Мэтт Морган – Одна медицина. Как понимание жизни животных помогает лечить человеческие заболевания (страница 22)
Одним из незваных гостей на той злополучной вечеринке был бедняга Билл. Он пережил рак и экспериментальное лечение. Он поборол гипервоспаление и исколесил всю страну. К сожалению, COVID-19 украл конец его истории, как и у огромного числа других людей.
Но надежда, как известно, умирает последней. Зима всегда сменяется весной, и каждый год несмотря ни на что распускаются нарциссы. У нас была технология, которая давала возможность заглянуть внутрь пациентов и увидеть осложнения COVID-19. Команды добровольцев переворачивали больных на живот, поскольку, как мы успели заметить, это повышало содержание кислорода в крови. После того как девяностолетней Маргарет Кинан из Ковентри сделали первую прививку от коронавируса, мы, кажется, отыскали рубильник, чтобы положить конец этой безумной вечеринке.
С началом пандемии весь мир ополчился на животных, но именно животное сделало вакцинацию возможной. Бэтмен, человек‑мышь, только без части «человек». Давайте посмотрим, как кровососущее существо, вселяющее в людей страх, помогло нам в борьбе с COVID-19.
Глубоко в уэльской пещере, где с наскального рисунка северного оленя началось наше путешествие, обитало маленькое существо в форме сливы. Неподвижное, безмолвное, маслянисто‑черное. Заполучить разрешение на вход в пещеру было непросто. Эколог потребовал от нас отрицательный тест на COVID-19, маски и сертификат о вакцинации.
«Не беспокойтесь! – радостно строчил я электронное письмо. – Я работаю с коронавирусными пациентами в реанимации, поэтому пещера для меня менее опасна, чем выход на работу».
«Нет, – ответили мне, – мы не переживаем, что вы заболеете коронавирусом. Мы боимся, что его подхватят редкие летучие мыши».
Летучие мыши помогали нам спасать пациентов во время первой, второй и третьей волн коронавируса. Но началось все с одного безумного итальянского священника.
В 1794 году ученый‑самоучка и католический священник Ладзаро Спалланцани раскинул в воздухе сеть, пытаясь зацепиться за колокольню собора в Павии. Это был далеко не самый странный поступок на его веку. За несколько лет до этого Спалланцани доказал, что сперма необходима для размножения лягушек, надев на самцов обтягивающие штаны. Его последняя навязчивая идея возникла в тот момент, когда однажды ночью он задул свечу. Оказавшись в полной темноте, церковная сова с размаху врезалась в стену, а вот летучие мыши благополучно продолжили летать. Затем Спалланцани натянул веревки с привязанными к ним колокольчиками, чтобы доказать, что летучие мыши могут легко перемещаться в темноте, ничего не задевая. Завязав летучим мышам глаза, а затем закупорив их уши жиром, он выяснил, что ключ к разгадке кроется в звуке, а не свете. Тем не менее Спалланцани не мог объяснить, почему церковные песнопения никак не влияли на способности этих животных.
Сегодня мы знаем, что летучие мыши используют эхолокацию. Они издают высокочастотные звуки, чтобы определить расстояние до объекта по времени задержки возвращения отраженной звуковой волны. Наблюдение Спалланцани было верным: пение или крик на привычных частотах ниже 20 кГц никак не влияли на ситуацию.
Как же эта идея помогла нам заглянуть внутрь пациентов с COVID-19? Не последнюю роль здесь сыграл затонувший в 1912 году «Титаник». Гидролокатор, предназначенный для обнаружения айсбергов, виновных в трагедии, использовал низкочастотные звуковые волны, основываясь на принципе эхолокации летучих мышей. Дальнейшие усовершенствования этой технологии позволили австрийскому врачу Карлу Теодору Дуссику в 1942 году использовать ультразвук для диагностики опухолей мозга. Он превратил вибрации, производимые звуковыми волнами, в послойные изображения тела. Наконец, улучшения в дефектоскопах для металла[47], которые применялись на шотландских верфях, сделали ультразвук незаменимым инструментом врачебной диагностики. Сегодня летучие мыши позволяют вам зарядить зубную щетку или телефон без подключения к электросети. Благодаря им вы можете припарковать автомобиль и не бояться, что его угонят. Кроме того, летучие мыши и «Титаник» подарили нам возможность видеть лица еще не рожденных детей. Теперь с помощью ультразвука я способен заглянуть внутрь тела пациента и обнаружить тромбы или инфекции, подобные COVID-19. И да, если мы все‑таки находим тромбы, летучие мыши научили нас от них избавляться.
Кто старше: Дракула или летучие мыши? Хотя Влад Дракула жил более 450 лет назад, летучие мыши обошли его где‑то на 50 миллионов лет. Роман Брэма Стокера 1897 года прочно связал их образы в массовом культурном сознании, однако вампиры начали появляться по всей Европе еще с начала шестнадцатого столетия. Страх перед кровопийцами усилился во время Великой лондонской чумы, потому что у больных людей изо рта часто текла кровь. В 1832 году Дарвин во время своего знаменитого плавания на «Бигле» стал первым, кто увидел, как летучая мышь пьет кровь. После десятичасовой поездки верхом до Кокимбо в Чили Дарвин снял маленького кровопийцу с лошадиной лопатки и зарисовал его в своем дневнике. Получается, что летучих мышей назвали в честь вампиров, а не наоборот.
На самом деле летучие мыши не сосут кровь, а лакают ее, что, вероятно, звучит еще более отталкивающе.
Своими острыми, как бритва, зубками они делают разрез где‑нибудь вблизи артерии и, как только кровь начинает вытекать, слизывают ее языком, словно кошки молоко. Вы не то что не завизжите от боли – собственно говоря, вы вообще не заметите, что вас укусили. Подобно опытному хирургу, летучие мыши направляются прямиком к кровеносным сосудам. Только дело здесь не в знании анатомии, а в специальных тепловых сенсорах, расположенных у мышей между глазами. По тому же принципу были разработаны приборы, облегчающие забор крови у пациентов.
Летучие мыши «плюют» в жертву, прежде чем приступить к своей трапезе. Система свертывания крови великолепно защищает нас от кровопотери. Чтобы наесться досыта, летучим мышам необходимо препятствовать ее работе. В слюне животных содержится удивительное вещество с выразительным названием дракулин. Этот белок не дает факторам свертывания крови, IX и X, образовывать сгустки, которые в норме останавливают кровотечение. «Шведский стол» для летучих мышей готов. Сегодня миллионы людей во всем мире принимают антикоагулянты на основе дракулина, заменившие старые и более опасные препараты вроде варфарина, прием которых должен проходить под строгим медицинским контролем.
Теперь, когда вы знаете, как летучие мыши могут спасти вам жизнь, давайте перенесемся в деревни ачуар[48] на берегу Мороны. На берегах этой извилистой реки с густыми болотно‑зелеными водами проживают этнические общины янкунтичей и ункунов. Их деревни располагаются в 1100 км к северу от Лимы, столицы Перу. В этих племенах маленькие дети нередко умирают из‑за того, что местные зовут колдовством. Реальная же причина их смерти гораздо страшнее. В 2016 году в результате нападения летучих мышей‑вампиров погибли двенадцать детей младше восьми лет. Это нашествие было спровоцировано вырубкой лесов и сокращением поголовья скота. Дети умерли не из‑за чайной ложки крови, потерянной во сне, а из‑за развившегося бешенства, которое летучие мыши передают человеку вместе со слюной.
Для предотвращения дальнейших вспышек были разработаны две стратегии. Первая заключалась в уничтожении большого количества летучих мышей. Реализовать ее было довольно сложно, и это грозило пошатнуть хрупкую экосистему. Сохранение инфицированных бешенством особей может на первый взгляд показаться решением неразумным, но эти животные играют в природе очень важную роль. Они поедают мух, мотыльков и других насекомых, тем самым контролируя их численность. Без этого сельскохозяйственные культуры были бы уничтожены. Кроме того, летучие мыши служат опылителями и распространителями семян для многих видов растений, необходимых как для местных народов, так и для человечества в целом. Вторая стратегия предполагала сохранение популяции летучих мышей и то, к чему нас подтолкнул коронавирус, – широкомасштабную вакцинацию.
Вчера я вернулся в прошлое. После полутора лет пандемии, пропитанных горем и проведенных в осточертевших СИЗ[49], в нашем отделении реанимации снова появились пациенты, перевернутые на живот. К сожалению, нас накрыла третья волна COVID-19. Группы риска на первый взгляд остались теми же, но все‑таки немного отличались. В основном пациенты третьей волны – это люди, страдающие ожирением, сахарным диабетом и гипертонией. Но у них появилась новая характеристика или, точнее, ее отсутствие. Они не вакцинировались. Намеренно.
Многие из них решили, что риск заразиться малоизвестным вирусом, ставшим причиной бесчисленных смертей, ниже рисков специально разработанной, стерильной, проверенной вакцины, которую успешно опробовали миллионы и миллионы человек во всем мире. Я с трудом сохранял самообладание на работе, раз за разом сталкиваясь с катастрофическими последствиями одного неверного решения. Я напоминал себе, что злиться нужно на лжецов, а не на обманутых. Могли ли летучие мыши‑вампиры помочь нам популяризировать вакцинацию и положить конец волнам COVID-19 до того, как они станут привычным явлением?