Михаил Баковец – Маг крови 2 (страница 20)

Огонь вёлся всего из одного вагона, самого обычного пассажирского, включённого в состав с военной техникой. Таких там было пять, плюс два зарешеченных, остальные несколько десятков были платформами с техникой и цистернами.

По полученным образам от големов, первыми под пули попали два големопса и один чапиид. Никто не получил повреждений и за это стоит говорить спасибо амулетам, точнее, мне, как не пожалевшему больших денег на качественные поделки для магических воинов. Вот только пулемёт уже сумел прорубиться сквозь волшебный щит рабочего голема и сейчас начал проверять на прочность ковш, выставленный тем впереди себя в качестве обычного щита. Сталь там толстая и укреплённая моей кровью, чтобы как можно дольше не стирался, вот только всякая прочность имеет пределы, а вот судя по тому, как пулемётчик сжигает боеприпасы, тех у него вагон.

'Или, в самом деле, вагон', - пронеслась у меня мысль, которая заставила уже другим взглядом посмотреть на те вагоны с маленькими окошками с решётками.

— Что будем делать? — крикнул мне Шацкий, который залёг между рельс в нескольких метрах правее. — Они же наши патроны тратят! Да и жалко убивать вояк.

— Вояк? Думаешь, это с состава кто-то?

— А кому ещё там быть? Часовые или караульный взвод, сопровождающий оружие и военную технику.

— Ну да, в принципе ты прав, — согласился я с ним. — Сам что-то сразу не сообразил.

— Главное, чтобы они там не сошли с ума после Переноса, — сказал Колька и улёгся между нами, перебежав сюда из своего укрытия, занятого ранее. — И такое может быть. Может, голема послать с белым флагом?

— Попробую, — отозвался я.

Увы, один из чапиидов едва сумел убежать в укрытие, когда по нему открыли шквальный огонь из нескольких стволов стрелки, укрывшиеся в вагоне.

— Кажется, пятеро стреляют. Три автомата точно и один пулемёт вроде пэка, — сказал Шацкий. — Про последнего не могу ничего сказать, не поймю, из чего лупит… эсвэдэ, может.

— Да эскаэс это! — к дискуссии присоединился кто-то из дружинников, укрывшихся немного впереди за железнодорожной стрелкой.

— Хрен редьки не слаще, — буркнул Сергей. — Может, самим им вставить пару фитилей, а? Лупануть поверх голов и опять парламентёра выслать?

— Давай, попробуем, — вновь сказал я.

По рации Шацкий передал:

— Внимание всем! По две коротких очереди поверху вагона! Только не зацепите тех недоумков.

После его выхода в эфир пошли отзывы от бойцов.

— Понятно.

— Понял.

— По сигналу или как?

И вдруг…

— Сам дебил! — из радиостанции прозвучал незнакомый мужской голос, в котором звучали сильные истеричные нотки. — Кто такие?

— Сам представься, боец, — мигом сориентировавшись, приказал я. — И поживее.

— А то что?!

— Войдём в вагон и надерём задницы, как маленьким детям! — рявкнул я. — Доклад, воин!

— Пошёл ты… сам представься сначала, — зло ответил тот. — Ещё посмотрим кто кому надерёт!

— Вить, не злил бы ты его. Они бог знает сколько, проторчали в этом городе, а тут мы, ткакие борзые нарисовались, — произнёс Шацкий.

— Ой, только ты меня не учи, — скривился я. — Они мне чуть големов не попортили, амулеты посадили, а я с ними вежливо обходиться должен?

— Как знаешь.

— Ай, ладно, — буркнул я, потом нажал тангенту. — Я Виктор Тэрский. Бар… виконт Тэрский и маг. И землянин, как вы. Довольны?

— Маг? Виконт? Ты что нам заливаешь, бляха-муха? — ответил неизвестный.

— Големов видел? Больших с клешнями и ковшом, и маленького, тот, что был с белым флагом?

— Ну, видел и что?

— Я их сделал, — мне уже стало надоедать вести бесцельную беседу, и потому сказал. — Слушай, боец, я не хочу терять время на ненужные уговоры и рассказы. Хочешь всё узнать — бросай оружие и выходи для беседы. Да можешь просто за спину повесить автомат, если с ним тебе спокойнее. Мне уже надоело тут торчать. Ещё не хватало, чтобы на шум подтянулись твари какие. Их не боюсь, но терять время не люблю. Скажу честно — землян здесь мало, процентов девяносто погибло к этому времени, больше всего в первые дни после переноса. Поэтому я хотел бы видеть вас в своём отряде. И мне нужно оружие, патроны к которому вы только что десятками жгли просто так. И что-то одно я получу через десять минут. Или вы выйдете к нам, или я прикажу уничтожить вас вместе с вагоном. Поверь, возможностей у меня полно. Сами убедились, что ваше оружие бесполезно против моих созданий.

— А чё тогда ссыте? — почти заорал собеседник, мне показалось даже, что я услышал его вопль не только по рации, но и со стороны вагона, где он укрывался со своими товарищами. — Иди и возьми…

Тут рация застонала помехами, и связь ненадолго прервалась. Спустя пару минут с нами опять связались со стороны неизвестных автоматчиков, на этот раз голос был другой, и казался постарше.

— Маг или кто ты там. Сейчас один из нас выйдет и пойдёт к тебе. Сделаете какую пакость — пожалеете. Учти, что у нас тут пара тонн боеприпасов, включая снаряды и птуры. Если сдетонирует, то вам по полной достанется. До луны кишки долетят!

— Не пугай ежа голой жопой, — грубовато ответил я. — Шлите своего человека.

Честно — достали. Дорога итак была выматывающая, не столько физически, сколько морально. Давило на душу ожидание неожиданного нападения монстров или иных врагов. А тут кто-то вдруг встал между мной и обнаруженными сокровищами. И потому, если понадобиться, если не хватит терпения, то я смету это препятствие, совсем не побоюсь пролить кровь землян.

— Наш человек выходит.

Я увидел, как открылась дверь вагона, и изнутри по ступенькам ловко спустился на щебеночное покрытие высокий широкоплечий мужчина в российском 'пиксельном' камуфляже и в бандане вместо уставного головного убора. Из оружия у него был только пистолет… хотя, точно не могу сказать, так как вижу кобуру, но не могу понять пустая та или нет.

Когда он подошёл к нам, то мы уже встали и отряхнулись от мусора, налипшего на снаряжение.

— Прапорщик Бетонов, командир караульного взвода охраны грузов, — представился он, вяло козырнув.

— Виктор, виконт Тэрский, — я протянул ему ладонь и тот, на миг замерев, всё же пожал её. — Прапорщик, мы свои, поверь. Из разных городов, с разных уголков страны, но все земляне и главное — русские. Пока иностранцев не встречали.

Тот обвёл взглядом дружинников и покачал головой, по всей видимости, оценив их снаряжение:

— Что-то не похожи.

— А здешний мир — это голимое средневековье, — вместо меня ответил Шацкий. — Мечи и копья со стрелами. А ещё магия и вот против неё автоматы и пулемёты уже не катят.

— А пушки? — набычился тот.

— Против обычных амулетов пушки — это сила, — кивнул Сергей. — Но есть магия и посильнее, которой и пушки ничего не сделают, а вот сами маги легко смешают батарею с землёй одним щелчком пальцев. Вот потому, прапорщик, мы и ходим тут в панцирях, шлемах и с мечами.

— Пф…

— И каждый такой панцирь или шлем покрыт заклинаниями, которые легко отразят очередь из автомата, — в ответ на презрительное фырканье собеседника, усмехнулся воевода. — Ну, и не выделяемся из толпы местных заодно.

'Ну, это он зря, — покачал я головой. — Теперь этот кусок будет знать, что нужно стрелять в лицо, например, или туда, где нет доспехов. Эх, Шацкий, Шацкий'.

— Маскируетесь? Местные не любят чужаков? — задал вопрос прапорщик, зацепившись за последнюю фразу моего товарища.

— Им в большинстве своём всё равно на нас. То, что Витя иной, то есть, иномирянин, не помешало ему получить сначала баронский титул, а потом и титул виконта, — пояснил ему Сергей, потом кивнул на Кольку, внимательно прислушивающегося к разговору. — Вот он сквайр, имеет свой личный замок и несколько сотен крепостных, дружину…

Под перечислением всех этих фактов прапорщик мрачнел и, словно бы поникал всё больше и больше.

— Хватит, понял я уже, как вы все тут хорошо устроились, — оборвал он разливающегося соловьём Шацкого. — Здесь вы зачем, раз и так все в шоколаде? Тут, мать их иху, такие твари бродят, что можно отдать богу душу только взглянув на это страхуилище.

— А затем, прапорщик Бетонов, чтобы от виконта перейти к графу и подтянуть остальных ближников по титулам, — ответил я, постаравшись в тон добавить гордости и внушительности. — И иметь возможность всё это защитить.

— Местные боятся сюда ходить? — прапорщик посмотрел на меня.

— Нет, но пока что они окраины обирают и те места, про которые знают. Сюда же идти куда дольше и сложнее. Мне пришлось построить чуть ли не настоящую дорогу, чтобы пройти сквозь болота и овраги. Хорошо ещё, что нет тут настоящих топей, иначе здесь бы появился уже тогда, когда твой взвод вместе с тобой были бы мертвы.

— Ну, это ещё мы бы посмотрели! — тут же зло оскалился мой собеседник. — Были тут всякие, да только кровью умылись.

— Кто? — заинтересовался я.

— Не знаю кто, ночью было дело. Похожи на людей, быстрые, огнестрельного оружия не было, но мечи или кинжалы мы у них видели. И сами очень быстрые, на мушку хер возьмёшь, — буркнул он. — С десяток их свалили точно, но утром не нашли тел. Это было с неделю назад где-то. Мы подумали, что вы — это они вернулись с подкреплением.

— Понятно. М-да, дела, — покачал я головой, потом добавил. — И зря так думаешь, что выжили бы вы здесь. Все земные города и посёлки притягивают нечисть и всяческую гадость, те, кто остаются жить в них с надеждой на лучшее — погибают. Тут сравнительно неподалёку стоит небольшой посёлок. На момент Переноса выжило очень много людей, но когда мы на днях до них добрались, то встретили нас всего двое, а остальные находились при смерти. Причём, всего их было меньше двух десятков. Так-то вот. Эта девушка не даст соврать, — я указал на Буфину, — она нас встречала в том посёлке.