Мейв Бинчи – Зажги свечу (страница 125)
– Ладно…
Они вышли из кабинета деревянной походкой и спустились по лестнице под взглядами всех коллег.
Генри пытался решить, куда пойти, но не мог вспомнить ни одного названия бара. Или любого другого места, куда он мог бы пойти.
Саймон пытался вспомнить названия мест, куда им не захочется ходить снова, так как знал, что в следующий раз у них может и не получиться пойти туда. Перед самым уходом он оставил указания своей секретарше:
– Позвони нашим женам, скажи моей все как есть, а его жене не говори ничего.
– Хорошо, мистер Бёрк, – ответила она.
Элизабет терпеть не могла женщин, которые работали в офисе вместе с Генри. Они все считали себя слишком умными, особенно Джессика, секретарша Саймона.
– Миссис Мейсон, мистер Бёрк попросил вам позвонить и передать, что они с мистером Мейсоном вышли пропустить по рюмочке.
– Нет, он не объяснил почему.
– И не сказал, куда именно…
– Я думаю, просто чтобы вы были в курсе, если вдруг ожидаете мистера Мейсона дома или еще что-то.
Эшлинг и Джонни пошли в кино, где он сказал, что попрощается с ней здесь, так как хочет лечь спать пораньше. Через час она позвонила ему домой, но никто не ответил.
Гарри сказал, что долгая поездка утомила его сильнее, чем он ожидал, поэтому он ушел спать рано, грустно думая, что Элизабет плохо выглядит. Конечно, не так плохо, как Вайолет, слава богу, нет, но бедняжка явно вся на нервах.
Он надеялся, что Генри скоро вернется домой с хорошими новостями о новой должности, но лучше пусть они вдвоем разбираются. Элизабет весь вечер постоянно смотрела на часы и вся извелась.
В конце концов в пабе им отказались наливать еще, и они пошли за жареной рыбой с картошкой. Помогло. По крайней мере, Саймону полегчало, а вот Генри нет. Он все еще плакал. В какой-то момент он схватил меню и перечислил все хорошее, что сделал в жизни. Его добросовестность, честность, порядочность, отказ унижать других – все было сложено вместе и противопоставлено списку обид, которые ему причинили в жизни.
– В чем я ошибся? – ныл он. – Я делал все как положено, и не делал ничего плохого. Честное слово, я уже всю голову сломал. Я не виноват, если…
Саймон начинал терять терпение.
– Генри, уже очень поздно, – взглянув на часы, перебил он. – Не пора ли тебе домой? Элизабет будет…
– Ах Элизабет! – рявкнул Генри. – Вот где ошибка! Она слишком занята своим искусством! Настолько занята, что не замечает моих проблем, у нее нет времени…
– Генри, не болтай глупостей! В последний раз тебе говорю, здесь нет никакого заговора. Элизабет не…
– У нее даже на Эйлин времени нет! Зато всегда найдется минутка для Эшлинг. Ирландская шлюшка! Я знаю, ей все равно с кем. Я слышал, как они разговаривали, она не только с Джонни…
– Генри, иди домой! Завтра тебе станет гораздо лучше.
– Не пойду я домой! Я знаю, куда я пойду, – пьяно улыбнулся Генри.
– Куда? Разве тебе не надо домой? Разве Элизабет…
– Да к черту Элизабет! Она ничего не понимает. Набрасывается на меня почем зря. Я не хочу…
– Ну, старина, если ты уверен, что и сам справишься… Мне, пожалуй, пора…
– Саймон, мне заметно полегчало. Я понял, что ты имеешь в виду. Нужно проявить хитрость, не устраивать сцены в офисе, а действовать за кулисами, верно? – глупо засмеялся Генри.
– Да, именно, – нетерпеливо согласился Саймон. – Так, может, вызвать тебе такси?
– Нет, ты поезжай домой… а я послоняюсь… пошатаюсь где-нибудь еще.
– Генри, тогда увидимся завтра в хорошем настроении и без эмоций.
– В хорошем настроении и без эмоций, – пробормотал Генри.
– Господи боже, кажется, пьяницы летят на меня, как пчелы на мед! Генри Мейсон, я в жизни не видела, чтобы ты так нажирался… Почему сегодня и почему ты пришел ко мне?
– Я хочу с тобой поговорить…
– Ладно, давай поговорим, только не надо будить весь дом! – Эшлинг натянула халат и впустила его в квартиру.
– Ты так рано разделась. Ты всегда ложишься спать до десяти?
– На самом деле уже гораздо позже десяти, но это не важно, и я устала. Кофе будешь?
– Я бы выпил чего-нибудь. Думаю, у тебя тут выпивки хватает. Ты ведь теперь дама обеспеченная, можешь позволить себе пить столько, сколько влезет…
– У меня есть только бутылка вермута, и от него тебя вывернет наизнанку, но если тебе так приспичило, то как знаешь.
– Почему у тебя нет бара с напитками, как у богатеньких?
– Генри, ты очень смешной, когда напьешься. У меня нет бара, потому что мой муж допился до смерти, и я считаю, что мне самой не следует позволять себе лишнее.
– Я как раз пришел, чтобы позволить себе лишнее…
– Ну что ж, если ты хочешь вермут, но я тебя предупреждаю, тебе от него поплохеет.
– Я не про вермут.
– Слава богу! Тогда мы оба выпьем по чашечке кофе, и я позвоню Элизабет, хорошо? Она знает, что ты ко мне поехал?
– Откуда ей знать, что я здесь? Кто же рассказывает жене, что поехал к шлюхе?
Элизабет позвонила Бетан:
– Прости, что так поздно тебя беспокою, Саймон дома?
Саймон покачал головой. В гостях были теща и тесть, и он притворялся человеком семейным.
– Нет, Элизабет, извини, я думаю, он где-то вместе с Генри. Должно быть, отмечают.
– Наверное, так и есть.
– Я терпеть не могу врать ей и водить ее за нос, – сказала Бетан.
– Для нее же проще думать, будто мы не знаем, что Генри ушел в загул, – ответил Саймон.
– Но где он?
– Понятия не имею. Еще довольно рано.
Часы показывали одиннадцать вечера. Саймон тихонько налил себе еще выпить, а тесть с тещей продолжали пить чай.
Джонни сказал, что Вирджиния, конечно же, может остаться до утра, и согласился, что было бы глупо искать такси среди ночи. Он включил проигрыватель в гостиной и аккуратно стянул одеяло с подушек на кровати, чтобы она выглядела заманчиво, но не слишком бросалась в глаза.
Гарри проснулся от кошмара и посмотрел на часы: всего лишь полночь, он проспал только два часа. Ну что ж, в шестьдесят два года вполне можно ожидать некоторую усталость после столь дальнего путешествия.
– Давай просто решим, что ты напился, и ты сейчас же уйдешь, а я забуду все, что ты сказал.
– А что такого я сказал?
– Ты назвал меня шлюхой, хотя не имел этого в виду.
– Еще как имел! Я всего лишь хочу знать, могу ли я присоединиться к остальным.
– Генри, иди домой! Ты совершенно не умеешь пить. Не будь идиотом!
– Не смей называть меня идиотом!
Эшлинг занервничала. Ей казалось, что он собирается ее ударить, что он ведет себя, как Тони той ночью, хотя далеко не настолько же пьян.
– Иди сюда! – Он потянулся к ней. – Иди ко мне. Если ты занимаешься этим с другими, то почему не со мной?