Михаил Баковец – Маг крови 2 (страница 53)

— Есть же амулеты.

— И что? У семи-восьми человек из десятки их использующих амулеты в несколько раз слабее, чем наши. А даже с такими я не рискну выйти против вот такой маленькой толпы гоблинов, без огнестрельного оружия, — я кивнул в сторону тех, о ком шла речь. — Не говоря уже про многотысячную орду.

— Хм, — задумался прапорщик. — Даже так, значит.

Тут загрохотала пара наших пулемётов. Это значит, что враги уже в трёхстах метрах от позиции. Когда это расстояние сократилось вдвое, к ним подключились несколько автоматов.

Уже скоро пришло время дробовиков и боевых амулетов. Огненные шары, электрические разряды, воздушные кулаки, свинцовая и стальная картечь обрушилась на толпу гоблинов, которая сильно поредела. Три сотни метров были густо покрыты телами коротышек, многие ещё корчились в агонии, цепляясь за остатки жизни, уходящей из изорванного тела.

До рва добралось всего сотни две врагов. И в нём же они и остались все до одного. Мелкий ровчик, тот, что канава, был заполнен тщедушными тельцами до уровня земли.

— Как же воняет, — сморщила носик Буфина, с легкой завистью посматривая на Аню, которая в полностью глухом экзоскелете была лишена «удовольствия» нюхать амбре от тел гоблинов, смрад потрохов, крови и тошнотворный запах горелой плоти. — Надеюсь, мы тут не останемся?

Её тон был полон откровенного страха, что в ответ раздастся «да».

— Нет, конечно, — произнёс я. — Сейчас големы откопают колёса, и мы двинем отсюда куда подальше. Думаю, что местное зверьё разбежалось от орды далеко-далеко, так что, на дороге мы будем в относительной безопасности.

Уже скоро отряд вновь перестроился в походную колонну и покатил прочь от места, где нашли свой конец сотни лопоухих злобных коротышек.

До момента, когда на мир опустилась кромешная темнота, остановиться на ночлег у нас не получилось. Просто не было на данном участке дороге подходящих мест, где можно было устроиться с техникой и иметь большой обзор во все стороны. А тут или рощица какая-то, или овраг протянулся на километр и чёрт знает, кто в нём спит из ночных охотников, не побеспокоенных гоблинами.

Но эта задержка перед остановкой сыграла огромную услугу нам всем.

От одного из големопсов пришёл образ, который меня очень сильно заинтересовал.

— Прапорщик! — щёлкнул я рацией. — Справа впереди примерно шестьсот-семьсот метров кто-то есть, вроде бы человек. Нужно проверить, кто это.

— Принял, — раздался ответ в динамике.

Колонна встала, големы рассыпались вокруг машин и контейнеров, одни дружинники заняли места у бойниц, вставив наружу стволы пулемётов и автоматов, другие приготовили к бою амулеты, оставшись на улице.

Бетонов, три человека и пять големов ушли в темноту в сторону, где моё создание заметило неизвестного. Через десять минут от подчинённого поступил доклад по рации:

— Здесь один из землян, живой. Возвращаемся с ним к вам.

Вскоре я смог как следует рассмотреть гостя. Реальный возраст (внешний вид парня мог сбить столку любого неопытного зрителя) у него был не больше двадцати лет, может и моложе. Но вот выглядел он…

«Ох и досталось же тебе», — присвистнул я про себя, увидев незнакомца.

Он был высок, даже выше меня, но худой неимоверно. Одет в пиксельный камуфляж из плотной качественной материи, на ногах очень дорогие кроссовки, в которых нога никогда не запреет и даже от долгой ходьбы пятки не заболят. За спиной висел небольшой рюкзак цвета хаки. На широком кожаном коричневом ремне с металлической тёмной матовой пряжкой висел длинный узкий нож и крошечный топорик с рукояткой буквально в две ладони длиной. Одежда и снаряжение добротные, слегка заношенные, но видно, что ещё пару недель назад они висели на «плечиках» и лежали на полках в магазине.

Оружие у него не стал забирать, давая тем понять, что он находится среди друзей.

А вот их хозяин выглядел жертвой вивисекторов. Лицо было расчерчено неровными всевозможными шрамами — тонкими, широкими, рваными. Пара из них начинались на макушке и проходили через левый глаз, который хоть и был на месте, но на половину оказался затянут бельмом — белой плёнкой. Левый уголок губы когда-то был надорван и сросся криво, отчего в прорехе торчал зуб и десна… и нитка слюны. Последнюю незнакомец промакивал кусочком ткани, выполнявшим у него роль носового платка. Шея вся была изорвана когда-то когтями или чем-то похожим, превратившись в сплошной лоскут соединительной ткани, сменившей кожу. На правой ладони не было мизинца и половины указательного пальцев, на левой полностью отсутствовал указательный, а тыльная сторона «красовалась» кучей шрамов — простых и ожоговых. Волосы на голове у него были длинные, неухоженные, завязанные в хвост. На лице курчавилась неопрятная рыжеватая бородка и усы. Видно было, что несколько месяцев ни ножницы, ни бритва к ним не прикасалась.

Ко всему прочему он сильно хромал и не мог быстро передвигаться так как правая нога с трудом сгибалась в колени и было видно, что каждое такое движение доставляет сильную боль парню.

— Макс Ежов, из мегаполиса, — доложил мне Бетонов. — Удрал из города в первый же день Переноса, а дальше скитался по лесам, забираясь в самую глушь. Досталось ему при этом ого-го как. Да и потом несладко жилось. Нашли его на дереве, куда спрятался от гоблинов.

— Зд-драа-авствуйте, — заикаясь произнёс парень, смотря на окружающий дружинников и големов с нескрываемым страхом. А уж вид Настиных питомцев вызывал у него неконтролируемую дрожь всего тела. Наверное, натерпелся от похожих существ за время своей робинзонады в местных лесах.

— Привет, Максим. Не бойся ты так, ты среди друзей сейчас находишься. Мы почти все тут твои земляки, — располагающе улыбнулся я ему. — Ты себя как чувствуешь? Давай мы тебе дадим лекарство и кое-что ещё полезное. Помогут не так чувствовать боль, а то смотрю, что тебя нога сильно беспокоит.

— Н-не-е на-адо, — замотал тот головой.

— Как хочешь, — пожал я плечами. — Травить тебя не хотим, если ты об этом подумал.

Ежова я посадил в свой фургон и кое-как смог разговорить за то время, пока добирались до удобного места для стоянки, её оборудовали и готовили ужин. И не зря, так как узнал очень много полезного для себя.

Окончательно парень размяк и с его губ полился поток речи, после сытного горячего ужина, сдобренного ста граммами алкоголя. До этого он питался почти всегда всухомятку, опасаясь дымом и ароматом готовящейся пищи навести на себя хищников и врагов.

Парень стал свидетелем того, как чёрное облако с багровыми молниями опустилось с неба на центр города, закрыв собой от взглядов несколько высоток жилого элитного комплекса. Чуть позже с той стороны повалили мертвецы и монстры, в которых с трудом можно было признать бывших людей. К этому времени в городе и так творилось чёрте что, так что, появление новых тварей почти осталось незамеченным.

Максим думал отсидеться в квартире, смотря с девятнадцатого этажа за Апокалипсисом, накрывшим улицы города. Он всё думал, когда же на помощь придут армия, МЧС, МВД и прочие службы, так как не верил, что кошмарные существа, словно, сошедшие с экрана телевизора, сумеют захватить такой огромный город. Но часы шли за часами, людей становилось всё меньше, очагов сопротивления он больше не видел вокруг себя. А уж когда из высоток, затянутых странным облаком, полезли бывшие люди, до него дошло, что следующая туча может накрыть его дом и он станет таким же уродцем, рвущим живых людей и с удовольствием пожирающим кровоточащую плоть на глазах у умирающей жертвы.

Его спасло увлечение полётами и наличие неплохого мотопараплана в квартире. Высота дома и ровная крыша, где хватило места, чтобы разложить крыло и взять небольшой разбег, позволили ему подняться в небо и направиться прочь из города. Сумерки и шум в мегаполисе сделали его незаметным для всех — людей и тварей. Батарей в электромоторе и попутного ветра хватило, чтобы унести парня на полсотни километров от города. Просто невероятное расстояние для такой штуки! Вот с приземлением ему не повезло, и он повредил в первый раз себе колено и обзавёлся кучей царапин и ссадин от веток. Пару дней он отлёживался, приходя в себя и физически, и морально. О чём-то таком он подозревал и даже готовился, но не рассчитывал, что всё произойдёт так быстро и с таким размахом. А чуть позже до него дошло, что он и вовсе оказался на другой планете.

В первый месяц он пять раз оказывался в волоске от смерти. На следующий такая ситуация случилась одна, но последствия оказались куда хуже: ослеп на один глаз и резко потерял подвижность из-за очередной травмы колена.

Под конец рассказа, когда хмель ему ударил в голову, парень признался, что он маг. Правда, перед этим я сам сообщим о своих способностях, про Буфину и что таких как мы существует ещё несколько человек.

Вот только едва услышав, что может делать паренёк напротив, как всё у меня внутри затрепетало в сильнейшем предвкушении.

— Что-что? Клонировать вещи? — удивлённо произнёс я.

— Дд-а-а, — кивнул тот. — Кл-кл-лонирова-ать могу-у.

Первые две недели Ежов только привыкал к Дару. А потом ему в голову пришла мысль, что это не может быть просто так, что вскоре грядёт… что-то. Думал об Апокалипсисе, нашествии чужих, открытия информации про секретное общество мета-людей (спасибо Голливуду за оболванивание) и так далее. И он верил, что что бы не произошло, оно ничего хорошего не принесёт. Тем более, в мегаполисе, как и в моём родном городке, резко взлетела вверх агрессивность его жителей. Одних убийств стало происходить столько, что через неделю в местной газете перестали печатать криминальную траурную колонку, а перед самым Переносом закрыли и ту, где упоминали о простых смертях, от возраста или по состоянию здоровья. Так как за неделю таких стало насчитываться свыше тысячи.