Михаил Алексеев – Решающий выбор (страница 42)

После переезда по проселочной дороге дошли до местечка Лихнувки – Други и повернули на север прямо по полям. Через десять километров впереди разгорелся серьезный бой. Сергей при тусклом свете синей лампочки всмотрелся в карту. «Ага! Это в районе моста через Линово. Наверняка там подготовленная оборона плюс проходящие колонны. Это полоса обороны 134-го полка, и они ее зачищать будут по полной программе. Им там потом обороняться. А мы идем дальше».

Место боя их полк обогнул восточнее, заодно, сделав десятиминутную остановку, помог огнем заслону 134-го полка, который на шоссе атаковала немецкая колонна от Тигенхофа.

Разогнав атакующих, двинулись дальше и через сорок минут подошли к Тигенорту. В городке шел бой. Небольшой гарнизон плюс колонны с востока, стремящиеся к мостам через каналы. Здесь уже была полоса обороны их полка, поэтому батальонные колонны разошлись по своим маршрутам. Первый МСБ, подразделения обеспечения занимали городок. Остальные подразделения полка двигались колонной на Штееген. В Штеегене повторилось то же, что было в Тигенорте. Между городками было меньше четырех километров, и появление наших подразделений неожиданным быть не могло. К тому же уже начало светать. Поэтому за два километра до Штеегена 3-й МСБ развернулся в боевой порядок и атаковал городок. В тылу у него стал артдивизион, поддерживая огнем мотострелков. Танковый батальон атаковал западную окраину соседнего Штуттгофа, закрывая дорогу отступающим немцам на запад.

Но через два часа, уже утром, загремело восточнее Штуттгофа.

Через пятнадцать минут командиров рот к себе вызвал комбат. Кроме ротных, у танка комбата стояли командиры других подразделений полка.

– Товарищи офицеры! Как вы уже поняли, восточнее нас, а именно в районе Боденвинкель, занимает позиции полк 2-й МСД. А между нами и ними в Штуттгофе сидят немцы, отрезанные с запада и востока. Частично, как докладывают наблюдатели, разбегаются из города на юг. В основном беженцы, но есть и отдельные солдаты, и мелкие подразделения. Также туда отошла уцелевшая часть подразделения охраны концлагеря, расположенного южнее города. Иметь в своем тылу немецкий гарнизон ни мы, ни соседи позволить не можем. Поэтому слушай боевой приказ!

Противник неустановленной численности занимает оборону в населенном пункте Штуттгоф. Нашему батальону приказано очистить Штуттгоф и уничтожить гарнизон. Одновременно с нами Штуттгоф будет атакован с востока танковым батальоном 1-го МСП 2-й Гвардейской МСД, с юга – танковым и мотострелковым батальонами танкового полка дивизии. Частоты для организации взаимодействия по радио получите у начальника связи батальона. В качестве усиления нам придаются разведрота, саперная рота полка и батарея зенитных автоматов.

Полоса наступления батальона – берег моря – левый берег Вислы Кролевицкой. Линия разграничения со 2-й МСД – улица Морская, улица Залива, далее Данцигская – с севера на юг. Для нас она исключительна. Это зона действий соседей.

Первая рота! От канала до Данцигской улицы. Так как, Смирнов, тебе придется атаковать, имея застройку по фронту и слева, зенитную батарею передаю тебе.

Вторая рота! Границы – улица Данцигская – улица Обозная.

Третья рота! От моря до Морской улицы.

Командиру разведроты! Выделить два взвода первой роте! Командиру саперной – два взвода второй. Ну, и оставшиеся взводы – третьей роте.

Обращаю внимание на особенности организации боя и взаимодействия между подразделениями, пехотой и танками в городе. Начало атаки через час по сигналу красной ракеты. Сейчас всем готовиться, проверить связь, распределить технику и личный состав. Вопросы есть?

После уточнения мелочей все разошлись по подразделениям. Как раз к концу построения личного состава роты, на котором Смирнов ставил задачу, подошли два взвода разведроты. Тут же сформировали шесть боевых групп – четыре по два танка и отделению разведчиков, и две – по одному танку, отделению пехотного прикрытия и по два зенитных автомата.

После этого Смирнов уточнил для всех порядок действий штурмовых групп:

– Танки, там, где в группе два танка, двигаются «елочкой», страхуя друг друга. БТР идет последним и контролирует верхние этажи и крыши. Пехота – окна домов и особенно подвальных помещений. Ваша задача: не дать работать фаустникам. В группах с одним танком и зенитчиками последние контролируют верхние этажи. Танк – улицу. БТР поддерживает пехоту. У пехоты задача одинаковая. Это в городе. До города следуете за броней ваших танков. Для вас начало действий – моя зеленая ракета. До нее – остаетесь вместе с зенитчиками на исходных. Если все понятно, разойдись!

Через час по ракете двинулись. Не доезжая примерно километр до окраин города, танки стали маневрировать в поле, пытаясь вызвать огонь артиллерии. Пехота, БТР и зенитчики остались на исходных, в полутора километрах от окраин Штуттгофа. После десяти минут маневрирования на виду противника и отсутствия реакции Смирнов дал своему механику команду укрыться в лощине, расположенной метрах в ста правее его позиции. Спустившись, Сергей выбрался на башню танка и в бинокль осмотрел окраину городка. Не увидел ничего заслуживающего внимания. Перевел взгляд вправо, за канал. Там в сторону моста на южной окраине, как на учениях, двигался ровной линией танковый батальон «тридцатьчетверок», линия бронетранспортеров и такая же ровная цепь мотострелков. Оттуда слышались звуки стрельбы, в основном из стрелкового оружия. Только иногда один из танков делал короткую остановку и из его ствола вылетал клуб дыма, быстро развеваемый ветром. Звук выстрела танковой пушки доносился, когда танк уже снова трогался. Судя по темпу стрельбы и тому, что пехота идет в полный рост, Смирнов сделал вывод, что скорей всего стреляют для поддержания бодрости по предполагаемым опасным местам.

Слева вторая рота уже подошла к окраине городка. Оттуда также была слышна вялая стрельба. Правее его позиции он увидел вышки и бараки концлагеря. В бинокль было видно, как там уже разворачивается дивизионный медсанбат. По слухам, дошедшим до него, в лагере содержалось несколько десятков тысяч пленников, в основном польских евреев. Сейчас там оставалось в живых около десяти тысяч человек, и всем им была необходима медицинская помощь. Поэтому комдив и распорядился разместить медсанбат именно там.

– Внимание, рота! Ждем подхода пехотного прикрытия и усиления и действуем по своим направлениям. Как поняли? Прием!

Пока командиры взводов докладывали о готовности, Сергей высунул в открытый люк руку с ракетницей и запустил в небо зеленую ракету.

Пехота и зенитчики прибыли через пять минут. Пехота сбилась кучками за своими танками, а зенитные установки и БТР замерли метрах в ста позади.

– Рота! Вперед! – дал команду Смирнов, еще раз осматривая в перископ окраину.

Все оказалось проще, чем думали. В городке был гарнизон, скорее комендатура, состоящий всего из взвода фольксштурма в возрасте до шестнадцати и после шестидесяти лет. Кроме того, в городке оказались заперты две колонны с ранеными, эвакуирующиеся из Кенигсберга, и человек двести легкораненых, водителей грузовиков, тыловиков и прочего сброда, спасающегося с фронта. И все со стрелковым оружием, в основном с винтовками и карабинами. Даже пулеметов не было. Все тяжелое оружие оставлялось на фронте. Наиболее опытные и решительные погибли ранним утром при попытке атаковать противника, перехватившего дорогу в тыл, неправильно оценив его силы.

Нет! Белый флаг они не подняли. И даже пытались сопротивляться. По крайней мере против их батальона пытались три раза применить фаустпатроны. Но безуспешно и со смертельным исходом для пытавшихся.

Самое сложное оказалось – это перетрясти весь городок в поисках спрятавшихся. Потом определиться с примерно пятью сотнями пленных. Тут пригодился опыт Смирнова. Он подсказал комбату, тот в свою очередь комполка – и пленных задействовали на рытье траншей.

Раненых оставили в Штуттгофе, поручив старшим колонн и местному бургомистру разместить их и обеспечить уход и питание, насколько это возможно в данных условиях.

После этого батальон сосредоточился на восточной окраине Штеегена. Там дозаправились, пополнили боезапас, и рота выдвинулась на западные окраины городка. Вторая и третья роты выступили на усиление второго и третьего МСБ.

Смирнов указал позиции взводов. Свой танк и первый взвод поставил в засаду во дворах, контролируя дорогу Штееген – Юнкеракер, второй взвод встал на юго-западной окраине, обеспечивая фланговый огонь перед линией обороны пехоты. Третий взвод, усиленный одним танком второго, ушел в засаду на узкоколейку и просеку, расположенную между городком и морским побережьем. Организовав охранение, Смирнов разрешил личному составу отдохнуть. Позади была бессонная ночь, многокилометровый марш и пусть небольшой, но бой, стоивший немалых нервов.

Сергей неодобрительно посмотрел на низкое пасмурное небо и пошел на позиции мотострелков, посмотреть поле боя и представиться командиру батальона, который ему поручено поддерживать. Организовать, так сказать, взаимодействие. Ему не нравилось, что погода не даст возможности работать авиации, следовательно, никто не знает, что там творится западнее, на берегах Вислы. А ситуация такова, что немцы атаковать будут непременно. И нелетная погода им в данном случае в плюс. Неизвестно, когда и какими силами, но, исходя из условий местности, можно уверенно предположить, что бить будут здесь. Поэтому нужно посмотреть, что собой представляет поле будущего боя.