Мигель Severo – Планета Афон. Крестный Ход (страница 21)
И это только вершина айсберга!
А сколько нужно выплавить первоклассной стали, привезти её, а перед этим добыть руду, обогатить. Ведь в броневой стали несколько компонентов, таки все их тоже нужно добыть за Полярным кругом. Посчитай, сколько люди недополучили элементарных ножей, минитракторов, инвентаря, тех же кастрюль, которые по сей день покупаем в Китае и Корее за валюту?
А кто её зарабатывал? Ахромеев или интердевочки в «Метрополе»? И всё только потому, что миллионы тонн первоклассной стали, меди, молибдена и алюминия ушли в металлолом!
Вот и посчитай, что выгоднее? Заниматься Сизифовым трудом или, скажем, платить тем же рабочим половину их заработка, но чтобы они не работали, а занимались полезным делом? Шли на стройки, водителями, в ЖКХ, в фермеры, наконец…
Но у населения на генном уровне выхолостили всякое желание заниматься предпринимательством!
Алексей Семёнович сходу так и не нашёл, чем мне возразить. Самое неблагодарное дело – скрепя сердце, вытаскивать себя из-под обломков собственных иллюзий.
Правда – странная штука. Сначала тратишь кучу времени, чтобы её узнать, потом всю оставшуюся жизнь, чтобы забыть.
Казалось бы, зачем военному человеку вникать в тонкости экономики, если он на всём готовом? Посему в финансовых вопросах ветеран был подкован лишь на полтора копыта и то халтурно. Сразу видно, что в жизни своей он не сталкивался с этими проблемами, всё поручал помощникам, а в семье всем заправляла жена. И напрасно!
Потому что никогда не станешь настоящим хозяином не только своей земли, но и даже своего собственнго дома, если в экономике разбираешься не намного лучше, чем последняя дворняга в колбасных обрезках.
Потому и семьи в нашей стране не намного качественнее, чем советские автомобили по сравнению с теми же немецкими или японскими. А нет крепкой семьи – нет и крепкой державы! Тут и доказывать ничего не нужно. Это аксиома…
За окном начали понемногу мелькать признаки цивилизации, и поезд стал слегка замедлять ход, что могло означать лишь приближение к крупной станции. В Северной Таврии таковой являлся, пожалуй, только Мелитополь, остальное пространство занимал природный заповедник Аскания Нова.
Кто уж там водился в этих заповедных краях, знает исключительно Красная Книга, написанная на україньской мове.
Но это не для меня. Если соединится когда-нибудь Новороссия со своей Альма-матер, то Красную Книгу перепишут по-русски, нет – тема закрыта. Медведь свинье не товарищ!
Вот уже наша красавица-проводница Светлана прошелестела идеальными формами в направлении отхожего места, стало быть, стоянка ожидается не шуточная. Продолжительная.
Несколько особо нетерпеливых громадян Незалэжной, подхватив баулы и тюки, неспешно потянулись к выходу. Света тщательнейшим образом стала собирать казённый инвентарь, даря направо и налево свою мраморно-ослепительную улыбку.
Зацепив взглядом наш отсек, она стрельнула очами по моей фиксе, которая блеснула в лучах солнца как маяк на мысе Доброй Надежды. Ответив улыбкой на мой оскал, Света подхватила наши подстаканники, при этом не забыв поинтересоваться о нашем желании повторить.
– Обязательно! – ваш покорный не мог отказать такой очаровашке. – Только гульнём малость и что-нибудь прикупим. Стоянка долгая в Мелитополе?
– Да, больше получаса. Так что успеете проветриться, – и Света снова подарила улыбку.
Вот уже нарисовалась вереница станционных построек, колёса заскрежетали на стрелках, и нашему любопытному взору предстало невысокое, до зѣла уютное здание вокзала.
Отъезжающие пассажиры скучковались возле нашего вагона, значит, контингент поменяется минимум вполовину. Действительно, очередь к выходу выстроилась во весь проход. Нам с Семёнычем спешить было некуда, и мы спокойно оставались на своих местах до полной выгрузки местного электората.
Светлана бойко пробилась к выходу, и когда скрип тормозов обозначил прибытие на станцию Мелитополь, в не по уставу короткой форменной юбчонке грациозно спустилась на перрон, оголив по самые 90-60-90 свои точёные нижние конечности.
Белоснежная, хрустяще накрахмаленная форменная блузка, приталенная слишком по уставу; залихватская пилотка и босоножки Papillon, подчёркивающие изящный педикюр, приковали к ней взгляды мужской половины пассажиропотока всерьёз и надолго.
Стремясь как можно дольше задержать восторженный взгляд на очаровательной проводнице, мужчины сделались галантными как никогда и всех женщин пропустили вперёд.
Мы же с Семёнычем, сойдя в хвосте прибывших, от нечего делать стали любоваться достопримечательностями, из коих главную представлял из себя паровоз на вечном приколе.
Несмотря на молодость, Света довольно быстро справилась со своими обязанностями и на минут эдак двадцать откровенно заскучала. Мне сразу же пришла идея распросить её о Крыме, и выяснить какую-никакую полезную информацию.
Девчушка, скорее всего, живёт в Керчи, если этот поезд тамошнего формирования, стало быть, обо всём осведомлена на пять баллов. Поскольку мы прибудем на конечную станцию в половине десятого, то либо придётся добираться до места своим ходом, либо дождаться утра, значит искать ночлег. В отель, скорее всего, не пробиться – сезон, а ловить удачу в частном секторе – можно поймать огромный букет приключений.
Интуиция меня не подвела и на этот раз, поэтому информацию мне удалось получить исчерпывающую. Светлана оказалась довольно словоохотливой, а парочка пикантных анекдотов приподняли её настроение на пару сотен децибел.
Семёныч тем временем приценялся у какой-то прокурено-голосистой торговки возможности позавтракать по-домашнему, а заодно выведывал и курс местной валюты по отношению к деревянному. Курс его немного опечалил, видимо в родной его сердцу Ярославской губернии горячий завтрак на провинциальном вокзале стоил копеек на …дцать дешевле.
Тем не менее, негоже забывать, что жизнь даётся один раз, а удаётся и того реже. И если хочешь сохранить организм здоровым как можно дольше, торг не уместен, бери – не думай.
Время, однако, не резиновое, и на месте не стоит. Вскоре своим серебристым голосочком наша амазонка скомандовала «по вагонам», и спустя шесть минут славный город Мелитополь помахал нам на прощание своей скучающе-гостеприимной десницею. Стук колёс смешался со стуком шанцевого инструмента о днище походной посуды, а также стуком челюстей друг об друга. Пассажиропланктон самым серьёзным образом принялся за трапезу, а у проводницы Светы наступил аврал, связанный со сбором проездных билетов и выдачей постельного белья.
Когда в иллюминаторе прорезались очертания Азовского моря, затрапезный аврал потихоньку перешёл в стадию пассивного отдыха, а наше желание повторить чаепитие за раз всколыхнуло клетки памяти. Светлана уже была тут как здесь, поэтому отмерять расстояние до титана оказалось лишним.
Прокурено-голосистая всё же раскрутила Семёныча на куриный окорочок с горячим картофелем, да и возобновлять нашу дискуссию он был абсолютно не расположен. К тому же разговор на эту тему портит нервную систему и отбивает аппетит.
Видимо окорочок был до того соблазнительный, что променять его поедание на пустопорожние разговоры представлялось более тяжким преступлением, чем подписание Беловежских соглашений. Под такую закусь он бы даже с видимым удовольствием выпил «наркомовские сто грамм» с участниками того преступного сговора, если бы они позвали его четвёртым.
А что? Подарили бы ему какую-нибудь Молдавию или, на худой конец, Приднестровье. И от Крыма он бы не отказался. Это он только с голодухи был злой на нынешнюю власть…
Меж тем, наше путешествие приближалось к удачному завершению. Поезд благополучно преодолел Перекопский перешеек и отстукивал вёрсты по направлению к станции Джанкой.
Оттуда составы отправляются на просторы Тавриды по трём направлениям. Нам предстояло осваивать восточное, где на мысе самой что ни на есть доброй надежды раскинулся по берегу пролива древнейший на полуострове город-герой Керчь, когда-то очень давно именовавшийся Пантикапеем.
Ваш Покорный Слуга отнюдь не оговорился, назвав мыс таким макаром. Вот уже более полувека крымчане зачарованно взирают на противоположный – российский – берег и ждут не дождутся, когда воссоединятся с ним в единую державу. В эпоху волюнтаризма, как советский народ окрестил годы правления дорогого Н.С.Хрущёва, Таврия перешла под власть жёвто-блакитного прапора, и до сих пор мается под этим игом…
Мои размышления нарушил розовощёкий, гарно сбитый хлопец, явно бывший кавалерист. Не скажу, что ноги у него кривые, но морда точно лошадиная. С малороссийским акцентом, к тому же путая числительные, холопчик предлагал обменять российскую валюту на україньску. Поинтересовавшись обменным курсом, Семёныч не стал прерывать трапезу, а мне до зѣла захотелось лошадиную морду превратить в бульдожью.
Но всплыли в памяти пророческие слова отче Серафима, Саровского чудотворца: «Стяжай дух мiрен, и тысячи вокруг тебя спасутся». Поэтому лишь проводил незалэжного финансиста фиксатой улыбкой, от которой, порой и лошади шарахались. А уж лошадиное личико, что просит кирпичика, покинуло наш отсек быстрее, чем перепуганный конь горящую конюшню.