Мэттью Стокоу – Красивая жизнь (страница 26)

Воздух на складе пропитался ужасной вонью − смесь мочи, дерьма, опаленных лобковых волос, и обгоревшей пизды. У одного из тех, кто держал ноги девушки, шла из носа кровь. Он на мгновение ослабил хватку, когда жертва начала брыкаться от боли.

− Больные.

− Может и так, Джеки, но подобное происходит каждый день, в каждой стране на этой земле. И такое может случиться со всеми, кого ты знаешь. Стоит несколько раз свернуть не туда и все. Подумай над этой мудрой мыслью.

Я собрался уже уходить, но тут человек-бык вытащил на ринг отбойный молоток. Я понял, что все равно придется немного задержаться, отсюда просто так уйти не получится.

Девушка рыдала и умоляла о пощаде, но человек-бык никак не реагировал. Он упер отбойный молоток в пол между ног жертвы и включил. Раздался оглушительный грохот, в воздух полетели куски бетона, из задницы девушки полился желто-коричневый понос.

Человек-бык отпустил кнопку, воцарилась тишина. Настало время того, за что люди заплатили, того, за чем они здесь собрались − они шумно дышали через рот и моргали. Я словно попал в другой мир.

Девушка отчаянно тараторила, обещала сделать кому угодно и что угодно, но ей уже ничего не могло помочь. Все присутствующие знали это. И она тоже.

Человек-бык стоял с прямо торчащим членом и ждал, когда она замолчит. Вскоре девушка только тихло сопела. Человек-бык приподнял отбойный молоток, жестом приказал мужчинам раздвинуть ей ноги, и вонзил его прямо в пизду.

Он нажал на кнопку.

Инструмент ворвался в нее, боек залило кровью. Человек-бык направил его дальше, молоток пробил девушке спину − я услышал звук трения металла о бетон. Человек-бык вытащил отбойный молоток из девушки и засунул его уже под другим углом, теперь конец бойка вышел из ее тела сбоку, рядом с бедром. Из проделанных дыр хлестала кровь. Она капала с корпуса отбойного молотка и рук убийцы. Девушку вырвало на щеку, ее глаза закатились.

Теперь Человек-бык занялся ее ртом. Он воткнул отбойный молоток ей промеж губ, хряпнули зубы.

Снова раздался рев, и голова девушки раскололась пополам.

Я ехал на Запад, дорогу заливал свет уличных фонарей. Самое спокойное время. Свободные минуты между голодной ночью и зевающим утром. Машин мало, дороги сухие. Тихий ветерок нашептывал о возможных перспективах и внушал оптимизм. Я видел, как девушку разорвали на куски, но город остался прежним. Тотем, символизирующий богатство, совсем не изменился, несмотря на то, что произошло на мебельном складе.

И как я себя чувствовал? Как город. Иногда такое случается, но жизнь идет своим чередом. Девушка погибла, но она все равно бы умерла, приди я туда, или нет. Еще одна пешка вышла из игры. Для нее все сложилось дерьмово, но какая мне разница?

Я вел автомобиль. Райан сидел на пассажирском сидении и глотал бурбон прямо из горла, он купил его в ликеро-водочном магазине, расположенном в нескольких кварталах от склада.

− Тебе понравилось, Джеки?

− Зачем ты меня туда потащил?

− Хотел показать, что с человеком всякое может случиться. Думаешь, это все шутки, но это не так. Иногда…это вершит судьбы.

Райан медленно покачал головой и уставился себе между колен. Мне показалось, что он готов разрыдаться.

− Глупая тупорылая сука. Зачем она туда пошла?

− Не похоже, чтобы ее спрашивали.

− Вырасти и просрать все… Конечно, жизнь не совершенна, но ей не следовало туда соваться.

Вскоре Райан повалился вперед и повис на ремне безопасности. Он что-то бормотал себе под нос, но я не слышал. Его затошнило. Райан потянулся в сторону обочины, но было слишком поздно. Он проблевался себе на колени и вырубился окончательно.

Если бы он лежал на спине, я бы бросил машину где-нибудь, в надежде, что он захлебнется собственной рвотой. Но он сидел вертикально и продолжал дышать. Никаких признаков того, что ублюдок собирается сдохнуть, тем самым облегчив мне жизнь, не предвиделось. Так что я оставил Райана в мотеле, заплатив за номер деньгами из его бумажника. Затем поймал такси и вернулся к себе на Эммет Террейс.

Глава четырнадцатая

Утром позвонил латинос. Этой ночью гею понадобился кавалер на вечеринку. Довольно необычно, обычно агентство работало только с гетеро-мероприятиями. Но какая на хрен разница? Главное деньги, а если заказ пришел от латиноса, то наверняка клиентура будет из высшего общества. А высшее общество в Лос-Анджелесе - это люди киноиндустрии – люди с большой буквы.

Я взял в аренду смокинг. До начала мероприятия я пожирал глазами новости – запись вечернего выпуска светских сплетен и полуденную телепередачу о текущем положении кино. Сталлоне, Шварценеггер, Дуглас, Робертс, Стоун, Уиллис, Мур…И еще много людей рангом пониже. Эпизодические актеры, восходящие звезды, уходящие звезды, звезды-однодневки, телевидение и кино, успешные фильмы, провальные фильмы, прибыльные, сексуальные, фильмы-катастрофы, боевики… Но все эти люди находились там, в застекленном бассейне, который даже самых незаметных из них делал объектом зависти для целого мира. Неважно, насколько качественно снят фильм, главное не сходить с экранов.

Я почитал глянцевые журналы для домохозяек. Разгадывал загадки – тесты с множеством вариантов ответов, кроссворды с названиями фильмов. Угадай кинозвезду. Угадай фильм. Лиз Тейлор удаляли матку? Кто с кем встречается? Я знал их всех – набрал сто процентов, превзошел всех пустоголовых телеведущих, которые думали, что знали все. Я был лучше их, знал гораздо больше. Да и выглядел неплохо. Но они жили настоящей жизнью.

Я занюхал кокс и принял душ. После, уже высохший, я расхаживал голым по комнате. Приятный ночной воздух скользил по моей коже, небо переливалось всеми цветами радуги. Провал во времени, одна из тех пауз, когда день останавливается, и ты паришь свободный от обыденной рутины. Тик-так. Маленькое удовольствие, касаться стульев и стен, приводить в порядок свои владения. Никаких мыслей, только действия. Полное умиротворение.

Я оделся в смокинг и причесался. Обычно опрятность мне не требовалась, но если работаешь кавалером на мероприятии, следует за собой следить. Да и вообще, как знать, с чем столкнешься, на вечеринке у богатых?

Последняя мысль сильно меня взволновала. Я занюхал еще несколько «дорог» и догнался Валиумом. Забавная комбинация. Сверхновая конфиденциальная встреча тонизирующего средства с успокаивающим.  Ням-ням.

Парень протрубил в рог в десять часов. Я вышел из дома, готовый попробовать вкус иного мира.

«Мерседес 500СЛ», кабриолет с опущенной крышей. Конечно же, последняя модель. Блестяще-красная машина, словно только что из автосалона. Парень представился Дином. Широкие грудь и плечи, он явно не вылезал из тренажерных залов, гладкая кожа, здоровые волосы. Он уделял много внимания одежде и внешности. Но выглядело все очень поверхностным. Я буквально физически ощущал, что он лишь пытается выглядеть успешным. И его машина, и поведение кричали об этом.

Я сел в машину, Дин откинулся на сидение и посмотрел на меня.

− О, а ты ничего.

Мы ветром помчались через бульвары прямо в Беверли-Хиллз. Ночь сверкала сотнями огней: хромированным блеском, габаритными огнями, отполированной металлизированной краской, пастельным светом неоновых ламп. Силуэты пальм бритвами рассекали небо.

− Я тебя где-то видел, так?

Дин улыбнулся белоснежными зубами. Ему это польстило.

− Перестань. Я же тебе плачу, не нужно притворяться. Не пытайся произвести впечатление.

− Э…да. Но я тебя правда видел.

− Не думаю, что часто, малыш.

− Хорошо живешь.

Я провел рукой по двери кабриолета.

− Эта старушка? Шесть недель поработал прошлой осенью. Помнишь Фэрру Фоссет?

− Вау.

− А ты на чем ездишь?

− «Прелюд».

− Это что?

− Японская тачка.

− Как «Лексус»?

− Не совсем. «Хонда».

− О.

− Это, наверное, здорово, быть актером.

− Это самое лучшее ощущение в мире. Конечно, я еще сам не слишком преуспел, но приятно, когда люди тебя узнают.

− А деньги?

− За деньги ты просто покупаешь себе разные вещи, Джек. Это только показатель того, чего ты достиг. Насколько ценится твоя жизнь. Важнее всего любовь.

− Любовь?

− Вернее быть любимым. В этом мы все. Все, кто обитает в Голливуде. Мы же как шлюхи. Мы излучаем любовь. Любовь, любовь, любовь. Прими к сведению! И ею же мы и питаемся.

− Могу понять.

− Думаю, отлично понимаешь.

Дин радостно крикнул и понесся на всех парах. Отражаемый свет фонарей скользил по рисунку на капоте, как масло по воде.

− Я хочу, чтобы ты любил меня этой ночью, Джек. По-настоящему любил. Так, словно я для тебя все. Каждый миг, вся вселенная. Сможешь?

− Думаю да. Я проходил курсы телеведущего. Там же тоже требуется актерское мастерство. Так ведь?

Дин пару раз шлепнул меня по ляжке.

− Молодец-молодец.