Мэтью Стовер – Люк Скайуокер и тени Миндора (страница 6)
– Пожалуй, что так.
Кореллианин хлопнул его по плечу:
– Спасибо, братец! Ты классный!
– Спасибо за что?
Хан улыбнулся еще шире:
– Акбар поклялся, что если я не уговорю тебя, то он взвалит все это на меня. «Хан Соло и Оперативная группа быстрого реагирования» как-то не звучит, не правда ли?
– Вот эффективный гравитационный радиус Миндора, – указал коммандер Тевиш. Офицер-координатор военной разведки в ОГБР значился среди присутствующих самым молодым, если не считать Люка, и при всем при этом он был пятью годами старше Хана Соло, ну а Люка – и подавно. Он вдавил кнопку на пульте, и крошечный шарик Миндора вырос до размеров сферы десяти сантиметров в диаметре. – По стандарту наши «двойные семерки» должны расположиться здесь.
Три новых маленьких шарика сформировали равносторонний треугольник вокруг планеты в плоскости, примерно параллельной плоскости эклиптики. Четвертый и пятый шарики возникли под и над плоскостью. У ОГБР имелись пять «двойных семерок», то есть крейсеров-заградителей СС-7700/Е, каждый из которых мог создавать искусственное гравитационное поле размером в несколько сотен планетарных диаметров. Когда Тевиш включил демонстрацию возможностей этих кораблей, гравиполя, перекрыв друг друга, охватили пространство около пяти световых минут в поперечнике – то есть около девяноста миллионов километров, в пределах которых не сможет включиться ни один гиперпривод.
– Несмотря на улучшенные орудия точечной обороны, каждой из «двойных семерок» понадобится минимум одна эскадрилья истребителей для защиты, так как у нас нет точных разведданных о силах противника. Мы можем столкнуться с необходимостью отразить атаку как нескольких десятков, так и нескольких сотен СИД-защитников. Данные, захваченные во время операции у Спираны, показывают, что в производстве у врага находятся более десяти тысяч неучтенных истребителей. Разумеется, мы не можем с уверенностью сказать, что на оставшихся у Империи территориях не осталось работающих военных заводов. И это уже не говоря о том, что у противника в этой звездной системе могут быть перехватчики или другие истребители, неспособные преодолеть световой барьер.
Капитан Трент, командир «Регулятора», придвинулся ближе:
– А что по крупным кораблям?
– В набегах Макабра никогда не участвовали крупные корабли.
– Но это не значит, что их у него нет.
– Согласен, сэр. Но есть некоторые признаки того, что мы столкнемся в основном с истребителями. Трудность в том, что нельзя определить, сколько их будет.
Т’Чттрк вопросительно защелкала. Ее протокольный дроид D-серии, D-P4M, изящно склонил покрытую вольфрамом голову и негромко произнес:
– Коммандер со всем уважением просит, чтобы мы наконец перешли к хорошим новостям.
– Коммандер, это и есть хорошие новости, – возразил Тевиш. Он снова стал нажимать кнопки на пульте. – А плохие – вот…
Сверкающие облака, пронизавшие изображение звездной системы, сгустились так, будто вот-вот грозили стать настоящими.
– Это изображение поля обломков Таспана-2, составленное по показаниям наших радаров дальнего действия. Так называемый Большой Бум произошел в результате несчастного случая на имперском заводе при испытании гравитационного генератора нового типа. Планета была целиком раздроблена, и ее обломки размером от микрометеоров с булавочную головку до астероидов семи километров в диаметре разлетелись вокруг. Это произошло всего четыре года назад, и обломки до сих пор не легли на постоянные орбиты. Хуже того, когда случился Большой Бум, обе планеты Таспанской системы предельно сблизились друг с другом, притом что Миндор – ближайший к солнцу мир из двух. Поэтому, когда ошметки Таспана-2 устремились по спирали к солнцу, некоторые из них были захвачены притяжением Миндора и стали обращаться вокруг него по сильно вытянутым, непостоянным орбитам.
Адмирал Калбак подался вперед, подергивая щупальцами на подбородке.
– А эти орбиты совершенно невозможно нанести на карту?
– Командующий, даже если мы сможем увидеть их все на радаре – но это немыслимо, – ни один компьютер не сможет достоверно вычертить эти траектории. Само понятие орбиты, боюсь, подразумевает гораздо более спокойную ситуацию, нежели то положение дел, в котором очутился Миндор. Траектории полета глыб постоянно пересекаются друг с другом самым причудливым образом, обломки притягиваются друг к другу или же попросту сталкиваются. Обратите внимание на эти цифры…
Каждое облачко теперь обзавелось сияющими цифрами, которые перемещались вместе с ними. Числа медленно менялись, возрастая или уменьшаясь. Когда облачка соприкасались, зоны перекрытия порождали свои числа – очень большие.
– Эти числа представляют собой, по нашим самым точным оценкам, плотность каждого большого поля обломков. Каждое из них – это число тактически значимых объектов на кубический километр. Под тактически значимым мы подразумеваем достаточно большой объект, который способен нанести существенный вред кораблю флота, несмотря на заградительный огонь и противоударный щит.
Капитан Патрелл, седой кореллианин, командующий «Минутки», выругался настолько грубо, что по крайней мере четверо других офицеров вздрогнули:
– И некоторые из показателей зашкаливают за сотню, а то и за несколько сотен?
– Да, сэр.
Капитаны кораблей обменялись мрачными взглядами. Перспектива вести крейсеры, которые и сами занимали значительную долю кубического километра, через такую астероидную бурю их явно не радовала.
– Давайте рассмотрим ситуацию с другой стороны. – Докладчик снова защелкал пультом, и у облачков появились другие числа. – Эти данные означают вероятность катастрофического столкновения, то есть такого, которое повлечет значительную утрату боеспособности корабля и экипажа.
Люк позволил себе прикрыть глаза:
– Значительная утрата боеспособности? Это означает, что экипаж погибнет? А корабли будут повреждены или уничтожены?
– Да, сэр.
– Тогда так и говорите.
– Сэр?
– Это приказ, Тевиш. Не надо эвфемизмов.
С горечью Люк подумал, что еще пять лет назад он и не подозревал, какой может быть смерть. Впервые он ощутил на собственном опыте, что это такое, когда увидел обугленные останки дяди Оуэна и тети Беру и дымок, который поднимался вверх, в сгущавшиеся татуинские сумерки…
С тех пор он многое усвоил – и отнюдь не только то, что относилось к джедайским искусствам.
– Хорошо, сэр. Так принято у джедаев, да?
– Нет, – ответил Люк. – Так принято у генерала Скайуокера. Когда ты на словах характеризуешь человека как набор определенных функций, а не как личность, то неровен час начнешь и думать о нем схожим образом.
– Да, сэр. – Тевиш повернулся обратно к голографической схеме. – Мы использовали «двойные семерки» в качестве примера, так как они являются кораблями наиболее усредненного размера в составе нашего подразделения. Например, шанс катастрофического столкновения у такого транспорта составит одну целую восемьдесят пять сотых процента.
– Это меньше, чем один из пятидесяти! – Капитан Патрелл затряс головой, усмехаясь. – А я уж было испугался!
Люк, не открывая глаз, спросил:
– А каков временной интервал?
– Сэр?..
– Одна целая восемьдесят пять сотых процента за какое время?
– Ах да. Вероятность подсчитана для момента проникновения в систему. То есть в одно мгновение.
Капитан Патрелл перестал улыбаться.
Люк кивнул:
– А что потом?
– Ну, статистическое моделирование – это сложный процесс со множеством неизвестных. Если предположить, что корабль не будет, э-э, мгновенно уничтожен, мы можем попробовать рассчитать…
– Допустим, рассчитайте для одного часа.
Когда появились новые цифры, выражения лиц стали еще мрачнее. После одного часа пребывания в системе вероятность составила более двадцати процентов.
– Значит, в сущности, вы хотите сказать, – негромко протянул Люк, – что спустя час после начала операции мы потеряем два корабля. Даже если противник ни разу не выстрелит.
– Ну, математика предполагает более сложные подсчеты…
– Но суть такова.
Тевиш сконфуженно кивнул:
– Да, по сути, вы правы.
– Да это сущее кладбище! – выпалил Патрелл. – Для крупных кораблей…
– Таспанская система – это почти идеальная база для истребителей, – заявил Тевиш. – Истребитель невелик в размерах и достаточно маневрен, чтобы избежать столкновения с астероидами. Но чтобы не дать Макабру ускользнуть, нам нужны заградители – иначе все его войска просто растворятся в гиперпространстве. Тем не менее наши заградители слишком уязвимы, и мы не можем позволить себе отправить их в бой.
– Этот Ар Макабр неглуп, – заметил Люк. – Он знал, что делал, когда обустраивался на Миндоре.
Он поднял взгляд на потолок и глубоко вздохнул, от всей души желая урвать часок-другой на отдых и медитацию, чтобы призвать на помощь ту самую пресловутую джедайскую интуицию, которую ему полагается иметь… Но времени на это не было. Как же жаль, что Бен – или учитель Йода, или даже его отец – не может вставить в разговор хотя бы одну мудрую мысль… Но их призраки в Силе, очевидно, пребывали где-то в другом месте. Вот уже несколько месяцев кряду.
Озарения от Силы ждать не приходилось. Оставалось лишь положиться на собственную интуицию.
Хорошо бы этого хватило.
Люк вздохнул:
– Что же, мы не можем их пересидеть и не можем их выкурить. И на генеральное сражение тоже рассчитывать не приходится. Значит, нам остается только одно.