Михаил Баковец – Маг крови 3 (страница 10)
- Мы можем её спасти? Купить или отбить? – спросил он. – Я отработаю всё, честное слово.
- Её? – переспросил я, немного сбитый с толку. – Не знаю, нужно искать кого-то из местных, спрашивать.
- Так спроси, - вдруг прямо в ухо прошептала мне Аня. – Он же запал на неё, не видишь? Может у него любовь с первого взгляда случилась. Нам это ведь только на руку, Вить. Сами же недавно только говорили, как бы покрепче его привязать к себе.
- На неё? Запал? Да она же страшная и старая? – не поверил я.
- Сам ты старый и страшный. Она хорошенькая, просто сильно избитая и грязная.
Пока мы с ней перешёптывались, Ежов вновь закаменел, прилипнув взглядом к рабыне. А та, увидев его внимание, немного оживилась, в её глазах появилась отчаянная надежда.
Сейчас, внимательно посмотрев на несчастную, я признал, что моя жена права насчёт возраста и внешности. Рабыня была стройная, высокая, на худых руках угадывались хорошо развитые мускулы. Правда, женщину явно держали в чёрном теле и морили голодом, так как мускулатура сильно сдулась, а жира на теле и до этого было очень мало. Синяки, ссадины, грязные всклоченные волосы не могли скрыть того, что их обладательница отличалась яркой красотой. Фигуру и ноги скрывал кусок серого холста, который был обернут вокруг тела от шеи до пят. А вот на шее висела крайне неприятная вещь.
- Ань, она «чёрная» рабыня, - сказал я жене, опознав ошейник. – Уверена, что стоит Макса и её сводить вместе?
Та на несколько секунд задумалась, потом уверено сказала:
- Стоит. Её привяжешь к себе ты, а Максим пусть просто с ней живёт. Если ей будет противно или у него странные комплексы появились после жизни в лесах, то она тебе скажет. Или справится сама. Видно же, что она не какая-то крестьянка. Может, искательница или наёмница, то есть та, которая сумеет за себя постоять. Кстати, вон там вроде бы охранник из местных стоит, может он подскажет, как нам найти продавца?
Охранник оживился, когда я обратился к нему с вопросом по поводу владельца рабыни и за серебряную монету пообещал отыскать того в ближайшие несколько минут. Получив деньги, он мигом умчал на поиски нужного нам человека.
- Такое чувство, что он нас наколол и сейчас удирает с нашими деньгами, - пробормотал я, когда охранника след простыл.
- Вернётся. Я уже видела тут такого же мужика с похожим оружием и в одежде, как этот, - ответила мне Анюта. – Это точно местный чоповец. Их, наверное, специально так одевают, чтобы не перепутал никто с охранниками покупателей.
Тот, в ком я сомневался, вернулся назад через шесть минут. Вместе с ним пришёл полный мужчина среднего роста с гладко выбритым лицом, в не самой дорогой, но очень яркой одежде.
- Приветствую вас, милорд, - он низко поклонился мне, потом моей жене и Максиму, - миледи, ваша милость. Вас интересует эта рабыня? Должен сказать, что у вас отличный вкус, господа, просто превосходный! Эта женщина не просто какая-то наёмница или черноногая крестьянка, она из отряда следопытов с границы нашего королевства. Это великолепный воин и разведчик, охотник и промысловый мастер! Лишь стечение обстоятельств привели её сюда, а вовсе не недостаточное мастерство владен…
- Цыц, - скривилась Аня, оборвав на полуслове работорговца, - раскудахтался тут. Сколько за неё хочешь?
- Это очень дорогой товар, миледи, - льстиво улыбнулся ей он, повысив её (да и меня с Ежовым чуть ранее) в титуле и не обратив внимания на тон девушки. – Такие как она, не попадают в наши края, и потому…
- Сколько? – почти зарычала Аня.
- Сто корон, - последовал быстрый ответ.
Мы с супругой не сдержали своего удивления, когда это услышали. И почти в один голос воскликнули:
- Что?!
- Ты издеваешься?!
- Милорд и миледи, позвольте мне сначала объяснить ситуацию, - торопливо заговорил работорговец. – Всё дело в том, что я не являюсь прямым владельцем этой рабыни. Я всего лишь посредник, заключивший договор с одним богатым господином, которому и принадлежит этот товар. А по его условиям я не могу продать дешевле той суммы, которую он назначил. Я искренне сожалею, - и развёл руками, демонстрируя всемирную грусть на своём лице оттого, что не может помочь нам. – Её владелец поставил ещё одно условие: держать рабыню здесь, не кормить и не поить. Эх, а видели бы вы её несколько дней назад, когда её привезли. Такая красавица – глаз не оторвать! Ну, если не сильно всматриваться в лицо. Да и к чему лицо, когда всё остальное при ней. Такие крепкие бёдра, такая упругая грудь, бархатная и гладкая кожа, словно у молоденькой девочки, ещё не бросившей первую кровь…
Слова работорговца, заливающегося соловьём, проходили мимо моего разума. Я думал: что делать и как выйти из этой ситуации с честью. Сто крупных золотых монет даже для некоторых дворян было огромной суммой. Многие опытные мастера за всю жизнь столько не заработали. И даже не все успешные купцы хотя бы раз в жизни держали в руках единовременно столько денег. Не товар на данную сумму, а именно сто тяжёлых золотых монет. У нас троих с собой и дюжины корон не наберётся. Не платить же этому прохиндею своими амулетами?! Досадно, ой как досадно-то. И чем же эта женщина так провинилась перед своим хозяином, что он обрёк её на мучительную смерть?
- Вить, а сто корон – это очень много? Я могу хоть как-то помочь своим Даром? – тихо спросил из-за моей спины Ежов.
«Хм, а ведь он прав», - осенило меня. Как-то вылетело у меня из головы то, что рядом находится ходячий 3D-принтер (пусть Макс извинит меня за такое сравнение). – Так, любезный, как там тебя? – оборвал я работорговца, заливающегося соловьем.
- Хинк, милорд.
- Хинк, вот тебе пять корон, - я достал из кармана специальный кошелёк, где вместо кармашков были сделаны прорези в полупрозрачном тонком пластике под монеты, и вытянул шесть крупных золотых кругляшей. – Это задаток и одна монета лично тебе. Сейчас я уйду за золотом и вернусь не позднее, чем через час. К этому моменту я хочу, чтобы женщина была снята со столба, умыта, одета, а её раны обработаны. Ясно тебе?
- Милорд, не могу, - замотал головой мужчина. – Владелец рабыни поставил жёсткие условия, я с ней ничего не могу сделать, пока вы не проведёте сделку и не получите все права на рабыню.
- Тогда… тогда подстели ей что-то под ноги. Не хочу, чтобы она дальше рвала их об эту железку.
- Но я… - вякнул, было, тот, но под моим взглядом смешался, побледнел и закивал головой. – Сделаю, милорд, клянусь.
- Пошли, - я посмотрел на своих спутников.
Едва мы только оказались за пределами рабского рынка, я достал рацию и вызвал трёх дружинников. А пока они добирались, я вручил Ежову всё наше имеющееся золото.
- Прямо тут? На улице? – поинтересовался он.
- Ай, точно, блин, уже голова кругом идёт ото всего этого, - скривился я, осознав, что он прав. – Погоди, сейчас гостиницу найдём.
Таких здесь, в районе рынка было три. Две откровенные ночлежки для тех, кто с пылька на серебрушку перебивается. И одна для состоятельных торговцев и клиентов рынка. Вот в последнюю мы и зашли.
- Один номер с одной комнатой, - я положил перед толстой некрасивой женщиной на стойку мелкую золотую монету. – На час или меньше. Больше ничего не надо. И не беспокоить, пока не выйдем.
Та оказалась понятливой или уже привыкла к выходкам дворян, которые могли отчебучить нечто похлеще, чем моя просьба. Вручила мне большой бронзовый ключ, натёртый так, что он казался сделанным из золота, кликнула паренька из служек и отправила того показывать нам комнату на втором этаже гостиницы.
- Представляю, что та баба подумала про нас, - произнёс Максим, когда мы оказались в номере и заперли за собой дверь.
- Плевать на неё. Пусть думает, что её душе угодно, всё равно не догадается, - махнул я рукой в ответ. – Ты вместо этого начинай работать.
- Да, да… я уже, - засуетился он.
Максим сел на стул за стол, вытащил золотые монеты, сложил их в столбик и прижал их сверху указательным пальцем правой руки. Левую ладонь он поднял над столом, внутренней стороной вниз и прикрыл глаза. Через несколько секунд его кисти засветились. Это свечение сползло на столбик монет с правой ладони, а с левой на пустую столешницу, стало ярче и вдруг резко пропало. А на столе уже стояли два столбика золотых монет. Маг сдвинул их вместе, опять коснулся монет правой рукой, а левую простёр над пустой столешницей и сосредоточился…
На то, чтобы «наксерить» сотню с небольшим корон у Максима ушло чуть больше двадцати минут. Монеты я разложил по ячейкам в кошельке, те, что не влезли, ссыпал в два кармана, чтобы не сильно бренчали.
Когда вышли из гостиницы, то на улице нас уже дожидались три воина из моей дружины. Два нетериса и один землянин. И этим землянином оказался Тесак. Парень старательно, даже слегка навязчиво всегда оказывается рядом со мной. Явно ему не даёт покоя пример двух моих баронетов, держащихся подле меня с самого начала, когда я покинул Пустое королевство. И, по всей видимости, надеется, что и ему повезёт выбраться из рядовых дружинников, стать кем-то большим. Как по мне – это похвальное стремление. Тем более, кроме того как быть рядом он больше ничем не проявляет свою заинтересованность в карьере. Не навязывается, не подлизывается, не подставляет никого и не кляузничает в надежде, что я его выделю и награжу. Пожалуй, если проявит себя в чём-то нетривиальном, то быть ему сквайром.