Мэй – Проверка на бессмертие (страница 3)
Усевшись за стол, Ева коснулась дисплея:
– Эвелина, он здесь?
– Ждёт в приёмной комнате. Впускать?
– Да, пожалуйста.
Ева развернулась спиной к огромным окнам и лицом к входной двери. К счастью, посетитель не заставил себя долго ждать. Вошёл решительно, сразу направился к креслу, в котором и устроился.
Весь в тёмной одежде, нижнюю часть лица скрывал респиратор, который гость не потрудился снять. Но самым примечательным в его внешности, безусловно, оставались пепельные волосы, выбритые на висках. Глаза гостя чуть отсвечивали модами, мизинцы и безымянные пальцы рук скрыты перчатками, но Ева и без того знала, что они тоже напичканы нейроштуками. Он мог держать в руках базы данных. Буквально. В костяшках пальцев прятались слоты для информации.
Не смущаясь, гость разглядывал кабинет, надолго остановившись на стилизованном камине со свечами.
– Ашен Сон, я так понимаю?
Он перевёл взгляд на Еву и наверняка попытался просканировать, но такой фокус у него не выйдет. У Евы имелся собственный имплант, отец настоял на нём, когда ей исполнилось четырнадцать, официальный возраст, позволявший вживление. Маленькая игрушка, вшитая под кожу, скрывала информацию от таких вот обладателей глаз. Ничего, кроме имени. Но Ашен Сон и без того знал, к кому пришёл.
– Предлагаю не ходить вокруг да около, – заявил он, и его голос звучал чуть приглушённо. – Мы оба знаем, зачем я здесь. Убийство твоего брата, Брайана Морана.
– Может, снимешь респиратор? Говорить приятнее с тем, чьё лицо видишь.
Еву раздражала эта манера прятаться, она и респираторы не любила, справедливо полагая, что они не столько из-за городского смога, сколько из-за желания некоторых личностей скрыть себя. Как будто их данные сложно взломать! Брайан раскусывал такие системы, когда Ева была совсем маленькой.
Ашен Сон стянул респиратор, оставив его болтаться под подбородком. Обычное лицо, узкое, бледное. Угадывалось что-то азиатское, но в целом Ашена легко принять за чистейшего европейца.
– Я выполню задачу наилучшим образом, потому что Шэнь Лан лично попросил об этом.
Во фразе едва заметно прозвучало что-то церемониальное. Откинувшись в кресле, Ева скрестила руки:
– Ты не только работаешь на «Шэньхун», ты часть клана, правильно?
Ашен Сон кивнул:
– Я слышал, что у вас в «Моран индастриз» всё иначе. Вы не отсюда.
– Мой дед основал компанию в Европе, но приехал в Гонконг и прожил тут всю жизнь. Мой отец родился тут. Нас до сих пор считают чужеземцами, хоть и вынуждены считаться.
Ещё бы не были! «Моран индастриз» слишком заметная корпорация, чтобы с ней не считаться. К тому же и дед, и отец успели оказать важные услуги местным.
– Ты училась не здесь, – сказал Ашен Сон. – Родилась в Гонконге, закончила Гарвард. Два года назад приехала по настоянию своего отца и заняла пост операционного директора в «Моран индастриз». Компания однажды перейдёт к тебе.
– Уже взломал наши базы?
– Зачем? Всё это можно отыскать в открытом доступе. Я всего лишь навёл справки. Хотя больше меня интересовал твой брат. Брайан всю жизнь прожил в Объединённой Азии, окончил Шанхайский университет, жил в Гонконге. Лан считал его хорошим знакомым, так что, думаю, Брайан куда лучше тебя понимал, что такое кланы.
Ева поджала губы, но не стала отвечать. Брайан действительно с восторгом рассказывал об уникальной системе азиатских корпораций. Ева не разделяла его воодушевления и здесь, считая, что тот же «Шэньхун» – это нечто среднее между торговым домом и мафиозной триадой. Внутри корпорации их объединяет не только общая работа, даже не одни семейные узы, как у Моранов, но и клановая система, где вовсе не обязательно приходиться кровным родственником.
Из-за этого возникало много проблем при работе с ними.
– Да, меня приняли в клан Шэнь, – кивнул Ашен Сон. – Я под их защитой, иначе, скорее всего, был бы мёртв.
Конечно, мёртв, подумала Ева, но перед этим корпораты из тебя бы душу вытрясли. Когда-то Ашен Сон считался гениальным хакером, пока не прихватил слишком много информации у «Титана». Эта компания объявила на него охоту, часть триад ей подчинялись. В общем, Ашен Сон прав: никто с ним церемониться не стал бы. Пока «Шэньхун» не объявила, что теперь он работает на них. Наверняка это стоило всех секретов «Титана».
– Значит, Лан попросил тебя заняться делом, – сказала Ева. – Хорошо.
Все знали, что Ева – невеста Лана, но мало кто был посвящён в детали их отношений. Ева решила исходить из того, что вряд ли для хакера существовали запертые двери и спрятанные секреты под неплотно прикрытыми крышками. Значит, он в курсе, что эта свадьба представляла собой часть сделки, которую заключили их отцы.
– Тебя не было в инструкциях Брайана, – сказала Ева. – Но ты можешь помочь найти тех, кого он указал.
– Инструкции?
– На случай его смерти. Он обновил их полгода назад. Там сказано, если с ним что-то случится, я должна привлечь Отшельника и Колесо Фортуны. Знаю, что это какие-то хакеры, но не в курсе, как их отыскать.
Ашен Сон нахмурился и подпёр рукой подбородок. Взгляд у него стал немного отсутствующим, скорее всего, он уже залез в Сеть.
– Знаю их, – сказал Ашен. – Точнее, Отшельника. Колесо Фортуны работает с ним. Мы никогда не встречались в жизни, но этот парень, Отшельник, и правда хорош. Я смогу послать им весточку. Думаешь, они что-то знают о смерти Брайана?
– Надеюсь на это.
В тот вечер Ева собиралась встретиться с Брайаном. Она задерживалась, работая с документами, а он занимался допоздна в лаборатории с высокотехнологичными разработками, которые становились «мозгами» умных машин, управляли домами, самолётами и даже лифтами. Еве позвонил не брат, которого она ждала, а отец, сообщивший, что Брайана хотели убить.
Брайан умер, пока Ева ехала в больницу.
Сейф с инструкциями она открыла той же ночью. На её дрожащих руках ещё оставалась кровь брата, и Ева верила, что внутри найдутся подсказки к тому, что произошло. Но ничего. Только указания отыскать Отшельника и Колесо Фортуны.
Ашен Сон пригодится, если сможет быстро это сделать. Поэтому Ева и попросила Лана о помощи, знала, что у него есть ресурсы.
Родительские договорённости претили, сколько раз Ева ругалась по этому поводу с отцом! Он неизменно повторял, что договор нельзя нарушать. Ева злилась. Но когда познакомилась с Ланом, поняла: проблема ещё и в том, что он неплохой человек.
Взгляд Ашена Сона оставался таким же расфокусированным, глаза чуть мерцали. Левой рукой он коснулся правой ладони, пробежал пальцами по коже, и Ева не сомневалась: там тоже мод, уже вовсю занимавшийся поиском.
У самой Евы имелось достаточно встроенных аугментов, но она всё равно не представляла, как можно одновременно быть и здесь, и там, без всяких экранов и дополнительных гаджетов.
– В этом деле будет участвовать ещё кое-кто, – сказала Ева.
Она прикинула последствия, но если Ашен Сон работал на Лана, то надёжнее человека не найти. Особенно его квалификации.
– Да, – ответила девушка. Она тронула нейрошунт за правым ухом, касаясь невидимых сенсоров, чтобы подсоединиться к системе офиса.
– Ещё один хакер? – взгляд Ашена Сона сосредоточился на Еве.
– Брайан.
Ашен нахмурился, явно не понимая:
– Подожди… твой мёртвый брат? Он оставил ещё инструкции, и они нам помогут?
– Нет. Сам Брайан.
В этот момент из офисных динамиков раздался приятный мужской голос:
– Привет, Ашен. Рад с тобой познакомиться. Хоть и вот так.
Ева отдала должное выдержке Ашена Сона. В его голове наверняка пронеслось с десяток вариантов, что происходит, но он сохранял спокойствие, только нахмурился. Его пальцы снова пробежали по кисти рук, наверняка тестировал и анализировал, что за систему сейчас слышит. Ева облегчила ему задачу:
– Брайан занимался программой «Бессмертие».
Вот теперь глаза Ашена расширились. Он явно знал, что это такое.
– Это же разработка, – сказал он. – Эксперимент. Никому так и не удавалось сделать цифровую копию человека.
– Брайан занимался «Бессмертием» несколько лет, – сказала Ева. – Он изучал возможности саморазвивающихся нейросетей и на их основе придумал, как загрузить личность в инфополе.
– Подожди…
– Это Брайан, – кивнула Ева, касаясь нейрошунта за ухом. – Вот здесь. Его цифровая личность. Он загрузил себя в программу за полгода до смерти. У этой личности его характер, его воспоминания, его образ мыслей.
Капсула с данными нашлась в том же сейфе. Когда Ева загрузила её и поняла, что это такое, она едва не задохнулась от эмоций. Услышав голос мёртвого Брайана.
– Я и есть он, – спокойно сказал голос. – Но в моих воспоминаниях отсутствуют последние полгода жизни реального Брайана, поэтому ответов у меня нет. Но я могу помочь их отыскать.
– Экспериментальная разработка, – сказала Ева. – О ней никто не должен знать. Насколько я понимаю, копий других личностей не существует. Мой брат… всегда предпочитал пробовать на себе. Результат по каким-то причинам не устроил его полностью. Или он хотел проводить ещё тесты.
– Он что-то планировал, – подал голос Брайан. – Но информация об этом в меня не загружена.
До сих пор Ева терялась, как воспринимать вот эту цифровую копию. Она говорила, как брат, создавалась иллюзия, что даже мыслила, но до сих пор оставалось непонятным – это обученный бот или действительно полноценная копия, к которой так стремилось «Бессмертие».