Михаил Баковец – Лорд 3 (страница 21)

— Господин Киррлис, — он уважительно поклонился, приложив обе ладони к левой стороне груди, — прошу простить меня за то, что посмел побеспокоить вас…

— Ближе к делу, Гнарг, — прервал я его. — Времени у меня не просто мало, его вообще нет.

— Я смею попросить вас об одном одолжении. Оно для вас выгоднее, чем для меня, — вновь поклонился он.

Я вздохнул, мысленно пожелал встретиться шоульцу в тёмном переулке с парочкой инкубов с извращёнными даже для демонов желаниями, после чего отступил в сторону, пропуская гостя в дом.

— Что у тебя?

— Я, — небольшая заминка, причём, что характерно, она точно была инстинктивной, а не сделанной машинально, что показывало сильное волнение собеседника, — я хочу попросить вас разорвать наш договор и заключить новый.

Я нахмурился и едва сдержался, чтобы не взорваться. Нет, ну каков наглец?

— Понимаю, что это крайне невежливо с моей стороны, но я готов предложить неустойку за такой мой проступок, — торопливо сказал шоулец, правильно истолковав моё молчание. — У меня есть одноразовый портальный амулет. Действие около часа, расстояние порядка десяти конных переходов, размер портальной арки в два человеческих роста. Амулетом может воспользоваться любой маг или разумный с зачатками магии.

— Удивил, Гнарг, — медленно произнёс я, мгновенно остывая и заинтересовавшись чужими словами. — И заинтересовал. В принципе, я не вижу особых препятствий, чтобы отпустить тебя с отрядом со своей службы. Но хотелось бы сначала услышать, что за новый договор между нами ты хочешь заключить?

А хотел шоулец ни много, ни мало, а почти равноправного союза и возможности пользоваться торговыми, и не только, зданиями моей Цитадели. В первую очередь магическими лавками и Трактиром. А если в последнем заработает нормально переход из мира в мир, то Гнарг будет счастлив до слез. Также он хотел, чтобы я в ближайшие несколько лет «раскрыл» энергоканалы в том районе, где собираются обосноваться наёмники. А самым главным было вот что: шоульцы решили перебраться в Африку! Хитрые иномиряне в считанные дни узнали про Землю очень многое. А про «чёрный» континент им Маша рассказала. Копнув чуть глубже, шоульцы узнали, что на далёком жарком континенте местами до сих пор существует родоплеменной строй, шаманы пользуются непререкаемым авторитетом, а право силы превалирует над всем прочим. Гнарг честно сказал, что хочет захватить небольшое африканское государство из тех, где уже не пользуются копьями, но ещё не вступили на цивилизованный путь. Наёмники в тех краях легко сойдут за своих и без амулетов личины. Непривычную форму ушей легко можно списать на семейное генетическое отклонение, выдав себя за родственников. Или за племенной признак, ведь с учётом сотен племён где-то что-то могло быть не только с ушами.

— Я согласен, Гнарг, — ответил я собеседнику, когда он смолк. — Но этим делом займёмся завтра ближе к вечеру, не раньше.

— Разумеется, господин Киррлис. Я готов ждать столько, сколько потребуется, — наёмник встал с табурета и отвесил мне очередной поклон. Шоульцы и те, кто пришёл с Гаем из иного мира, единственные кланялись мне. У Озерова подобное вызывало раздражение. Впрочем, его он не показывал ни словом, ни жестом. Выдавала аура.

«Эх, отвыкать я стал от такого отношения, — подумал я про себя, смотря на кланяющегося Гнарга. — А ведь прошло где-то полгода с того момента, когда мне это было привычно, как дышать».

Если подвести итог, то Гнарг единственный из всех тех, с кем я сегодня общался, принёс мне заряд хорошего настроения. Да, я теряю отряд отличных воинов с неплохим снаряжением (оно точно на голову выше тех поделок, которыми приходится довольствоваться мне и моим людям), но портальный амулет эту потерю перекрывает с лихвой. Остаётся только придумать, как правильно им воспользоваться. Например, задействовать его в ближайшее время, когда немцы вновь решат пригнать орудия к моему лесу и провести артналёт.

— Хотя… хотя… — совсем тихо пробормотал я под нос, — нет, это слишком неэкономное использование для такой ценной вещи. Ладно, придумаю что-нибудь потом.

После посещения Гнарга мысли мои крутились вокруг чего угодно, но только не вокруг работы с матрицей. Помучавшись с час, я плюнул на это дело, после чего оделся и вышел на улицу. Из-за угла немедленно вышел один волколак, а с пня у стены рядом с дверью поднялся второй.

— И не надоело вам, — покачал я головой.

— Положено, — тут же ответил один из них, явно старший в паре.

— Кем?

— Э-э, ну, вообще так положено, — смешался тот. — Служба такая!

Я только головой покачал и больше не обращал внимания на оборотней. Путь мой лёг в сторону взлётной полосы. Когда я оказался на месте, то увидел, что работа там кипела вовсю. Часть воронок была уже засыпана, поваленные деревья, почти все обломки стволов и крупные сучья, выброшенные на полосу взрывами, убраны. Удивило присутствие Марии и Берты на месте работ. Кроме них там скучали ещё два беролака, но эти парни были охранниками, не больше.

— Ой, Киррлис, а ты что сюда пришёл? — воскликнула моя знакомая, а потом заволновалась. — Случилось что-то?

— Нет, всё в порядке, — я отрицательно мотнул головой. — Просто так решил заскочить, глянуть, что тут и как. А вы?

— А я Берте показываю всё и рассказываю про фей.

— Понятно.

Тут вмешалась в нашу беседу новенькая.

— Извините, а можно вас спросить? — обратилась она ко мне.

— Да?

— А можно стать одной из них? — она указала на порхающих фей.

— Не, никак нельзя.

— Жа-аль, — протянула она и грустным взглядом посмотрела на летающих крох.

— Ты чего? Ты же хотела же стать грифоньей наездницей?! — толкнула её в бок Мария.

— Я сейчас посмотрела них, как они дружно всё делают, веселятся, и захотела оказаться среди них, — тихо произнесла её подруга.

На это Мария не нашла, что сказать. Вместо слов крепко обняла девушку.

Феи заканчивали работу уже ночью. Результат был выше всяческих похвал. Пожалуй, сюда бы без проблем сел и потом взлетел такой же немецкий лёгкий транспортник, как тот, на котором недавно доставили семьи моих подчинённых. К слову, тот самолёт уже давно был разобран и отправлен в Очаг. Пилоты с него живут во втором лагере под неявным присмотром. Озеров просил оставить их с его группой, но я решил по-другому.

В два ночи прилетел знакомый маленький самолёт с двухместной открытой кабиной. С места штурмана выбрался знакомый лейтенант, который ранее доставил ящик с золотом и драгоценными камнями, а потом улетел с амулетами. Вот и в этот раз он с трудом выволок из кабины железный ящик с печатями и замками, который принял у него Озеров.

— В Москве решили принять ваше предложение по захвату складу с боеприпасами, — чуть позже сообщил мне военинженер.

«Надо же — предложение, — с сарказмом подумал я, услышав его слова. — Не план. Будто я у них советником подрабатываю», — а вслух произнёс. — Я рад. Правильно понимаю, что в ящике деньги на рунные камни?

— В основном, — он кивнул, подтверждая мою догадку. — Ещё нужно будет купить таких же амулетов, как в прошлый раз.

— Я не против. Но для выполнения моего плана со складом эти амулеты должны идти по остаточному принципу. Если ты хочешь сначала купить их, а на оставшееся золото рунные камни, то ничего хорошего из этого не выйдет. Ко всему прочему нужны будут маскировочные амулеты, чтобы скрыть склад от взглядов, особенно сверху, с неба.

Тот сморщился на мгновение. Явно мои слова не пришлись ему по вкусу.

— Глупо спорить в вещах, в которых вы лучше моего разбираетесь, товарищ Киррлис, — ответил он мне. — Я согласен, пусть так и будет.

*****

В кабинете главы СССР находились двое. Это был сам хозяин кабинета и его правая рука — нарком внутренних дел. Оба были заняты внимательным изучением бумаг, хранящихся в нескольких толстых папках с пометками, сообщающими про их исключительную важность. Спустя некоторое время Сталин оторвался от чтения, медленно набил трубку, раскурил её, сделал несколько затяжек, после чего задумчиво сказал:

— А не поторопились мы с расстрелом товарища Агранова? Как считаешь, Лаврентий?

Тот данный вопрос ждал с того самого момента, как принёс сюда из архива документацию по двум экспедициям на Тибет, которые организовал ныне покойный Яков Саулович, некогда второй человек в наркомате внутренних дел, а многими считавшийся первым, практически серым кардиналом НКВД.

— Нет, Иосиф Виссарионович, не поторопились, — твёрдо произнёс Берия. Ему хотелось лишь добавить, что с расстрелом жены Агранова Сталин поторопился, но не стал. Женщину это не вернёт, а вот сам Берия мог заработать недовольство собеседника.

— Он мог спрятать часть документации? — задал новый вопрос Сталин.

— Мог. Я уже создал группу, которая занялась поиском свидетелей и участников тех походов.

— Сколько шансов, что между поисками Агранова и Киррлисом есть связь?

На этот раз Лаврентий ответил не сразу, взяв пару минут на обдумывание и ещё раз прогоняя в голове те данные, что он помнил сам и недавно узнал из архивных документов.

— Я считаю, что никаких, — наконец, он сказал. — Есть вероятность, что этот монгольский, — он выделил тоном слово, — шаман связан с немцами. Недаром он их так ненавидит.

— Ты считаешь? — Сталин внимательно посмотрел на него.

— Это одна из версий. Основная на данный момент считается та, по которой Киррлис обычный беглец из, — тут нарком грозного ведомства запнулся, так как до сих пор не мог внутренне принять данный факт, — другого мира. На эту версию работает факт появления на базе шамана более чем двух сотен людей, которые выглядят чужими у нас. По словам моих людей, они будто из средневековья пришли. Их язык не похож ни на один из самых распространённых в Европе, Азии и обеих Америках. Одежда грубая, явно пошитая ручным способом, для них в диковинку многие вещи, которые просто не могут не быть даже в самом глухом уголке на планете. Взгляд на отношения между окружающими натуральный феодальный, для них подобное абсолютно нормально.