Мэтью Рейли – Шесть священных камней (страница 2)
Вход в пещерную систему не охранялся ни полицией, ни воротами. Очевидно, главным стражем здешних тайн, справлявшимся со своими обязанностями более двух тысячелетий, была легкость доступа...
Волшебник обнаружил вход в маленькой каменной хижине, встроенной в основание горы. В этом домишке, в котором когда-то жил великий китайский философ Лао-Цзы, основатель даосизма и учитель Конфуция, профессор увидел каменный колодец с кирпичным ободом.
На дне колодца, под слоем зловонной черной воды, имелся съемный пол, а под ним — заветная «прихожая»...
Волшебник приступил к работе.
Он вынул из рюкзака мощный портативный компьютер, подсоединил его к цифровой фотокамере с высоким разрешением и стал делать снимки стен помещения.
По мере того как камера запечатлевала таинственные начертания, на мониторе компьютера сквозили кометы-вычисления...
Работала переводческая программа — сложнейшая база данных, на создание которой у Волшебника ушло много лет... Она включала в себя тысячи древних символов разных стран и культур, а также допустимые варианты их перевода. Кроме того, программа профессора могла предоставить «туманную» версию — что-то вроде наиболее предпочтительной интерпретации при неясном значении символа.
Едва камера фотографировала очередное изображение, как его исследовал компьютер и выдавал результат. Например:
Среди прочих глифов и рельефов программа распознала самое известное философское изобретение Лао-Цзы — символ Великого абсолюта (Тайцзи):
Компьютер перевел: «Тайцзи; см.: Великий предел, инь-ян (зап. разг.). Традиционный символ для обозначения двойственности всего сущего: противоположности содержат малую толику друг друга (например в добре есть крупица зла, а во зле — крупица добра)».
Иногда программа не могла найти информации о символе.
В подобных случаях она создавала новый файл и добавляла его в базу данных.
Вне зависимости от результата компьютер Волшебника трудолюбиво жужжал. Механическая пчела, приносящая информационный мед...
Через несколько минут один из переводов привлек внимание профессора:
— Первая колонна, — прошептал Волшебник. — О Господи!..
Спустя еще десять минут в «прихожую» спустился второй участник экспедиции.
Это был Тэнк Танака, коренастый профессор-японец из Токийского университета, напарник и старинный друг Волшебника. Мягкий взгляд карих глаз, доброе круглое лицо, припорошенные инеем виски — о таком преподавателе мечтает каждый студент-историк...
Едва он коснулся пола своими маленькими ножками, как компьютер Волшебника призывно загудел.
Два пожилых профессора приникли к экрану. Вот что они увидели:
— Са-Бенбен?.. — удивился Танака. Глаза Волшебника округлились от восхищения. Это редкое название самой маленькой, самой верхней части Золотой вершины Великой пирамиды. Вся вершина называется Бенбен. Однако эта часть особенная, поскольку, в отличие от других, трапециевидных частей, она представляет собой мини-пирамиду, то есть малый Бенбен. Отсюда и название: Са-Бенбен. На Востоке ее величают чуть брутальнее: Огненным камнем.
Взгляд Волшебника замер на символе, предшествующем переводу.
— Машина... — прошептал он в задумчивости и внимательно просмотрел текст. — Ну конечно же! Я вспомнил, где видел этот символ! — воскликнул он, дойдя до ссылки. — На треснутой каменной плите, раскопанной в Тибете. Но из-за повреждений можно было прочитать лишь первую и третью строчки. «Пришествие уничтожителя бога Ра» и «Через возвышение Са-Бенбена». Теперь у нас есть полный текст. Это очень важно... Уничтожитель Ра — это Сатана, адская сила... — бормотал Волшебник себе под нос. — Но пришествие Сатаны было предотвращено... Если только... если только земной ад не начался в другой форме, неожиданной для нас... И если Огненный камень управляет шестью священными камнями, дает им силу; значит, от него зависит все: колонны, машина и возвращение Темного Солнца... О Господи!
Он кинулся к Танаке, потрясенный внезапным прозрением.
— Тэнк, явление ада в Гизе имеет отношение к машине. Я и подумать не мог... В смысле, я должен был... Мне следовало все предусмотреть, но я... — В его глазах зажегся безумный огонь. — Когда состоится возвращение, каковы наши расчеты?
Тэнк пожал плечами:
— Не раньше следующего весеннего равноденствия: 20 марта 2008 года.
— А что с установкой колонн? Тут что-то было о первой из них. А, вот: «Первая колонна должна быть установлена ровно за сто дней до возвращения. Наградой будет знание».
— Сто дней, — произнес Тэнк, подсчитывая. — Получается... Черт!.. Десятое декабря этого года!
— Через девять дней, — констатировал Волшебник. — Что ж, слава Богу, не через девять секунд...
— Макс, уж не хочешь ли ты сказать, что у нас есть всего девять дней, чтобы поместить первую колонну куда следует? Мы ведь ее пока даже не нашли...
Волшебник не слушал. Его остекленевший взгляд был устремлен в бесконечность. Он повернулся к напарнику:
— Тэнк, кто еще об этом знает?
Тот пожал плечами:
— Только ты и я. И, полагаю, любой, кто видел эти письмена. Мы знаем о плите из Тибета, но ты сказал, что на ней был не весь текст. Куда отправилась плита?
— Комитет защиты культурного достояния Китая заявил о своих правах на этот реликт и вернул его в Пекин. С тех пор о плите ни слуху, ни духу.
Тэнк посмотрел в помрачневшее лицо Волшебника:
— По твоему, китайские власти нашли недостающие куски плиты и вставили их куда следует? Думаешь, им уже все известно?
Волшебник резко встал.
— Сколько, говоришь, лодок плывет к этому ущелью?
— Девять.
— Девять. Никто не пошлет девять лодок для простого патрулирования или мелкого вымогательства. Китайцам все известно, и они плывут за нами. А раз они знают о тексте, значит знают и о вершине. Проклятие! Я должен предупредить Джека и Лили.
Он в спешке достал из рюкзака книгу с затертым заглавием. Как ни странно, это был не справочник, а скорее некий популярный роман в мягкой обложке. Волшебник стал пролистывать страницы и выписывать в блокнот какие – то цифры.
Закончив, он схватил приемник и вызвал второго помощника, охранявшего лодку.
— Чоу, запиши это послание и отошли его на форум. Быстро!
Волшебник продиктовал напарнику длинный рад цифр.