Михаил Баковец – Маг крови 3 (страница 31)

Ночь прошла спокойно. Ни нас, ни пост у реки никто не потревожил. В десятом часу до меня добрался Шацкий с дружинниками, которых я оставил в лагере вместе с аборигенами. А вместе с ними приехал тот, кого я меньше всего ожидал увидеть. Собственно, я почти и забыл про него в суматохе последних дней.

- Приветствую вас, ваше сиятельство, - низко, выказывая мне сильное уважение, поклонился Рол Гнес, сквайр, которого я завербовал в доносчики после памятного боя со жреческой армией, от которых мне потом в трофеях достался божественный алтарь.

- Здравствуй, Рол. Какими судьбами здесь оказался?

- Когда узнал, что вы будете в королевской армии, то решил, что это удачный повод без каких-либо подозрений встретиться с вами. В вашем графстве я был бы сорокой на пахоте и вдруг кто-то решил бы подробнее узнать обо мне и наших с вами делах.

- Что-то интересное узнал? – заинтересовался я

- Вам решать, – пожал он плечами.

Сквайр рассказал о многом. Вот только большая часть его сведений или меня совсем никак не касалась, или устарела: я это узнал ещё на королевском балу. Но было кое-что очень интересное и напрямую относящееся ко мне.

Оказывается, род моего обидчика (дважды обидчика) в очень короткий срок и совсем недавно серьёзно потерял во влиянии и в территориях. Это я про семью Ла Лафонгов. Наша с Олафом дуэль буквально взбесила короля, который жестоко пресёк любые недовольные выступления родственников покойного и его друзей, а так же родных и друзей его секундантов и подручных, присутствующих на той злосчастной дуэли. И все дворяне понимали монарха: пьяный гость не просто плюнул на скатерть и в блюда на столе, за который его усадил хозяин, но и собрался убить одного из самых уважаемых гостей, выделенных из прочей толпы хозяином дома.

Не поняли и не приняли лишь родные погибшего в поединке. Дядя Олафа, маркиз Эркир Лафонг прилюдно оскорбил короля (правда, за глаза, но свидетелем этого поступка стали сотни дворян, мещан и простонародья). А позже, уже в более тесном кругу высказался в духе «а не пора ли нам поменять правителя, который перешёл все границы?». Оказалось, что даже среди людей, считающиеся сторонниками и разделяющие одни и те же взгляды, попадаются крысы или засланные казачки, потому как бунтарские призывы маркиза буквально тут же стали достоянием королевских ушей. Маркиз немедленно был арестован и обвинён в измене и пособничестве ликанонцам. Его земли отошли короне, как немногим ранее были взяты земли Олафа. Сейчас от Лафонгов все отшатываются, как от зачумлёных.

Ко всему прочему, Лафонги входили в группировку, которую можно было назвать местной оппозицией, где занимали сильную позицию (а оппозиция занимала такую же благодаря им и им подобным). В итоге, группа тех, кто недолюбливал короля и не желал видеть его на троне, получила сильнейший удар.

И всё это лишь из-за одной дуэли, спровоцированной горячим юнцом. Но если подумать, очень хорошо подумать, то… скорее, всё это и привело к дуэли. Да, именно так и есть на самом деле. Очень простая (для меня, рождённого в самом конце двадцатого века) средневековая интрига. И она полностью увенчалась успехом: внутренний враг ослаблен, король стал богаче, а его соратники довольны (я уверен, что и им перепало что-нибудь). Кто-то очень умный или въедливый раскопал историю первой дуэли со мной и решил разыграть эту карту. Когда я приехал во дворец и завёл первые знакомства, то среди той толпы, с которой я стал общаться, должна была находиться пара-тройка агентов влияния, так сказать. Одного я уже знаю – Маанс. Фактически он вёл первую скрипку в этом деле. И это он потом привёл меня в тихую часть парка, где вдруг – вот неожиданность – встретился пьяный Олаф. А затем искренне уговаривал выставить на бой вместо себя опытного бретера. Тогда я считал, что он боялся за мою жизнь. Но сейчас понимаю, что плевать тот хотел на меня, для него было важно, чтобы Олаф погиб на арене. Без его смерти королевский план сильно…

«Стоп, а почему он тогда так быстро отступил и согласился с тем, что я лично выйду на арену? – вдруг подумалось мне. – Было же видно, что сдал он даже излишне резко. Наверное, испугался, что я могу взять и принять его предложение замены. А если бы Олаф прикончил меня, то…».

Тогда получается, что никто и не собирался спасать меня. Наоборот, моя смерть была очень выгодна всем. Тогда бы Олафа кинули в темницу, король сумел бы надавить на его родных и, скорее всего, завербовать или купить их верность ценой жизни и свободы графёнка. Да и земли свои, так или иначе, увеличил бы. Думается мне, что это не в первый раз король и его клика проворачивал подобные многоходовки. Ведь донёс же кто-то на маркиза, дядю Олафа из тех, от кого тот не ожидал подобного. Явно целенаправленно работал на короля, возможно, даже был связан какой-нибудь магической клятвой, которая не дала доносчику промолчать. Ещё и озеро, из которого добывается эльфийский жемчуг, попытались бы отжать после моей гибели. Подумаешь – големы! Королю (или кому-то другому) могла прийти в голову ошибочная мысль при виде той простоты, с какой мои водолазы поднимают десятки сверхценных жемчужин, что особой опасности там нет. А раз так, то всегда можно обойтись услугами ныряльщиков, обученных химер или других големов, сработанных по моим образцам.

«Хм, или вообще не было никакого разговора в тесном кругу про свержение короля? Этот слух просто пустили для широкой публики для того, чтобы законно арестовать маркиза? – вдруг пришла мне в голову новая мысль. – Вполне вероятно, вполне».

То есть, меня хотели списать со счетов? Но тогда не вписывается сюда разговор с коннетаблем и маршалами. Они точно во мне нуждались, в моей дружине и оружии из другого мира. Тогда получается, что моё убийство рассматривалось в самом крайнем случае. Куда как вероятнее выглядело моё ранение.

А что? Будь я ранен Олафом, то бой могли тут же остановить. Как? Вот тут, я честно признаться, придумать рабочий вариант не мог бы. Ну, не король же лично прятался где-то в тени, готовясь в любой момент явить себя на арене и остановить бой. Это он может, уложение позволяет монарху остановить любой поединок у себя во дворце. Да и не только там, лишь бы причины для этого были уважительны. С другой стороны за боем из кустов мог следить принц. У себя дома он тоже может многое, в том числе приструнить любого зарвавшегося дворянина, либо прервать уже идущую дуэль. Ещё королева-мать тоже может остановить бой, но лично я бы отправил туда принца.

Насколько вероятно подобное? Выглядит реально. А если ещё учесть его поведение на том разговоре с королевскими военачальниками, то всё становится на свои места. Он был раздражён, что его заставили сидеть в кустах и следить за тем, чтобы тушка одного очень ценного вассала не оказалась слишком сильно попорчена. Вассала без роду-племени, из иномирцев и из страшного захолустья на границе королевства. И это вместо того, чтобы наслаждаться весельем.

Но всё равно, пусть даже моя смерть не планировалась, всё это крайне мерзко смотрится при взгляде с моей стороны. Эти ублюдки решили, что могут играть мной так, как им вздумается, посчитав, что иномирец большего не достоин!

От накатившей ненависти я даже заскрипел зубами. Лживые, двуличные, расчётливые твари. Может быть, и вовсе не было никакого любимого королевского бастарда, чья смерть по моей вине стала основным поводом, чтобы я пошёл на чужую войну. Или даже на меня повлияли магией для гарантированного согласия, несмотря на защитные ментальные чары амулета, одного из тех, что я постоянно ношу. Амулет – это всего лишь амулет, и архимаг легко продавит или обойдёт его защиту. Если всё так и было, то это… кхм, неприятно.

От злости и желания досадить мне захотелось поднять автоотряд, связаться с основной дружиной и отправиться домой, наплевав на всех и вся.

- Спасибо, сквайр, ты много интересного рассказал, - поблагодарил я Гнеса. – Держи за службу. Сильно не кути, и золотом не разбрасывайся. И постарайся, чтобы тебя не связали со мной. Это в твоих же интересах.

- Благодарю, ваше сиятельство!

Информатору я вручил мешочек с серебром и мелкими золотыми монетами на сумму в пять золотых корон. Крупные монеты не стал давать, так как это так же может связать нас вместе. Ведь в последнее время я только ими и расплачиваюсь. Притом, что они нечасто используются при расчётах в королевстве. Возможно, дую на воду и у меня рецидив паранойи, но пусть. Лучше иметь даже такой слабый козырь, неизвестный недоброжелателям, чем не иметь никакого.

*****

Вот и время «Ч». На Земле под этим моментом понимается начало артиллерийской подготовки, предваряющей наступление. В этом мире это момент, когда отряды заняли свои места на поле боя. Командовал сражением принц, помогали советами ему коннетабль и второй маршал. Первый маршал был занят выполнением другой части плана сражения, на которой с трудом удалось мне настоять.

Вообще из того, что предлагал я со своими офицерами, было принято немногое. Я первоначально предлагал отдать завязку сражения моей дружине. Грузовики со скорострельными малокалиберными пушками, «терминатор» и БМП могут вести обстрел вражеской армии с дистанции в два или даже три километра. На равнине, куда удалось выманить ликанонцев, я мог играться с ними, как с несмышлёными детьми. Даже километр для местных магов - и архимагов тоже – было непреодолимой дистанцией. Для лучников и осадных машин всё было так же. Так что, мои пушки сняли бы кровавую жатву, а мощные моторы увели бы экипажи от справедливой расправы. Ну, а не сняли бы, так истощили б щиты в личных амулетах и силы магов. А потом подошла бы армия астанирийцев и разгромила бы своих врагов, оставшихся без поддержки магов или обескровленных после обстрела из пушек.