Мэй – Руки, полные дождя (страница 25)
– Да. В следующий раз возьму тебя с собой. Расскажешь, куда им пойти, и мы быстро закончим.
Анубис никак не отреагировал на насмешливый тон Гора, и тот сразу посерьёзнел.
– Ты хочешь, чтобы я поехал к вам, воробушек?
– Да. С утра пойдём к Тиамат.
– Амон…
– Пойдёт с нами.
– Ты уверен, воробушек? Он не особо готов.
– Именно поэтому пойдёт. Два дня прошло, но ничего не меняется. Он так и будет сидеть, если его не расшевелить.
– Как скажешь.
В их голосах звучала тревога, но Луиза не знала её причины и не понимала, о чём они говорили. Она скользнула сквозь двери в ресторан. По крайней мере, тут тепло, она ещё что-то ощущает и раньше толком не пробовала китайскую еду.
11
Конечно же, Анубис тогда не заходил. Гор позже понял почему, когда дома внезапно обнаружил запрятанные письма: плотные конверты, на которых почерком Анубиса значилось его имя. Боги, связанные родством, могут посылать друг другу подобные вещи.
Гор с удивлением читал послания, которых не видел до этого, и быстро понял между строк, что брат хоть и не просил его напрямую заглянуть в Дуат, но слишком давно там один. Видимо, он как раз не дождался ответа, а после Гора вызвал сам Осирис.
Как оказалось, письма появлялись на пороге дома, и Хатхор прятала их, не показывая мужу.
– Чем меньше ты связан со своим братом, тем лучше, – решительно заявила она тогда. – Он мрачный и плохо контролирует силу. Зато молодец, подружился с главой пантеона, а Амон слишком мягкий, чтобы вовремя ставить на место.
Гор тогда опешил и заявил, что это его дело, а Анубис его брат, пусть это не нравится Хатхор. Она вспылила, потом рыдала, пока он не начал её успокаивать. Гор гладил её по волосам и думал, что теперь понятно, почему Анубис сначала обрадовался: он-то решил, Гор пришёл к нему из-за писем. И, видимо, полагал, что тот его игнорирует.
Хатхор так и не признала, были ли другие послания.
Это стало не первой размолвкой с женой, но и далеко не последней. Пока однажды богиня любви и веселья не заявила, что муж не даёт ей развиваться.
Начало двадцатого века, пора весёлых вечеринок и шуршащих блестящих платьев. Гор хорошо помнил Хатхор в одном таком: она собирала вещи, не переставая говорить, а её светлые волосы были подстрижены в модную на ту эпоху причёску.
Кажется, поводом послужило то, что Гор отказался идти на одну из кричащих вечеринок. Иногда у него бывали дни, когда он чувствовал связь не только с золотистыми крыльями и ясным небом, но и с отцом, с мертвецами и камнями гробниц. В подобные дни ему не хотелось идти в шум, натягивая дежурную улыбку.
– Иногда ты слишком похож на отца, – фыркнула Хатхор. – Или на брата.
Анубис пришёл на следующий день, и Гор до сих пор не понимал, как тот узнал. Не мог же почувствовать? Скорее всего, Исида рассказала. Анубис казался смущённым и неловко предлагал помощь, а Гор выставил его прочь. Обсуждать разрыв с женой он совсем не хотел.
Потом уже была очередная человеческая война, куда Гор записался пилотом, десятки лет в маленьком мотеле в пустыне Мохаве и яхт-бизнес в Калифорнии. Он не следил специально, но знал, что Хатхор меняет мужчин, смертных и богов, и наслаждается свободой.
Что ж, их брак давно исчерпал себя. Гор понимал это, но по-своему до сих пор любил. Когда понял, что умирает, заехал к матери (хотя не открыл правду) и хотел встретиться с Хатхор. Она наотрез отказалась.
Командировка в Японию пришлась кстати, Гору надо было подумать. В итоге он понял, что если где и хочет умереть, то это не конкретное место. Он хотел наконец-то поговорить обо всём с Анубисом и наладить отношения, пока ещё есть время.
Как оказалось, это именно Гор о многом не хотел и не умел говорить. Анубису было достаточно знать, что Гор не злится за то, что когда-то мальчишкой тот лишил его глаза, не сумев контролировать силу. Анубис винил себя за это, но Гор об этом даже не думал.
Гор хотел быть с братом, пока умирает.
– Не уверен, что мне уместно оставаться, – сказал Гор, когда они с Анубисом прибыли в квартиру Сета. – Я могу приехать утром.
– Заткнись, – коротко сказал Сет.
Нефтида молча отвела в свободную гостевую комнату, где раньше жил Амон, и выдала стопку чистого постельного белья. Потом вернулась ещё и с полотенцем.
– Вряд ли я сильно помогу Амону, – проворчал Гор, пытаясь справиться с пододеяльником.
Нефтида перехватила бельё и ловко запихнула одеяло:
– Тебе становится хуже, Подземный мир разваливается, Гадес сказал, там кровавый дождь. Амон ослеплён. Боги ищут Гекату, но пока безрезультатно. Тебе не кажется, этого достаточно, чтобы хоть сегодняшнюю ночь ты провёл здесь?
– Просто Сет любит всех и всё контролировать.
– Просто он твой дядя, – вздохнула Нефтида. – И ты брат Анубиса.
Как подозревал Гор, это была идея Нефтиды, чтобы он остался. Он долго лежал на кровати, уставившись в потолок и пытаясь не думать, что до него тут спал Амон.
Уснуть Гор так и не смог, поэтому подхватил полотенце и направился в душ. Квартира стояла тихой. Где-то здесь спали Анубис, Сет и Нефтида. Гадес с Персефоной сквозь дверь прошли в Подземный мир, а Амон и Эбби остались в гостиной. Или Эбби уехала? Гор не был уверен. И решил, что пять режимов душевой кабины Сета волнуют его куда больше.
Он как раз дошёл до «тропического ливня» под синее мерцание лампочек, когда Гору показалось, что послышался вскрик.
Он выключил воду и замер на мгновение. Торопливо вылез из душа и взял полотенце, заботливо выданное Нефтидой. Мягкое, пахнущее успокаивающей лавандой. Пока Гор одевался, он слышал негромкий звук, с которым вертелось бельё в запущенной стиральной машинке.
Гор решил, что ему послышалось, и зря он не попробовал ещё два режима потоков воды, но, выйдя из ванной, заметил открытую дверь в комнату Анубиса и голоса оттуда.