским шпионам будет глупо. Почему они появились именно в этих точках? Во-первых, Флоре очень понравилась аура деревьев и их особые свойства, такие как полуразумность. Во-вторых, после воздействия хозяйки Зелёного города на семена мелорны приобрели способность стабилизировать энергетический фон в Пустом королевстве, и тем самым не допускать стихийные разрывы межмирового барьера. Мелорны делали это на очень небольшом кусочке, на несколько километров от себя. Но даже так они прикрыли земное поселение и поля вокруг него. Теперь Сан Палычу и его людям не грозит в одно прекрасное утро из-за Переноса очутиться в новом мире, который может оказаться ещё опаснее, чем этот. В-третьих, мелорны могут создавать небольшие порталы между собой. Когда волшебные деревья в анклаве и на аванпосте вырастут – а это полгода-год – то уже не придётся тратить многие часы на дорогу по опасным аномальным землям. Порталы мелорнов решат эту проблему. Но за эти чудеса, в том числе ускоренный рост мелорнов, нужно благодарить Флору.

Флора…

Флора оказалась очень могущественной берегиней. Нет, со славянским эпосом она не имела никакого сходства, почти. Берегинями называют очень сильные сущности, что-то среднее между духами места и слабыми богами. До того, как я закинул первый алтарь в Зелёный город, пряча тот от жрецов богини Лораиниадинэ, она была неразумным духом места, поселившимся в перенесённом с Земли городе. Когда рядом оказался огромный источник божественной Силы, то дух стал искать лазейку, чтобы осушить его. И сумел-таки это сделать, что перенесло его через несколько ступеней и сотни лет в развитии. Дух места получил зачатки разума, став высшим духом. И заодно неизвестно как обрёл связь со мной. То ли некий механизм Вселенной посчитал алтарь моим даром духу, то ли капля моей крови рядом и аура на алтаре и големах сыграли свою роль. Следующие алтари возвеличили духа до берегини и сформировали разум, сходный с человеческим. Заодно связь стала ещё прочнее. Точно так же, как появились знания у Ани после сна во временной аномалии, так же примерно, случилось и с Флорой. Почему это имя? Так вышло, что в сквере, где поселился дух, и где оказались алтари, рядом с фонтаном стояла бронзовая статуя древнеримской богини Флоры, покровительницы природы, растений, плодородия и так далее. После первого алтаря дух вошёл в статую, а потом превратил бронзу в живую плоть. Благодаря отпечаткам ауры тех, кто создавал фигуру, кто приходил на неё посмотреть, рассказывал истории о ней и её «специализации» в мифах, берегиня стала той, кем была в мифах статуя-прототип. Податливый новорождённый разум мгновенно оформился под воздействием тех крох знаний в инфосфере и магии. Я, если честно, рад, что так случилось. Даже не знаю, что бы делал, окажись связан с берегиней, обретшей черты богини Кали, Гекаты, Иштар или какой-нибудь греческой извращенки-садистки. Вообще, в мифах Греции что ни бог или богиня, то моральный или физический урод. Флора на их фоне выглядит замечательно.