Михаил Антонов – Джун Колдун (страница 14)

— Бери, братан, даром отдаю! — кричит он, и голос его тонет в общем гуле.

Между рядами протискиваются покупатели — кто-то копается в коробке с потрёпанными книгами, кто-то примеряет дублёнку с оторванной пуговицей. Девушка в ярко-розовой шапке торгуется за фарфоровую фигурку.

А над всем этим — запахи: палёный пластик, сладковатый дымок от жаровни с шашлыком, резкий аромат старого дерева и металла. Где-то играет музыка — то ли из колонки раздолбанного магнитофона, то ли из чьего-то телефона.

В дальнем углу, где тени от палаток сливаются в сизую дымку, пристроился старик с лотком антикварных безделушек. Его товар: потёртые медали, часы с остановившимися стрелками, потрескавшиеся фотографии незнакомых людей в строгих костюмах. Он молча курит, выпуская сизые кольца в морозный воздух, и кажется, что сам он — часть этого развала, вещь среди вещей.

Рядом — лавка электронного хлама. Горы проводов, как спутанные кишечники, вываливаются из картонных коробок. Старые мобильники с зелёными монохромными экранами, сканеры непонятного назначения, видеомагнитофоны, которые теперь разве что в музей. Паренёк в рваной куртке тщательно проверяет какую-то плату, тыча в неё щупом мультиметра.

— Работает? — интересуется прохожий, кивая на древний ноутбук с отклеившейся клавиатурой.

— А ты как думаешь? — хрипло смеётся продавец. — Зато дёшево!

А рядом уже ждёт следующий покупатель — мужчина в очках с толстыми линзами, который придирчиво осматривает старый фотоаппарат «Зенит».

— Плёнка ещё есть в продаже? — спрашивает он.

— Да кому она сейчас нужна? — отмахивается торговец.

Мне приглянулся повреждённый рог лося: его плоскость была в трещинах и следах клея, из семи роговых отростков два были отломаны. А заинтересовал меня комель рога — из него вышла бы отличная рукоять ножа.

— По чём? — указал я продавцу на рог.

— Тысяча.

— За пятьсот заберу.

— А, забирай.

Передал купюру продавцу, сунул рог подмышку, пошёл по ряду дальше. У одного старичка приобрёл ещё пару советских напильников, три полотна для ножовки по металлу и медный пруток круглого сечения диаметром в десять миллиметров. Сам пруток был небольшой — сантиметров двадцать в длину.

Следующим по плану у меня было посещение магазина «Мир инструментов».

За стеклянной дверью, украшенной наклейками с молотками и шурупами, открывается просторное царство мастерства. Воздух здесь пахнет свежей древесиной, металлом и едва уловимым запахом машинного масла.

Под высокими стеллажами, заставленными коробками с дрелями, шуруповёртами и болгарками, ровными рядами выстроились ящики с ручными инструментами: молотки с блестящими бойками, стамески с острыми лезвиями, наборы гаечных ключей, сверкающие хромированными гранями.

На центральном стенде — электрические инструменты всех мастей: от компактных шлифмашин до мощных перфораторов, готовых крушить бетон. Их корпуса — яркие пятна в монохроме металла: жёлтые «ДеВольты», синие «Боши», красные «Макиты». На некоторых ценниках красуются стикеры «Акция» или «Хит продаж».

В углу притаился стенд с расходниками: свёрла, диски, биты, наждачная бумага разных зернистостей — всё, что может понадобиться в самый неожиданный момент. Рядом — стойка с перчатками, очками и респираторами, напоминающая, что даже в ручном труде безопасность важнее всего.

Ко мне подошёл продавец-консультант, которому я сообщил, что мне необходимо приобрести небольшой сверлильный станок с набором свёрл, дремель и инструмент для формирования заклёпок. Продавец без лишних слов показал мне всё, что меня интересовало.

Особенно меня заинтересовали:

— Чекан — разновидность слесарного зубила с плоской рабочей частью. Применяется для придания реализованному клёпкой соединению герметичности.

— Обжимка — стержень, на рабочей части которого проделано углубление. Используется для придания замыкающей головке требуемой конфигурации: по плоскому торцу обжимки наносятся удары молотком.

Также я приобрёл литровую канистру машинного масла в жестяной банке. Поблагодарил продавца-консультанта, расплатился и поехал домой. Война войной, а обед по расписанию.

После обеда я с нетерпением направился в гараж, где планировал сделать новый нож. Предыдущий меня не устраивал из-за варианта охлаждения при закалке. Мне всё больше нравится гараж: он потихоньку обживается, появляются инструменты и мебель. Вот бы ещё решить вопрос с отоплением — тогда вообще красота будет!

Разжёг горн, выбрал ненужный напильник и положил его на раскалённые угли. Щипцами достал докрасна раскалённый металл и поместил в ведро с золой от предыдущих использований горна. Пока он остывал и снималось напряжение металла, дремелем вырезал окошко в боковой части банки с маслом во всю длину. Поставил её поближе к горну для нагрева.

Остывший напильник достал из золы и снова поместил в горн. Когда заготовка стала вишнёво-красной, начал неспешно её расковывать — бил плашмя, аккуратно, но сильно, периодически подогревая. Форма второго ножа после обточки и шлифовки мне понравилась больше. Закалка прошла удачно, если не считать вспышки огня при опускании клинка в масло. Клинок не повело.

Отпуск проводил в горне, тщательно отслеживая цвет металла. Отпилил ножовкой комель рога, закрепил в тисках и, стараясь соблюдать центр, распилил вдоль на две половинки. Приложил к ножу — рукоять получилась толстоватой. Подточил плоскости, примерил — теперь отлично лежит в руке.

Вставил в патрон сверлильного станка сверло на 10 миллиметров, просверлил в хвостовике три отверстия. Приложил сначала левую костяную накладку, отметил отверстия, затем то же самое сделал с правой. Отпилил от медного прутка три кусочка по 4,5 сантиметра, вставил их в хвостовик, насадил накладки — сели туго, плотно.

Слегка осадил заклёпки молоточком для фиксации, закрепил в тисках и уже от души обработал сначала чеканом, затем обжимкой. Рукоять ножа была готова.

Нож лежал в руке как влитой: лезвие длиной 12 сантиметров, ширина — 5 сантиметров, толщина обуха — 4–5 миллиметров. Классный нож, очень мне нравится! Вот бы его отполировать…

Взглянул на часы: 15:24. «А почему бы и нет? Успеваю сгонять в „Мир инструментов“ и приобрести заточной станок, полировальный круг к нему и пасту».

Глава 8

8

Это состояние, когда я реализую свои замыслы сразу, начинает мне нравиться. Я не то чтобы нерешительный — в моих правилах всегда было: просчитать действие, предположить противодействие, взвесить плюсы и минусы. А тут — вот как задумал, сделал, и вроде получается.

Из внутреннего кармана я достал телефон и набрал номер ювелира-частника из объявления, заранее сохранённого на телефоне. Но я не решался по нему звонить — всё обдумывал, взвешивал, про себя проговаривал диалог, подбирал слова, опасаясь обмана со стороны условного «старого еврея-афериста». Однако мне ответил достаточно молодой мужской голос.

— Здравствуйте, звоню по объявлению.

— Да, здравствуйте. Что вас интересует?

— Вы можете изготовить серебряный браслет с четырьмя крупными янтарями на мужскую руку?

— Могу, но по телефону детали не обсудим. Нужно встретиться.

— Не вопрос. Сейчас я свободен и могу подъехать. Куда скажете?

Ювелир по имени Станислав оказался молодым парнем — высоким блондином с очень располагающей внешностью. Не знаю почему, но у меня сложилось впечатление, что он по национальности белорус. Он назвал адрес, и через полчаса я был у него.

Станислав поразил меня своим подходом к работе: за то время, пока я добирался, он подготовил три эскиза браслета. Первый и третий я отложил — они были слишком утончённые, даже изящные. Второй вариант понравился больше: массивный браслет с четырьмя прямоугольными секциями на шарнирах, в каждой — вставка из янтаря.

Ювелир пояснил, что изделие сначала зачернят, а потом отполируют, и выглядеть оно будет великолепно. Я согласился, но попросил установить янтарь так, чтобы он касался кожи — то есть камень не приклеен, а вмонтирован в браслет. Станислав не возражал и заверил, что материалы есть в наличии, а изготовление много времени не займёт.

— Станислав, сколько возьмёшь за материалы и работу? Извини, конечно, за вопрос: до завтра сделать сможешь?

— 12 тысяч рублей.

— Хорошо. А завтра смогу забрать браслет?

— Сложно, конечно, но если постараться — сделаю.

— Понял. За сложность и старание пятёрки хватит? Очень нужно…

— Сделаю.

— А второй такой же?

— Второй точно не успею, да и материал докупить придётся.

— Хорошо, второй не срочно, но тоже нужен. Десять предоплату оставлю, устроит?

— Да, хорошо.

Мне показалось, что Станислав смутился под моим напором. Хороший парень. Я оставил деньги, распрощался и решил, не откладывая, разобраться со следующим вопросом.

Расул — неплохой поставщик, но альтернатива тоже нужна. Бросилось в глаза объявление о продаже овец и баранов. Автор — Ольга. Пусть будет Ольга.

— Алло, здравствуйте, звоню по объявлению.

— Да, слушаю вас.

— Я хотел бы купить трёх овец.

— Не вижу препятствий. Вес, возраст, цвет?

— Ну, не знаю… Я есть их собирался. По мяснее, что ли.

— Понятно. Приезжайте — обсудим.

— А можно доставку оформить на завтра, часов к семи вечера?