Михаил Баковец – Маг крови 4 (страница 4)

Когда уже плот был почти готов, у нас случился неприятный инцидент. К нашему лагерю вышел крупный медведь. То ли его приманили запахи свежего мяса, пищи, отходов, от которых старались избавляться по мере сил, но всё равно что-то оставалось. То ли он оказался такой любопытный. То ли не видел в людях достойного соперника или вовсе посчитал нас лакомой добычей. Это была огромная зверюга с серо-бурой шерстью и короткой мордой, больше похожей на бульдожью, чем медвежью. Когти намного выдавались вперёд из лапы. Наверное, положи я рядом с ней свою ладонь, она однозначно окажется короче, чем эти костяные кинжалы. Летающий голем, порхающий вокруг стоянки у берега реки, заметил животное уже когда то зашло на территорию лагеря. Колобок был отправлен мной на свою последнюю охоту, её плоды должны были пополнить запасы для плавания на плоте. Змейка крутилась неподалёку. Но я что-то сомневаюсь в том, что её яд мгновенно убьёт зверя. Да и прокусят ли не такие уж и большие змеиные клыки слой свалявшейся шерсти и толстенную шкуру?

«И как эта гора сумела так бесшумно и незаметно подобраться к нам? Ни я с Аней, ни бабочка его так и не заметили, пока медведь сам не решил себя показать, – мелькнула у меня мысль в голове. – Может, есть какая-нибудь звериная магия отвода взглядов?».

Я начал лихорадочно обдумывать варианты, как без больших потерь справиться с подобным гостем. С защитными амулетами я не расстаюсь ни на секунду, так что, с первого удара когтистой лапы я не лягу. А вот с оружием у меня дело обстоит куда хуже, так как даже ножа не было.

«Ко мне!», - приказал я, отдавая мысленный приказ своим созданиям.

Тут за моей спиной испуганно вскрикнула жена, когда увидела гостя, а спустя несколько ударов сердца совсем рядом с моим правым плечом пролетела белая лента боевого заклинания, оставляющая полосу инея на земле под собой. От неё тянуло таким лютым холодом, что у меня даже перехватило дыхание. Зато медведю досталось крепко: чары угодили ему точно в морду, превратив голову животного в кусок льда за долю секунды. Он как сломанная игрушка упал сначала на передние лапы, уткнувшись пастью в землю, а затем у него подогнулись задние конечности. Едва только косматая туша замерла на земле, как в неё ударили одна за другой две полуметровые сосульки, войдя в тело на всю длину и расплескав в воздухе рубиновые капли крови.

- Хватит, хватит! – торопливо произнёс я, обернувшись к девушке, которая уже готовила четвёртое заклинание. – Аня, он сдох!

Та замерла, потом развеялись снежинки вокруг её правой ладони, а затем Аня покачнулась.

- Ты в порядке? – обеспокоенно спросил я её, в два прыжка оказавшись рядом и подхватив на свои руки.

- Да, просто перестаралась. А он точно мёртв?

- Точнее не бывает. У него даже ухо с куском шкуры откололось, когда он о землю ударился, - успокоил я девушку.

- А если он не один?

- Големы никого больше не видят, - продолжал я увещевать супругу. Надеюсь, она не станет заострять внимание на том моменте, что мои создания и этого зверя не увидели сразу.

Усталость у Ани прошла через полчаса благодаря целительскому браслету. И девушка тут же развила бурную деятельность, собравшись оприходовать несколько центнеров мяса, что само пришло к нам на разделочный стол. Пришлось её спустить на землю.

- Анют, медведя мы есть не станем. На Земле почти каждый косолапый заражён опасными паразитами, которые смертельны для людей. Они не просто расселяются по кишкам или в печени дырки сверлят, а гнездятся в мышцах, откуда никакими лекарствами их не вывести. Слышал несколько правдивых историй, как люди мучились несколько лет от страшных болей, когда съели плохо обработанную медвежатину. А потом умерли. Болезнь не помню, как называется, там длинное чудное название, - сказал я ей. – И что-то мне не хочется проверять, попадут ли эти паразиты под категорию яда или наши кастрюльки-котелки пропустят их.

От моих слов супружницу передёрнуло, и дальше она смотрела на мёртвого хищника с долей омерзения, словно на навозную кучу.

- А если шкуру снять? – предложила она и вопросительно посмотрела на меня. – Её и продать можно будет кому-нибудь потом. Ведь деньги нам будут нужны, когда выйдем к людям.

- Хозяюшка ты моя, - улыбнулся я и после этих слов отрицательно мотнул головой. – Не, ну эту шкуру на фиг. С ней возни на целый день, потом мездрить и сушить. И не уверен, что мы её полностью сумеем снять, ведь медведя нам вдвоём не перевернуть. Глянь сама на эту тушу. Тут же под тонну веса будет. И ещё хотелось бы поскорее отсюда убраться, пока на запах свежатины не пришёл кто-то покруче Топтыгина.

Последний довод оказался самым веским. Больше Аня про разделку медведя не вспоминала. Единственное, что я взял с медведя, так это когти и клыки, но и только. Не получится их продать - использую для создания голема. Иметь магическое создание с такими навыками скрыта может оказаться полезным.

Вечером мы покинули лагерь, ставший небезопасным.

*****

За неполные двое суток плавания на нашем пути трижды случались трудности в виде речных порогов и перекатов. К счастью, плот с честью преодолел их. Да, потрепало нас порядком, от гула воды и треска брёвен плота, сталкивающихся с камнями, у нас с Аней точно прибавилось седых волос. Но верёвки не лопнули, настил не разошёлся и плавательное средство не перевернулось. Вот все вещи промокли и ссадин с шишками мы заимели немало.

После первого порога я причалил к берегу и сделал нам по спасательному жилету и защитной каске из материала с положительной плавучестью. Они помогут удержаться на плаву и защитят от ударов о камни, если всё-таки упадём в воду. Амулеты амулетами, но спасжилет на реке может оказаться полезнее.

Но лучше на порогах понервничать, чем свалиться с водопада.

Вечером второго дня, как мы отчалили на плоту от берега, до нас донёсся запах дыма.

- Горит что-то. Чуешь? – произнесла Аня.

- Да, что-то такое есть, - согласился я с ней, когда уловил запах гари в воздухе.

Отправленный на разведку летающий голем сообщил, что в нескольких километрах ниже по реке на берегу стоит крупная деревня. Дым от очагов в ней мы и почувствовали. – Поздно уже в гости идти. Переночуем на другом берегу, а завтра ближе к полудню сходим в гости.

Плот – это не лодка, поэтому пришлось изрядно постараться, чтобы повернуть плот к берегу. Глубина в том месте, к которому я подвёл плот, оказалась небольшая, берег глинистый. Когда носовая часть уткнулась в берег, то корму течением повело вперёд, едва не развернув плот. Воткнув сбоку шест, я налёг на него, останавливая плот. Дальше закинули два якоря на берег, где те зацепились за почву. Подтягивая верёвку, я сумел подвести плот одним бортом к берегу. Дальше всё было куда проще: нужно было надёжно воткнуть несколько шестов в речное мягкое дно вплотную к брёвнам спереди и с того борта, который омывало течение.

- Уф, всё, - выдохнул я, когда плавательное средство встало на прикол.

- А сделал бы пару нормальных големов, то сейчас бы так не устал, - заметила Аня.

- Анют, сказал же – потом, - проворчал я. Если честно, то уже и сам пожалел о принятом решении не создавать до времени габаритных магических созданий. – Тем более, нужды особой в них не было. И так справились же.

Бабочка и Колобок были отправлены на охрану стоянки. Змейка-голем остался на плоту. Если вдруг кто-то пожелает забраться на него с воды, то его будет ждать очень неприятный сюрприз.

- Как думаешь, кто там живёт? – спросила Аня.

- Люди. Голем сверху видел мужчин на берегу, которые возились с сетями.

- Это хорошо. Не знаю, что мы стали бы делать, если бы там оказались эльфы, - вздохнула она.

- Мимо проплыли бы. И утопили бы тех, кто за нами увязался бы, - произнёс я. - У нас теперь с ними война. Так что, десятком меньше, десятком больше убьём – роли это никакой не сыграет.

Ни жена, ни я ничуть не сомневались, что остроухие лесные обитатели рано или поздно разберутся в том, кто причастен к безумству мелорна. И когда сумеют его усмирить или уничтожить, то возьмутся за меня. Остаётся надеяться, что псевдоразумный волшебный представитель флоры сумеет продержаться достаточно долго, чтобы как следует измотать эльфов и дать мне время подготовиться к встрече с новыми врагами.

Ночь прошла тихо. Скрываться я посчитал неразумным, так как было слишком много шансов на то, что плот уже заметили. И вот что могут подумать жители деревни о тех, кто тишком да тайком остановился на другом берегу? Потому открыто жёг костёр, на котором сначала Аня готовила пищу, а потом он согревал нас с ней большую часть ночи.

Бабочка один раз за ночь подняла меня, когда заметила две небольшие лодки с людьми, поднявшиеся вверх по течению и приблизившиеся к лагерю на несколько сотен метров. В темноте и в тумане, стелящимся над водой, что-либо рассмотреть было невозможно. Лично я их не видел без помощи голема. Лодки стояли на одном месте минут десять, после чего прижались к «своему» берегу и поднялись ещё выше по реке. Бабочка их сопроводила до отметки примерно в полкилометра, после чего я отозвал своё создание назад, а неизвестные поплыли дальше. Вернулись они спустя полчаса и, не задерживаясь рядом с нами, ушли по старому маршруту. Скорее всего, это была разведка из деревни, чьи жители решили что-то прояснить для себя о незнакомцах, запаливших огонь на берегу. Подкинув топлива в костёр, я вернулся на своё место рядом с женой, которая так и не проснулась.