Мэтью Рейли – Полярная станция (страница 39)

Шофилд вынул из кармана серебряный медальон Сары. Он сверкнул при ярком флуоресцентном освещении станции, Шофилд повертел его в руках. На задней стороне была выгравирована какая-то надпись …

И вдруг неожиданно Шофилд услышал непонятный треск. Он продолжался всего секунду, но Шофилд успел уловить его.

Это был голос. Мужской, Но голос, который говорил по-… французски.

Глаза Шофилда сразу остановились на французском низкочастотном радиопередатчике, который стоял на площадке в нескольких футах от него.

Неожиданно, передатчик издал шипящий звук. И послышался голос.

Lahyene, с 'estmoi,lerequin, — говорил голос. — La hyene,с'est moi, le requin. Presentez votre rapport. Je renouvele. Presentez votre rapport.

Рикошет, — думал Шофилд. — Черт, мне нужен Рикошет.

Но он был вне станции с остальными, а Шофилду срочно нужен был человек, говорящий по-французски.

— Рикошет, — сказал Шофилд в микрофон.

Ответ прозвучал немедленно.

— Да, сэр? — на заднем плане Шофилд слышал завывания ветра.

— Не говори ни слова, Рикошет. Просто слушай, хорошо? — сказал Шофилд, нажимая кнопку на своем ремне, которая переводила его микрофон на громкую связь. Он наклонился к радиопередатчику так, чтобы звук из него поступая прямо в микрофон.

Голос снова заговорил по-французски.

La hyene Vous avez trios heures pour presenter votre rapport. Je renouvele, Vons avez trios heures pour presenter votre rapport. Si vous ne le presenter pas lorsque l'heure nous serons contraint de lancer l'engine d'efface. C'estmoi,lerequin.Fini.

Связь закончилась и наступила тишина. Убедившись, что это все, Шофилд произнес:

— Ты все понял, Рикошет?

— Большую часть, сэр.

— Что они говорили?

— Они сказали: Гиена, У тебя есть три часа, чтобы доложить обстановку. Если от тебя не последует никаких сигналов в течение этого времени, мы будем вынуждены запустить «l'engine d'efface», уничтожающее устройство.

— Уничтожающее устройство, — решительно сказал Шофилд, — Три часа. Ты уверен в этом, Рикошет?

Шофилд посмотрел на часы, Это были старенькие электронные Casio. Он установил секундомер и пошел обратный отсчет.

— Абсолютно уверен, сэр. Они повторили это дважды, — ответил Рикошет.

— Хорошо, рядовой, Молодец, Теперь нам необходимо вычислить, где эти парни находятся,..

— А-а, извините, сэр? — снова послышался голос Рикошета.

— Что такое?

— Сэр, я думаю, у меня есть идея, где они могут быть.

— Где?

— Сэр, в конце этой передачи они сказали "C'estmoi,lerequin." Но я пропустил начало передачи. Они и в начале это говорили? "C'estmoi,lerequin?"

Шофилд не знал, он не говорил по-французски. Все слова для него одинаково звучали, Он попытался снова проиграть сообщение в голове.

— Возможно, говорили, — сказал он, — Нет, погоди, точно. Да, думаю, что говорили. А что?

— Сэр, "lerequin" по-английски «акула». "C'estmoi,lerequin" означает «Это Акула». Ну, знаете, как военный позывной. Французское подразделение, находившееся здесь, называлось «Гиена», а тех, кто передавал — «Акула». Понимаете о чем я , сэр?

— О, черт, — сказал Шофилд.

— Точно. Я думаю, они где-нибудь на воде. Где-нибудь в океане. Готов поспорить на миллион долларов, что «Акула» — это назвавоенного корабля, плавающего у берегов Антарктиды.

— О черт, — сказал снова Шофилд, в этот раз с чувством.

Теперь становилось ясно, что кто бы ни посылал это сообщение он был на корабле. И подтверждением тому, был не только позывной. Насколько было известно Шофилду, низкочастотные радиопередатчики, благодаря их уникальной чувствительности, использовали в основном на кораблях или подводных лодках в открытом океане. Вот почему французские десантники привезли один из них с собой. Чтобы иметь связь со своим судном в океане.

Шофилду сделалось нехорошо от этой мысли.

То, что в океане в ста милях от берега, патрулировал военный корабль или миноносец было не очень хорошей перспективой. Это было ужасно. Особенно, если какое-нибудь оружие — вероятней всего, комплекс крылатых ракет с боеголовками — было нацелено на полярную станцию Уилкс.

Шофилду не пришло в голову, что французы принесут уничтожающее устройство не с собой, а оставят его на расстоянии — как в данном случае, на миноносце у берегов Антарктиды — предварительно приказав открыть огонь по станции, в случае потери связи в течение нескольких часов.

— Черт, — думал Шофилд. — Черт, черт, черт.

Существовали только две вещи, которые могли остановить запуск этого устройства. Первая — выход на связь одного из двенадцати убитых французских десантников в течение следующих трех часов. Это было невозможно.

Это означало, что второй вариант был единственно возможным.

Шофилд должен связаться с военными силами США на станции Мак-Мурдо. И не просто узнать, когда на станцию приедет подкрепление. Нет, теперь ему необходимо было передать пехотинцам на Мак-Мурдо о существовании военного корабля, плавающего где-то у берегов с комплексом крылатых ракет, нацеленных на Уилкс. Тогда в силах военных с Мак-Мурдо будет уничтожить корабль — в течение трех часов.

Шофилд снова включил микрофон.

— Умник, ты все слышал?

— Да, — услышал он голос Умника Райли.

— Что с Мак-Мурдо?

— Пока ничего.

— Продолжай пытаться, — сказал Шофилд. — Снова и снова. Пока не выйдешь с ними на связь. Джентльмены, ставка в этой игре сделана. Если мы не выйдем с Мак-Мурдо на связь в течение менее чем трех часов, мы все здесь спечемся.

— Страшила, это Лиса, — говорил голос Гант. — Повторяю Страшила, это Лиса. Эй, Страшила? Вы там?

Шофилд был на уровне Е у бассейна, наблюдая за спуском троса и думая о крылатых ракетах. Прошло около десяти минут с тех пор, как он услышал сообщение с французского корабля «Акула». Умник, Рикошет и Змей все еще были снаружи и пытались установить связь с Мак-Мурдо.

Шофилд включил микрофон.

— Я слышу тебя, Лиса. Как вы там внизу?

— Приближаемся к отметке три тысячи футов. Готовимся к остановке.

Возникла небольшая пауза.

— Мы останавливаемся… сейчас.

Как только Гант произнесла «сейчас», трос, опускавшийся в воду, резко остановился. Гант остановила спуск, управляя из водолазного колокола.

— Страшила, время 14 часов 10 минут, — сказала она. — Подтвердите.

— Подтверждаю, Лиса, время 14 часов 10 минут, — ответил Шофилд. Это была обычная практика отмечать время начала подводной экспедиции. Шофилд не знал, что теперь он проделывал ту же самую процедуру, что и ученые со станции Уилкс двумя с половиной днями раньше.

— Фиксирую время — 14 часов 10 минут. Переходим на использование запаса кислорода. Готовимся покинуть водолазный колокол.

Гант держала Шофилда в курсе того, как происходит погружение.

Четыре водолаза — Гант, Монтана, Санта Круз и Сара Хинсли — без осложнений перешли на использование запаса кислорода и покинули водолазный колокол. Несколькими минутами позже Гант сообщила, что они нашли вход в подводный ледяной туннель и начинают подъем по нему.

Шофилд все еще ходил вдоль бассейна в глубоких раздумьях.

Он думал о водолазах с Уилкс, которые пропали в пещере, о самой пещере и о ее тайне, о французах и их железной хватке, с которой они набросились на сделанное открытие, об уничтожающем устройстве на военном корабле, о том, что один из его людей возможно убил Самурая и об улыбке Сары Хинсли. Много было о чем подумать.

Вдруг он услышал голос по внутренней связи.

— Сэр, это Умник.