Мэй Л – Пепел (страница 11)
«Неуклюжая», «Бездарная», «Беспомощная», «Тряпка», «Мешок с дерьмом», «Ленивая задница» – стали моими позывными на его занятиях. Не думаю, что он имя мое помнит. Его позывной полностью, как мне кажется, отражал его натуру – Титан. Огромный, безжалостный, свирепый, жесткий. Не была удивлена, когда узнала, что Николас Кеннан и Линда Омер помолвлены. Вот уж действительно подобралась парочка.
От одного взгляда его черных глаз меня пробирал озноб. Понимая, что от такого преподавателя мне пощады не будет, я взяла с себя слово ни при каких обстоятельствах никому не показывать свою боль, усталость, страх и тем более слезы. Пусть я ужасно уставала и еле передвигала ногами к концу дня, но на следующий день я приходила на занятия с высоко поднятой головой.
Мун тоже доставалось, ее постоянно пинали как мяч, обзывали ошибкой природы и магии. Мне было обидно за моего фамильяра, и, к большому сожалению, я не могла за нее заступиться. По правилам кадет не имеет права устраивать драки и потасовки, наказание одно – отчисление. Я боялась, что если меня отчислят из кадетского корпуса, то отчислят и из академии. Да и никого ударить я не смогу, а если и получится, то меня изобьют в ответ. Заступиться за меня некому.
Я подбадривала Мун как могла. Знаю, что бесполезно обманывать фамильяра. Но раз уж я взяла с себя слово держаться до конца и не сдаваться, то я взяла это слово и с Мун.
За год обучения в кадетском корпусе я успела несколько раз получить вывих плеча, кажется, пять раз правого и восемь раз левого, два раза мне ломали нос, на занятиях по боевым искусствам у меня постоянно вылетали коленные чашечки, синяки не успевали исчезать с моего тела. Я была гибкой, но мои мышцы слишком слабые для таких упражнений. Учиться с деревянным мечом еще можно, но когда мне в руки дали настоящий, весь мой отряд смеялся до слез. Просто я не смогла поднять его выше своей головы, ладно хоть других повеселила. Настоящий меч в руки мне больше не давали.
С Иларией я так и не смогла связаться. В первую неделю я попросила администрацию моей академии помочь мне разыскать ее. Огромное спасибо профессору Ньютону, без него мне вряд ли бы дали согласие на ее поиски. С его помощью я узнала, что за месяц до моего приезда в Авалетию Илария с отрядом воздушных войск отправилась на задание. Вернется она только через год. Я с нетерпением жду нашей встречи.
На втором году обучения в академии я была лучшей студенткой. Меня обещали перевести на следующий курс раньше остальных, если я сдам полугодовой экзамен на отлично. Увеличенное по сравнению с предыдущим годом количество предметов меня не пугало, работы прибавилось, стало тяжелее усваивать программу, но я старалась изо всех сил. Профессора меня любили, со студентами я ладила, помогала им с домашними заданиями и подсказывала на лекциях. Друзей я не завела, да и незачем, в следующем году нашу группу расформируют, поэтому не вижу смысла сближаться с кем-то.
В кадетском корпусе мое положение не стало лучше. Конечно, если вспомнить, какая пришла на первое занятие, то все изменилось. Тело стало подтянутое, руки рельефные, живот упругий, Элиоту особенно нравился мой зад. Если честно, моя фигура мне нравится, и чувствую я себя увереннее. Характер стал жестче, я стала выносливой и упертой.
По рукопашному бою я получала уже не так много побоев, как раньше, и несколько раз мне удалось переиграть своих соперников. К моему удивлению, кадеты даже похвалили меня, но только не командир. Наши с ним отношения теплее не стали.
С мечом я все еще плохо справлялась, и старшие решили дать мне в руки лук. Я чуть не завизжала от радости, когда на их лицах было удивление от того, что я с третьей попытки попала прямо в цель. Я оказалась меткой, и после недельного ожидания старшее руководство решило снять меня с занятия боя на мечах и отправило тренироваться в стрельбе из лука. Это была хорошая новость, а еще я счастлива из-за того, что стрельбу из лука не преподавал Николас.
Майор Гилберт давно был в отставке. Он служил в воздушных войсках и при встрече с демоном лишился правой руки. Несмотря на свою травму, он отличный учитель, и уроки с ним были единственные, когда я не чувствовала себя мешком с дерьмом.
По теоретическим предметам я справлялась, не скажу, что была лучшей, но и не худшей. Благодаря зрительной памяти мне легко давалось чтение карт, а вот логически мыслить мне было трудно.
В этом году осень была теплой и сухой. Мой сад процветал, Виктория помогала мне содержать его в порядке, и еще мы с большой скидкой продавали овощи, травы и снадобья соседям. Благодаря моей стипендии, продажам и жесткой экономии мы с Элиотом смогли накопить сто пятьдесят золотых на «черный день». Элиот пользовался успехом в пабе, представительницы женского пола постоянно заглядывали туда ради встречи с ним. Я думала, что он поменяет профессию и продолжит семейное дело, но его все устраивало, и когда я заводила разговор о будущем, он начинал злиться.
Позволить переехать из дома мы еще не могли, но жить бесплатно было неудобно. Я предложила Виктории оплачивать небольшую сумму за комнату, на что она категорически отказалась, сославшись на мою помощь и приятное общение со мной и моим мужем.
Виктория и Элиот сблизились за последние восемь месяцев. Я не назову себя ревнивой, и я прекрасно понимаю, что не уделяю своему мужу время, которое должна уделять жена, но меня раздражало, когда он постоянно ставил Викторию мне в пример.
К сожалению, он не понимал, как я старалась закончить академию с отличием, чтобы получить хорошую работу, не понимал, как мне тяжело приходится в кадетском корпусе. В последнее время мое перебинтованное, вечно в синяках тело не вызывало у него жалости ко мне. «Всем сейчас тяжело…», «Знаешь, сколько я слышу душераздирающих историй от посетителей…» – вот что я слышу в ответ от своего мужа, когда в наши редкие с ним встречи пытаюсь рассказать о своей жизни.
Понимая, что наши отношения охладели, я накопила немного денег ему на подарок и решила устроить ужин в честь его дня рождения. В прошлом году никто из нас не отмечал дни рождения, я не могла сделать это без Адриана, а на день рождения Элиота у нас просто не было денег.
Поэтому в этот год я приготовила вкусный ужин. Сварила суп из морепродуктов, запекла картофель с травами, испекла пирог с персиками. На накопленные деньги купила Элиоту теплую куртку с воротником из меха горностая. Одела новое красное платье, которое берегла для праздника, уложила волосы, Виктория помогла сделать мне легкий макияж и ушла к соседке, чтобы этим вечером мы остались одни.
Элиот обещал уйти с работы раньше, и я к его приходу накрыла на стол, открыла бутылку домашнего красного вина, зажгла свечи, приглушив основной свет. Виктория сказала, что такая обстановка его порадует.
– Ого! Запах просто невероятный. – Элиот не заставил себя долго ждать. Он вошел в гостиную в приподнятом настроении, и от него за версту веяло спиртным.
– С днем рождения! – Вручив свой подарок, я поцеловала Элиота и повела к столу. – Надеюсь, тебе понравится ужин.
– Спасибо, – сев за стол, он налил себе бокал вина и пригубил его. – Так странно отмечать этот день без родителей и Лукаса.
– Да, понимаю, – грустные мысли сразу же влетели мне в голову. – Ты ничего про них не выяснил?
– Нет. – Элиот отпил еще. – Думаю, если бы они были живы, они бы тоже меня искали.
Такое равнодушие каждый раз заводит меня в тупик. Я считаю дни до встречи с Иларией, пусть мы не были близки, но она моя сестра, и я хочу ее увидеть.
– Мы же не можем знать, может быть они…
– Элтейн! – Элиот поднял на меня голос, и я сжалась на стуле. – Пожалуйста, не нужно портить этот вечер. Я устал и хочу провести время со своей женой в такой… романтической обстановке.
– Хорошо. – Его слова расстроили меня, в последние дни он часто повышал на меня голос, и я не хотела сегодня этого. Наверное, я и правда ошиблась, что начала эту тему. – Приятного аппетита.
Ели мы молча, а я надеялась на приятный разговор. Мы могли бы поговорить о детстве, вспомнить хорошее, помечтать о будущем. Закончив с основными блюдами, я налила нам чай и разрезала пирог. Элиот в одиночку опустошил бутылку вина, я не успела попробовать.
Сытый и довольный, он с улыбкой рассказывал мне, как прошел его день, совершенно не слушал меня, постоянно перебивал и переводил разговор на интересную для него тему. Так что я только кивала в ответ и старалась выдавить из себя улыбку. Мой план провалился.
Мун осталась во дворе играть с соседским псом, а мне прямо сейчас была необходима ее компания. Не знаю, когда Мун начала раздражать Элиота. Он постоянно выгонял ее из нашей комнаты, заставляя ждать меня в коридоре или на улице, пару раз пинал, когда она крутилась у него под ногами. На мои просьбы оставить ее в покое он отвечал, что она бесполезное создание, которое только мешает нам. Он так и не понял, что Мун – часть меня, часть моей души, и, оскорбляя ее, он оскорбляет и меня.
Вечер закончился страстными поцелуями, порванным платьем и, как сказала бы Виктория, горячим сексом. Со временем я научилась получать удовольствие от нашей близости, но, признаться, часто удовлетворяла себя сама. Пусть советы Виктории и казались мне грязными, но некоторыми из них я пользовалась. Раньше Элиот был со мной нежным и ласковым, но теперь наш секс был быстрым и жестким.