Михаил Баковец – Лорд 5 (страница 44)

— Ты тоже успокойся! А то ишь ты, разошлась, — одёрнул я её. — Готов выслушать твои предложения. Но только выгодные для меня, учти.

— Для тебя прямая выгода — мои связи и возможности заглянуть в будущее, — резко ответила она мне.

— Я и так знаю своё будущее. И оно лучше твоего в сотни раз. Да и связи у меня есть едва ли сильно хуже твоих. Но даже если и не так, то мне ничего не помешает быстро их наладить. Ведь в отличие от тебя я настоящий маг! — зло усмехнулся я в ответ. — Даю вторую попытку заинтересовать меня.

Прежде чем заговорить, женщина пару минут молчала с каменным выражением на лице и отстранённым взглядом, направленным в окно, за которым уже начинались сумерки.

— Я согласна с тем, что сейчас все козыри у тебя, Киррлис, — медленно произнесла она. — А ещё я очень хочу хотя бы сохранить имеющиеся силы, поэтому согласна почти на всё. Ко всему прочему, твоё будущее и те ресурсы, которые ты используешь, мне сильно импонируют, в отличие от средств и способов, которыми пользуется мясник Жефф. Будь иначе, то я бы пошла на поклон к нему, — она вздохнула, чуть помолчала и продолжила. — Ещё я знаю, что в твоей армии воюют сильные и умелые маги. То есть, ты научился создавать их из обычных людей. Вероятно, есть серьёзные условия для этого, иначе ты создал бы целые отряды из них, — вероятно женщина сейчас подразумевала магов-наёмников, которые отличились в прошлом году в наступлении на Оршу, Лепель и Полоцк. — Их создание точно не связанно с жертвоприношением, я бы такое увидела среди нитей. Они указывают на некие чуждые силы, узнать про которые мне почему-то не по силам, — кажется, я догадываюсь, почему ей такое не по силам. Её куцый искалеченный дар оракула не способен прорвать межмировой барьер, отсюда и отсутствие нужной информации про моих магов. — И на твою личную силу и волю, с помощью которых ты можешь даровать Дар любому своему вассалу. Так вот, за то, чтобы не потерять свои способности, а ещё лучше, чтобы их усилить, я готова предложить тебе многое. Во-первых — свою лояльность, свои связи и свой орден. У меня есть серьёзные связи во Франции, Италии, Чехословакии, Дании, Бельгии, Голландии и Швеции. В Англии, Испании, Польше, Румынии и Венгрии они послабее, но тоже могут пригодиться в ряде случаев. Про Германию, думаю, не стоит говорить. Здесь я знаю и могу очень многое, благодаря своим послушницам, дочерям и жёнам чиновников и аристократов. Также я в курсе, что твои агенты работают с группой заговорщиков против Гитлера и могу им помочь, чтобы покушение и переворот удались. Во-вторых — я расскажу всё, что знаю про Жеффа и его покровителей. Ведь ты так и не сумел найти его? С моей помощью ты легко уничтожишь его без тяжёлых потерь и лишней крови, — она перевела дух, со скрытой надеждой посмотрела на меня и спросила. — Тебя устраивают мои условия?

— В целом да, — подтвердил я. — Только внесу ряд дополнительных условий.

— Хорошо, слушаю, — кивнула она.

— Собственно, оно только одно — ты приносишь мне магическую клятву верности. Если будешь искренней и магия примет твою присягу, то я возьму тебя под свою руку и сделаю магом, — чуть помедлил и добавил. — Настоящим магом, а не тем слабосилком, как ваш чёрный урод, только и имеющий приносить жертвы ради крох Силы.

Та ответила не сразу.

— Мне нужно подумать, чтобы принять такое решение, — наконец, произнесла она. — До этого мне не приходилось идти к кому-то в слуги.

— В слуги? Ты ещё скажи в рабы. Впрочем, мне плевать. В следующий раз наша встреча может состояться не скоро. Сегодня я приехал из-за того, что мне стало любопытно.

И тут она меня удивила.

— Я… хорошо, я согласна, — быстро сказала собеседница.

— О, как, — крякнул Прохор, которого тоже поразило чужое решение. Он, как и я, полагал, что та начнёт набивать себе цену, ломаться или банально возьмёт время на размышления, чтобы ещё что-то узнать обо мне и окончательно определиться: идти или не идти в мои вассалы. По ауре сейчас я мало что мог определить, та бушевала десятками эмоций, которые смешивались между собой и рвали друг друга на части. Сумел понять лишь то, что женщиной сейчас владеет сильный страх. Но чего она боится, не могу даже предположить. Меня? Того, что я уйду и в дальнейшем не захочу с ней общаться? Что-то третье?

— Отлично. Тогда собирай вещи и пошли к моим людям.

— Сколько я могу взять с собой?

— Небольшой чемодан. И обязательно возьми дедовы записи, я хочу их изучить.

— Я поняла. Сейчас всё сделаю.

Марии понадобился час на все сборы. Вещи разместила в двух кожаных саквояжах.

— Прохор, помоги ей, — сказал я товарищу.

Тот недовольно проворчал что-то неразборчивое в ответ. А потом цыкнул на Оршич, когда принимал у неё саквояжи. Потом я активировал большой амулет отвлечения внимания, закрыв им часть сада. Прохор в это время связывался по передатчику с наездниками и объяснял им, куда следует прилететь.

— Это же мифические грифоны?! — в восхищении ахнула Мария, когда увидела наш транспорт. — И такие огромные. Я всегда представляла их меньше, когда читала сказки и мифы.

Я только хмыкнул в ответ. Клятву у неё решил взять позже, так как не знал, как отреагирует печать от связи с Источником. Лучше подождать пока та не ослабнет или совсем не исчезнет. С ломкой из-за нехватки маны я справлюсь, такое в академии изучал. Не конкретно подобный случай, просто похожее.

Стоило мне вернуться обратно в Юррдурэ-Хак, как получил ряд новостей. И не все они были хорошими. Впрочем, и сильно плохими их тоже назвать не стоит.

— Русские собираются в феврале разгромить демьянский котёл. У них освободились силы после деблокады Ленинграда, — сообщил мне Тишин на вечернем, практически ночном совещании. — Под это наступление они планируют хорошо закупиться у тебя амулетами. А ещё попросить их в долг или даже в подарок.

— Ну-ну, — покачал я головой, — мне бы ещё кто их подарил. Что ещё?

— Хрущёв погиб. Выезжал в Ленинград, прокатился по немецким позициям и бывшей линии окружения. И там подорвался на мощной мине или авиабомбе.

Хрущёв был один из подкупленных советских высших чиновников. Этот человек невероятно любил власть и был удивительно изворотливым и способным влезть к любому в доверие. Ради того, чтобы подняться на очередную ступеньку пирамиды власти, он лебезил, заискивал и по-всякому унижался перед вышестоящими людьми. А потом безжалостно от них избавлялся, когда те становились ненужными и ниже его в вертикали власти. В далёком или не очень будущем он мог стать моим вассалом и с моей помощью забрать власть в СССР.

— М-да, неприятно. Подрыв случайный или нет? У него должен был быть при себе защитный амулет.

— Даже два. Наш и от Баранкина. Оба не спасли, — развёл руками Алексей. — Пока выясняем, что произошло. На первый взгляд это трагическая случайность Московские следователи землю носом роют, собираются использовать магию. Швиц интересовался насчёт приезда пары человек, чтобы они посетили ясновидящую.

— Она ещё здесь? — слегка удивился я.

— Да.

— Тогда пусть приезжают.

Это было самое важное из случившегося у союзников. Попрощавшись с соратниками, я засел в своей комнате с записями деда Марии Оршич. До утра я сумел их бегло пролистать. Вернее, те из них, которые были переведены на немецкий. Кое-что нашёл полезное для себя. И среди этого кое-чего один ритуал мог мне сильно помочь с возвращением. Проведя ритуал со своей кровью, я получу особый амулет-компас для пространственной магии. В дальнейшем этот амулет нужно использовать для создания межмирового портала. Вероятность открыть его туда куда нужно, очень высока. Да и если с первого раза ничего не выйдет, то всегда можно повторить ритуал. Он дорогой и сложный лишь для простого мага. Мне же всё по карману и плечу. С недавних пор.

Глава 18

После прорыва блокады Ленинграда и взятия в плен крупных сил гитлеровцев в размере нескольких десятков тысяч человек, командование обратило свой взор на Демянский «котёл», где сидели в окружении почти двенадцать дивизий. До успешного удара Красной Армии под Ленинградом, окружённые получали стабильную помощь по воздуху: силы люфтваффе создали воздушный мост, по которому в одну сторону шли продукты и боеприпасы, а в другую раненые, больные и обмороженные. Также окружённые получали помощь по узкой дороге, связывающей Демянск и Старую Русу. Дорога, к слову, была построена самими гитлеровцами для помощи своим солдатам. И она же, дорога, превратила на время «котёл» в «мешок».

Но с появлением соколов-оборотней ситуация кардинально изменилась. Сначала в течение одних суток бойцы НКВД, прошедшие перерождение в белорусском магическом конклаве, уничтожили до трёх десятков транспортников в воздухе, которые везли припасы в «котёл». А затем в течение недели провели несколько диверсий на гитлеровских аэродромах, с которых поднимались транспортные самолёты. После этого не просто был разрушен воздушный мост для окружённых, но и надолго прекращены налёты и бомбардировки советских позиций. После этого среди определённой части военнослужащих РККА и НКВД стала гулять шутка, что лучшее ПВО — это отделение оборотней на вражеском аэродроме.

В это же время была перерезана дорога, что вновь вернуло немцев в «котёл».